КОНЕЦ КИБУЦНОГО РАЯ

 Лев АВЕНАЙС
 24 июля 2007
 4152
А все-таки жаль. Несмотря на то, что умом понимаешь всю справедливость несправедливого устройства мира, все равно жаль.
А все-таки жаль. Несмотря на то, что умом понимаешь всю справедливость несправедливого устройства мира, все равно жаль. Я думаю, что даже некоторые яростные «рыночники» и противники «социалистической отрыжки» Израиля в глубине души сожалеют о том, что кибуцы, легендарные кибуцы, бесславно уходят в прошлое. Помню, как в период перестройки и «откровения» Израиля советскому читателю и телезрителю репортеры взахлеб рассказывали о кибуцах. Они представлялись чуть ли не антитезой колхозам. Мол, смотрите, все-таки не такая уж это утопия – коллективное хозяйство. Вот сумели же израильтяне превратить мечту в реальность. И такие аккуратненькие домики представали глазам восторженных советских граждан, и цифры сумасшедших удоев кибуцных коров будоражили воображение,и воплощенный рай земной заставлял злых с похмелья колхозников мучиться вопросом: почему это у евреев получилось, а у нас – «как всегда»? Увы, в конце концов оказалось, что и у евреев получилось «как всегда». Хотя хотели «как лучше». Но против несовершенной природы человека – мелкой, алчной, жадной природы собственника – не попрешь. Легче выдержать испытание бедностью, чем проверку на стойкость перед соблазнамиѕ Я помню, лет восемь назад нас, журналистов, привезли в один старый кибуц, который уже, правда, был поражен метастазами новых веянийѕ То есть там уже вроде бы даже начали платить зарплату и телевизоры в домиках были не кибуцные, а личные. И был там своеобразный музей кибуцного быта: домик с одной комнаткой размером 3 на 4 метра, в которой лет эдак сорок назад жила семья (без детей – кибуцные дети жили отдельно). Между прочим, дети в этом кибуце «обобществлялись» аж до 1991 года. И может, это продолжалось бы и дольше, если бы «несчастье» в лице Саддама Хусейна не «помогло». По случаю войны в Заливе детей раздали родителям, а после войны собирать назад в детское общежитие, уже не стали. В образцово-показательном ретро-домике, аскетичном, как келья монаха, на маленькой книжной полке стоял непременный томик марксова «Капитала». А «смотритель музея», пожилой кибуцник, с явной ностальгией рассказывал нам, что «были люди в наше время, не то, что нынешнее племя». И о том рассказывал, как появился первый телевизор в кибуце (его подарила своему родственнику заморская гостья, а собрание кибуца постановило установить его в клубе). И как потом по мере того, как кибуц «богател», стали приобретать телевизоры для его членов. И как распределяли эти телевизоры не передовикам производства и не по блату, а по стажу членства в кибуце. Будь ты последний лентяй, но если в кибуце давно, получай телевизор (или велосипед, или шкаф) раньше, чем секретарь кибуца или, скажем, лучшая доярка. Была в этом высшая коммунистическая справедливость и реализация великого принципа «от каждого по способностям – каждому по потребностям». Правда, потребности человека определялись не им самим, а решением кибуцного собрания, и вторая пара брюк порой считалась буржуазным излишествомѕ Нам, новым репатриантам, приехавшим в страну, когда слова «социализм» и «кибуц» приобрели негативный оттенок, а сами кибуцы воспринимались как гири на ногах динамично развивающегося израильского капиталистического хозяйства, непросто понять, каково было влияние кибуцного образа жизни на формирование «духовного облика» израильтянина. А уж аскетический внешний вид – непременная синяя рубашка, пренебрежение к галстукам как к проявлению буржуазности и традиционные сандалии, в которых некоторые кибуцники-депутаты ухитрялись являться даже на заседание кнесета, – это и по названию «кибуцный стиль». Возможно, израильские модельеры лет через пятьдесят будут использовать его мотивы для создания суперстильных коллекций, демонстрируемых на подиумах Милана и Парижа. Конечно, идея кибуца была просто замечательной. Не толкаться локтями в капиталистической конкурентной гонке за