Живой труп

 Песах Амнуэль
 3 декабря 2007
 2474
Вечерние улицы были полны людей. Народ сидел в кафе, прогуливался по набережной, отовсюду слышалась музыка, громкие разговоры.
По пешеходной улице Рамбам, опустив голову и думая о чем-то своем, шел мужчина лет сорока в темной майке и шортах. Он дошел до поворота, остановился на мгновение, а потом упал головой вперед, раскинув руки.

— Что с вами? — вскочил один из посетителей кафе, чей столик находился в двух метрах от упавшего. — Вам плохо?

Как только мужчину перевернули на спину и взглянули в его остекленевшие глаза, стало ясно — он умер…

— Сердце? — предположил кто-то.

— «Скорую» вызовите! И полицию. Смотрите — кровь! — послышался голос.

Действительно, на асфальте под телом расплывалась черная лужица. Когда мужчину опять перевернули, то причина смерти стала очевидной — на спине слева чернело пятно, и в майке была маленькая дырочка. Видимо, дырочка была и в теле несчастного, что и стоило ему жизни.

Эксперт Рон Хан именно так определил причину смерти, он прибыл на место происшествия вместе с оперативной группой сержанта Хелемски. Старший инспектор Беркович подъехал чуть позже.

— Его звали Фред Бергер, — сказал сержант Хелемски, передавая Берковичу документы, обнаруженные в поясной сумке. — Сорок два года. Живет, если, конечно, данные правильны, в Шхунат Элиягу.

— Вот и отправляйтесь туда, — приказал Беркович. — Сообщите родным, соберите сведения — кто такой, чем занимался, были ли враги, в общем, как обычно...

Хелемски уехал на патрульной машине, а эксперт сообщил Берковичу свои соображения о причине смерти.

— Убийство, — сказал он. — Стреляли из пистолета, но не в упор. А не в упор могли — в таком грохоте выстрел можно и не расслышать.

Действительно, отовсюду неслись оглушающие звуки «хэви металл», джаза и восточных напевов. Какофония возникала страшная.

Для опроса свидетелей хозяин кафе выделил инспектору дальнюю от улицы комнату своего заведения. Первым давал показания мужчина по имени Гай Авидан, бросившийся бедняге Бергеру на помощь.

— Он шел со стороны Алленби, — рассказывал Гай, — я его увидел, когда он остановился на углу метрах в пяти от нас. Он как-то странно дернулся и вдруг упал. Ну, я, конечно, подбежал...

— Вот план улиц, — сказал Беркович, придвигая к свидетелю лист бумаги. — Если Бергер стоял здесь и лицом сюда, в вашу сторону... Вот так, верно?

— Да, — кивнул Авидан.

— Тогда стрелять в него должны были примерно из этой точки, правильно? Если провести прямую линию...

— Наверно, — с сомнением сказал свидетель.

— Вы видели там кого-нибудь?

— Не обратил внимания, — пробормотал Авидан. — Мне ведь и в голову не приходило... Хотя, если бы там стоял человек с пистолетом, я наверняка обратил бы внимание.

— Выстрела вы не слышали? — спросил Беркович.

— Нет, — покачал головой Авидан.

Еще три свидетеля видели, как Бергер шел по улице Рамбам со стороны Алленби, видели, как он остановился на углу, будто в раздумье. И видели, как он упал.

— Попробуйте вспомнить, — просил каждого Беркович, — шел ли кто-нибудь следом за Бергером.

–Шел, точнее, шли, — заявил один из свидетелей. — Парень с девушкой. Когда этот бедняга остановился на углу, они прошли дальше, как ни в чем не бывало.

— В какую сторону?

— Прямо, — не очень уверенно сообщил свидетель. — А может... Не помню.

— Вы можете описать эту парочку? — спросил Беркович.

— Парень в белой рубашке, высокий, черные волосы до плеч, девушка, наоборот, совсем коротышка, светлая, короткая стрижка.

Закончив опрос, Беркович отправился в управление, где его ждал вернувшийся из Шхунат Элиягу сержант Хелемски.

— Оказывается, Бергер был подозрительной личностью, — сказал он. — Я его и в нашем банке данных обнаружил. Возможно, торговал наркотиками. Жена упала в обморок, когда я ей сообщил... В общем, от нее пока никакого толка. А соседи утверждают, что от Бергера им было одно беспокойство. Ходили какие-то подозрительные личности. Наркоманы в том числе. Скорее всего, кто-то из этой компании его и шлепнул. Может — конкуренты. В этой среде — довольно обычное дело.

Беркович выслушал доклад сержанта и подумал, что нужно быть действительно в состоянии наркотического транса, чтобы стрелять в толпе на улице Рамбам. И нужно быть трезвым, как стеклышко, чтобы умудриться выстрелить совершенно незаметно.

Через четверть часа позвонил эксперт Хан. «Стреляли из «беретты», — сообщил он. — Пуля вошла в тело чуть выше сердца. Вообще-то при иных обстоятельствах его можно было спасти, потому что легкое не задето.

— Что значит «при иных обстоятельствах»? — насторожился Беркович.

