Начальник детства

 Юрий БЕЗЕЛЯНСКИЙ, Россия
 7 марта 2008
 3269
Страна детства. У всех она бывает разная. Иногда сиротливая и жестокая. Иногда благополучная и спокойная. Порой скучная и неинтересная... Своими книжками Лев Кассиль пытался превратить страну детства в веселую и занимательную. И ему это удалось. Кассиль — это классик советской детской литературы. Можно даже сказать: начальник детства. Хороший и добрый.

Детская литература. Она была фундаментом для закладки взрослого дома. Чтобы в нем жили люди активные, жизнерадостные, деятельные, бодрые. И у детской литературы были свои создатели.

А входил в обойму кто?

Лев Кассиль, Маршак, Барто.

Шел в издательство косяк:

А. Барто, Кассиль, Маршак.

Создавали этот стиль —

А. Барто, Маршак, Кассиль.

Об Агнии Барто и Самуиле Маршаке мы уже писали в нашей рубрике «Золотые перья». Теперь настала очередь Льва Кассиля.

Лев Абрамович Кассиль родился 27 июня (10 июля) 1905 года в Покровской слободе (ныне город Энгельс) в провинциальной еврейской интеллигентной семье среднего достатка (отец — врач, мать — учительница музыки). Глава семьи был не чужд смелых революционных идей. В момент появления на свет сына Льва в доме проходила политическая сходка. И совершенно не к месту раздался отчаянный крик младенца: уа-а-а!!!

Жизнь захолустной слободы на левом берегу Волги была монотонной и скучной, может быть, поэтому ее разнообразили лишь левые идеи. Но это для взрослых, а дети развлекали себя сами. Братья Кассили Леля (Лев) и Ося (Иосиф) придумали себе некую страну Швамбранию, населили ее своими героями, насытили интересными событиями и прекрасно жили в этой воображаемой стране. «Прозба не дербанитъ в парадное, а сувать пальцем в пупку для звонка». Понятно? А еще сакраментальный вопрос: «Мама, а наша кошка — тоже еврей?»

«Швамбрания» появилась в 1930 году, а в 1935-м «Швамбрания» и «Кондуит» вышли одной книгой с длинным, но выразительным подзаголовком: «Повесть о необычайных приключениях двух рыцарей, в поисках справедливости открывших на материке Большого Зуба Великое Государство Швамбрания…» На I Всесоюзном съезде советских писателей Маршак назвал «Шавамбранию» одним из лучших произведений «большой литературы для маленьких».

Два рыцаря, два юных швамбранца грезили о Швамбрании, как о царстве небесном, о государстве, «которое взрослые выдумали для бедных»: ведь если нет счастья на земле, то оно обязательно должно быть где-то. Однако будущему писателю Льву Кассилю пришлось жить не в фантазийной Швамбрании, а в реальной советской стране. Когда свершилась революция, ему было 12 лет, и для евреев началась другая жизнь. Оказалось, что новая жизнь Кассилю понравилась, он радостно и весело в нее вписался: был, как говорится, активным общественником: что-то постоянно организовывал, в чем-то участвовал, куда-то призывал и т. д. И был командирован по разверстке в Московский университет, где учился на физико-математическом факультете. Но физика из Кассиля не вышло, а вот лирик получился вполне.

Кассиль начал сотрудничать с газетой «Известия» и журналом «Пионер», и вот эта журналистская стихия накрыла его с головой, тем более что в «Известиях» и в «ЛЕФе» он попал в прекрасную компанию: Маяковский, Кирсанов и другие корифеи пера. Шутки, экспромты, постоянные подкалывания друг друга — в этой веселой атмосфере «ковался» Кассиль, и он старался быть на уровне своих старших товарищей.

Однажды в доме Маяковского горячо обсуждали материалы для очередного выпуска «ЛЕФа». Кассиль придумал нечто остроумное и тут же прочитал вслух только что рожденные строки. Все закричали: «Молодец! Молодец». А Семен Кирсанов тут же заметил: «Одного Кассиля ум/ одолел консилиум». Все засмеялись, а неугомонный Кассиль помчался в другую комнату к Маяковскому, ища одобрения своей выдумке и у него. Маяковский отреагировал мгновенно:

Мы пахали, мы косили,

Мы нахалы, мы Кассили.