процветанием, быть уверенным в завтрашнем дне, знать, что «стая» тебя не бросит и жизнь твоя пройдет на одном месте, в одной компании друзей и единомышленников, и старость тут свою встретишь. Увы, все это из какого-то другого, уходящего патриархального мираѕ Сегодня людей швыряет по свету, окружающая жизнь полна соблазнов и не располагает к добровольного аскетизму. Да и кибуцы изменились. На смену идейному труду коммунаров на родной земле пришел наемный труд людей «извне», бесстыдное использование труда иностранных романтиков-добровольцев, а то и просто жестокая эксплуатация иностранных рабочих. Еврейская молодежь покидает кибуцы, размеренная и скучная жизнь вовсе не привлекает амбициозных юношей и девушек. Да и уравниловка никак не стимулирует производительный труд – зачем надрываться, когда сосед, валяя дурака, получает те же самые распределительные блага? Кибуцы оказались неконкурентоспособными в новой экономической реальности. Государство, лелея в душе сентиментальность к кибуцам – вымирающим мамонтам сионизма, время от времени списывает их многомиллиардные долги (а что ему остается делать?), после чего кибуцы начинают снова обрастать долгами. Правда, есть и «кибуцы-миллионеры» – например, один кибуц успешно продал переданную ему безвозмездно государственную землю под строительство огромного торгового центра. Да и сам кибуц живет в основном с доходов от гостиницы и огромного водного парка развлечений. Согласитесь, это мало похоже на мечту основоположников кибуцного движения. Но, значит, в то далекое время не поднимали столь популярный нынче тост «за сбычу мечт». Сегодня в стране осталось чуть больше 250 кибуцев. Впрочем, многие из них, на самом деле, давно уже не «те» кибуцы. И недавно Съезд кибуцного движения наконец вытащил страусиную голову из песка и формально зафиксировал то, что раньше и так все знали: есть кибуцы иѕ кибуцы. Лишь 88 кибуцев теперь остались верны основополагающим принципам коммуны, и то с заметными поправками на веление времени. Остальные получили какой-то стыдливый полустатус «обновленных кибуцев». То есть квартиры в этих сообществах принадлежат уже не коммуне, а живущему в ней индивиду. Оплата труда – дифференцирована (переход от «высшей стадии развития общества» – коммунизма – к более низкой – социализму: «от каждого по способностям, каждому – по труду»). Многие «обновленные кибуцники» работают за пределами своего хозяйства и заработанные деньги в кибуц не передают. А что же тогда осталось от кибуца в чистом и незамутненном смысле этого слова? Одно название. Жалко, конечно, а что делать? Средний возраст члена кибуца в 2002 году составилѕ 54,7 года. А еще два года назад «средний» кибуцник был на полтора года моложе. Если тенденция сохранится, через пятнадцать лет средний возраст члена кибуца будет пенсионным. Но кто тогда будет кормить пенсионеров кибуца? Похоже, мы присутствуем при агонии кибуцного движения. Есть люди, которые наблюдают ее с плохо скрываемым злорадством – давно пора этому динозавру коллективизма исчезнуть. Другие – с ностальгией: очередной исторический опыт по выведению замечательной породы идеального бескорыстного человека потерпел неудачу. Я принадлежу ко вторым. Мне довелось в своей жизни общаться с несколькими убежденными кибуцниками – они были замечательными людьми. Таких ныне становится все меньше и меньшеѕ Другие временаѕ Другие нравыѕ От старого времени остаются одни сандалииѕ Скоро и их откинутѕ Сегодня кибуцы изменились. На смену идейному труду коммунаров на родной земле пришел наемный труд людей «извне». На полях и фермах многих кибуцев работают таиландцы, филиппинцы, китайцы, а кибуцники только надзирают. Репортеры взахлеб рассказывали о кибуцах. И такие аккуратненькие домики представали глазам восторженных советских граждан, и цифры сумасшедших удоев кибуцных коров будоражили воображение, а сегодня еврейская молодежь покидает кибуцы: размеренная и скучная жизнь вовсе не привлекает амбициозных юношей и девушек.


Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!