— Понимаешь, впечатление такое, будто в последние минуты жизни сердце у него работало с огромным напряжением. Можно назвать это предынфарктным состоянием. Если бы пуля не поставила точку, у него наверняка произошел бы сильнейший сердечный приступ.

— Сердечный приступ... — протянул Беркович и неожиданно воскликнул:

— Черт! Как мне это раньше не пришло в голову?

— Что именно? — спросил Хан.

— Потом, — быстро сказал старший инспектор. — Извини, Рон, я перезвоню через полчаса.

Пока патрульная машина мчалась к улице Алленби, Беркович возбужденно говорил сержанту Хелемски: «Надо было сразу опросить и тех, кто сидел в кафе на углу. Ведь Бергер шел с той стороны. А мы ограничились только теми свидетелями, которые видели, как он упал. — Вы хотите узнать, видел ли кто-нибудь, кто шел за Бергером? — спросил Хелемски. — Да никто за ним не шел, — с досадой сказал Беркович. — Стреляли, скорее всего, из машины. — На Рамбам не бывает машин, — удивленно проговорил сержант. — Это же пешеходная зона! — При чем здесь улица Рамбам? — отмахнулся Беркович. — Когда Бергер шел по Рамбам, он был уже убит».

Машина остановилась на углу Алленби и Рамбам. Народа здесь, похоже, стало даже больше, чем было час назад. Оглядевшись по сторонам, Беркович направился к киоску, хозяин которого торговал мороженым и прохладительными напитками. Это был мужчина огромных габаритов, едва помещавшийся в маленьком пространстве своего заведения.

— Вы слышали, конечно, об убийстве? — спросил Беркович, на что продавец охотно ответил: «А как же! Я все думал, почему полиция всех опрашивает, а до нашего угла не добралась. — Вы видели человека, которого убили? Он ведь завернул на Рамбам с Алленби... — Может, и видел, — пожал плечами продавец. — Я ведь не знаю, как он выглядел. Да и как я мог его запомнить? С Алленби на Рамбам каждую минуту поворачивают десятки человек... — Он был в темной майке и полосатых шортах. А запомнить вы его могли, потому что вряд ли он вел себя, как все. И выстрел вы могли слышать. — Выстрел? — переспросил торговец. — Так это был все-таки выстрел?! — Ну-ка, — потребовал Беркович, — расскажите!»

— На мужчину в темной майке я действительно обратил внимание, — раздумчиво произнес торговец. — То есть обратил, когда он споткнулся и чуть не упал. Мимо как раз машина проезжала, и мне показалось, что кто-то выстрелил. Мужчина как раз споткнулся, я и подумал: неужели подстрелили? Но человек постоял несколько секунд и дальше пошел — как раз на Рамбам, кстати. А машина уже проехала. Я и подумал, что это шина у кого-то лопнула. Но очень похоже на пистолетный выстрел.

— Машину описать можете? — спросил Беркович, не надеясь на наблюдательность торговца. — Конечно, — уверенно сказал тот. — Белый «форд-транзит», правое заднее крыло чуть примято. Номер... Первые две цифры не видел, а остальные: восемь, один, шесть, три и опять один. — Замечательная память, — поразился Беркович. — Нет, — хмыкнул торговец, — просто на прошлой неделе я в Лото пролетел именно из-за такой комбинации цифр: восемь, шестнадцать и тридцать один.

— Позвоните дежурному, — приказал Беркович сержанту Хелемски, — пусть найдут эту машину.

Отойдя в сторону, он связался с экспертом Ханом.

— Рон, — сказал старший инспектор, — может ли человек, получив пулю в грудную клетку, пройти метров сто и лишь потом почувствовать неладное?

— Ты имеешь в виду Бергера... — протянул эксперт и, помолчав, продолжил: — Ты знаешь, я вспоминаю характер ранения... Действительно, мог, если был очень возбужден или...

— Или под действием наркотиков?

— Вот именно. А к чему ты клонишь, Борис?

— В Бергера стреляли из машины на улице Алленби. Так что по Рамбам, считай, шел уже труп. Или он все-таки мог выжить?

— Если все было, как ты говоришь, то, пожалуй, я возьму свои слова обратно, — сказал Хан. — Если бы он не двигался, то да... А если находился в движении, и кровь стекала...

— Скорее всего, это его друзья-коллеги подстрелили, — сказал Беркович. — Яснее станет, когда найдем машину. И вскрытие покажет, принимал ли Бергер наркотики.

Белый «форд-транзит» с нужным номером, как оказалось, принадлежал некоему Арону Габриэли, достаточно известному полиции — он уже и в тюрьме успел побывать за сбыт «экстази».

— Но почему Габриэли стрелял на такой людной улице? — удивился Хан.

— В толпе легче затеряться. — ответил Беркович. — Никто и внимания не обратил на выстрел! Не было бы у нас никаких шансов, если бы торговец мороженым на прошлой неделе не проигрался в Лото.

«Живой труп, — подумал Беркович. — Это ведь что-то из классики...»



Комментарии:

  • 27 марта 2008

    Гость

    рассказы нравятся очень,напоминает Конан Дойля- так просто и занимательно,а главное возможно и есть такой человек в Израиле,дотошный и умный. Я не знаю жив ли автор, но фантастика его мне как раз не нравится.


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!