По воспоминаниям сына, в Льве Абрамовиче «все время что-то кипело. Если он чем-то увлекался, то с безудержной силой: от коллекционирования авторучек до изучения астрономии».

Кассиль считал Маяковского своим учителем, ему он принес свою написанную «Швамбранию», и Маяковский опубликовал отрывки из нее в журнале «Новый ЛЕФ». Кстати, Кассиль в те годы иногда подписывал свои материалы как ЛЕФ Кассиль. С легкой руки Маяковского Кассиль пошел нарасхват и как газетчик, и как писатель. Но следует заметить что «Швамбрания» подверглась серьезной критике и много лет была полузапрещенной, не переиздавалась, но дети успели ее полюбить и зачитывали до дыр.

На пике большого террора в 1937 году брата Кассиля Иосифа, литератора и ученого, арестовали и расстреляли как «врага народа». Иезуитская практика советской власти: расколоть семью на «верных» и «неверных». Убили Михаила Кольцова, но его брата — художника Бориса Ефимова оставили в живых. Ликвидировали Николая Вавилова, но его брата — академика Сергея Вавилова не тронули. Так же поступили и с братьями Кассилями. Трудно сказать, что творилось в душе Льва, когда уничтожили брата Осю, но точно одно: Лев Кассиль остался правоверным советским писателем. Может быть, сработал инстинкт самосохранения? Никакой критики, никакого ропота, только следование верному курсу, проложенному партией. Никакой внутренней оппозиции, только вместе со всеми, со страной, с партией, с народом. Кассиль был все время на передовой линии всех исторических событий как участник или как свидетель. Впрочем, вот как он сам писал в автобиографии о своей работе в газете «Известия»: «Газета приучала, берясь за работу, сердиться или радоваться вместе со страной. Она заставляла скупиться на слова, писать просто, ясно, коротко и дельно. Она внушала отвращение к литературе-соске и порождала уважение ко всему реальному, подлинному, питательному…»

Много раз Кассиль встречался с Циолковским и интересовался космическими проблемами, о чем рассказал в книгах «Люди нового века» и «Человек, шагнувший к звездам». О том, что видел Кассиль, и о тех, с кем встречался, он рассказывал в своих многочисленных материалах. Золотое и шустрое перо.

Естественно, когда грянула Великая Отечественная война, Кассиль с удостоверением военного корреспондента отправился на фронт, был в действующих частях Северного флота, на Западном и Первом Украинском фронтах. Написал знаменитую повесть «Улица младшего сына» о партизане Володе Дубинине.

Если говорить о книгах Кассиля, то он оставил нам большое наследие. Это — «Великое противостояние», «Дорогие мои мальчишки», «Будьте готовы, Ваше высочество!», книга воспоминаний «Маяковский — сам» и многое другое. И все же Лев Кассиль — это, прежде всего, детский писатель, умело находивший слова и подходы к детям, недаром они его боготворили. Агния Барто («Бартошенька», как он ее называл) вспоминала в стихах:

И помню, как дети просили:

«Вы к нам пригласите Кассиля».

И каждый мальчишка осилил

Известный швамбранский язык…

— Кассиля! — Кассиля! — Кассиля! –

Я слышу ликующий крик.

Кассиль быль председателем объединения детских и юношеских писателей Москвы и придумал идею «Книжкиной недели». В 1943 году состоялся первый праздник — « Неделя детской и юношеской книги ». Открывал ее сам Кассиль в Колонном зале Дома Союзов в Москве.

Один из своих этюдов Лев Кассиль назвал «Мальчишки». «О, мальчишки! — писал он в нем. — Хвала вам!.. «Мальчишек радостный народ» — вот как сказал о вас Пушкин. Вы — веселый ветер, расправляющий морщины на челе мира, влекущий в новое и освещающий память о том, какими мы были сами в отрочестве… Все вас касается, мальчишки».

Он и сам оставался мальчишкой до старости, хотя до настоящей старости и не дожил. Как мальчишка, он самозабвенно любил спорт и писал о нем вдохновенно. Знаменитые повести: «Вратарь республики» (1938), «Черемыш, брат героя» (1938), «Ход белой королевы» (1956). Повесть «Вратарь республики» и ее герой Антон Кандидов долгое время были в фокусе внимания читающей публики (был еще снят фильм по повести «Вратарь»), — об этом сегодня можно вспоминать с ностальгией. Ушли времена беззаветного служения спорту, и ныне все играют не за радость спортивной борьбы, а исключительно за деньги. Кассиль до этих времен не дожил. Он был одним из первых, кто создавал спортивные радиорепортажи, вместе с Вадимом Синявским. Был настоящим болельщиком-фанатом, болел за «Спартак», ездил на многие Олимпиады и писал о них в репортажах. Да и умер Лев Абрамович, чрезмерно волнуясь и следя за перипетиями футбольного матча, 21 июня 1970 года, совсем немного не дожив до 65 лет.

Корней Чуковский записал в дневнике от 16 июня 1969 года: «Был Кассиль. Человек, с которым многое связано. Не забуду, как он нежно и ласково вел меня домой после того, как меня прорабатывали в Союзе писателей. Вообще он человек добрый — с хорошими намерениями. И семья у него превосходная: Ира — в Киноинституте, Володя — хирург…»

Женат был Кассиль на дочери знаменитого певца Собинова — Светлане.

Кассиль всегда был общительным и доброжелательным человеком, именно эти качества поразили молодую поэтессу Ирину Токмакову, когда ее познакомили с Львом Абрамовичем:

Когда писатель знаменит,

То говорят обычно — кит.

И все воображают,

Что сущность выражают.

Права я или не права,

Когда меня спросили,

Я б звать китом не стала Льва

Абрамыча Кассиля.

Еще раз подчеркнем: мечтатель-мальчишка. Не случайно он как-то обронил фразу: «Я мечтаю, что будет такой Главный Штаб Доброго Расположения Духа…» Словом, опять он за свою Швамбранию.

Он редко выходил из себя. Но однажды громыхал, в оттепельную пору после реабилитации невинно загубленных жертв. В ноябре 1960 года Кассиль выступил на вечере памяти убитого Льва Квитко (еврейского поэта — Льва Моисеевича) и громко сказал с трибуны, что враги, погубившие Квитко, — наши враги, враги нашей культуры …нашего советского строя. «Это место в его речи вызвало гром аплодисментов», — отметил в дневнике Корней Чуковский.

Увы, он так и не прозрел или не хотел прозревать, что советский строй и стоял на «врагах», он держался на страхе и насилии, а лучезарный и радостный фасад этой системы, анти-Швамбрании, создавали такие энтузиасты, как Лев Кассиль. Это была их трагедия.



Комментарии:

  • 16 февраля 2010

    Маргарита

    Насколько я знаю, Кассиль ни разу в своих книгах не упомянул товарища Сталина. И это - "правоверный"? Вообще, этот снисходительный тон, свойственный многим статьям о деятелях советского времени... Несвобода, мол, была, а они мирились, уживались с властью, не боролись...и т.п. Не забудьте,граждане - подавляющее большинство великих, выдающихся и просто хороших произведений литературы и искусства были созданы людьми вовсе не при свободе и демократии. Но почему-то никто не попрекает, например, Фидия, Данте, Шекспира, Леонардо или Воронихина тем, что они создавали свои произведения, не борясь при этом с рабством, абсолютной монархией, крепостничеством, социальной несправедливостью и пр.

  • 20 мая 2008

    Гостьгалина

    хорошо что можно узнать и рассказать о таких замечательных людях, дети сейчас читают мало, хоть на уроках внеклассного чтения удается приобщить к действительно к детской литературе, а иначе они никогда не прочитают настоящие книги, всему свое время



Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!