Один в поле воин

 Майя Фолкинштейн
 12 января 2010
 2700

Его редкий по глубине и выразительности голос знают в России (да, пожалуй, и за ее пределами, уж в ближнем зарубежье наверняка), кажется, все. Сам же Татарский, несмотря на то, что первые «главы» в своей творческой биографии начал «писать» практически полвека назад, по-прежнему остается «вещью в себе». Он никогда не стремился и сейчас особо не спешит раскрыться ни перед прессой, ни перед теми, кто по роду своей деятельности далек от сферы культуры, но кому представители публичных профессий зачастую хотят понравиться любой ценой. Виктору Татарскому это не нужно. Ему — мастеру художественного слова, режиссеру, радиоведущему — и так популярности не занимать.

К тому же есть у Виктора Витальевича и то, чему может позавидовать целый сонм его коллег — безоговорочное доверие аудитории к нему как к человеку, в личности которого более всех профессиональных качеств почитателям импонирует именно чувство внутреннего достоинства, присущее, впрочем, многим рожденным на берегах Невы. Даже если по каким-то причинам им пришлось покинуть родной город. Как это, собственно, случилось и с Виктором Татарским, появившимся на свет в Ленинграде в семье научных работников 17 ноября 1939-го, ребенком испытавшим вместе со своими земляками все тяготы блокады. В Москве же Татарский живет с 1946-го. Окончив в 1960-х Театральное училище имени М.С. Щепкина, на драматическую сцену он, однако, не поступил. Остановил полученный в юности краткий опыт общения с репертуарным театром. А точнее — с Астраханской драмой, где, будучи артистом вспомогательного состава, Виктор Витальевич столкнулся как с позитивными, так и с негативными сторонами актерского ремесла. И главное — с постоянной зависимостью от слепого случая, от настроения режиссеров и дирекции. Все это и сыграло определяющую роль в том, что, получив диплом, Татарский принял решение всегда и во всем надеяться исключительно на себя.
Решение смелое. Правда, не слишком оригинальное. История знает примеры, когда артисту, которому априори суждено быть частью коллектива, удавалось состояться и в одиночку. Но происходило это при условии, если артист четко знал, чего он хотел от жизни. И хотя Татарский, приходящийся по материнской линии праправнуком писателю Николаю Чернышевскому, утверждает, что, в отличие от своего знаменитого предка, четко знает, «что делать не надо», он, тем не менее, все же принадлежит к подобной немногочисленной категории людей искусства, отличающихся совсем не богемной целеустремленностью характера, позволившей ему реализовать многие серьезные замыслы.
Скажем, еще в студенчестве мечтая о театре одного актера, впоследствии сумел создать ряд литературных композиций, которые вослед своим педагогам — корифеям «Дома Островского» и известным чтецам Игорю Владимировичу Ильинскому и Михаилу Ивановичу Цареву — превратил в своеобразные моноспектакли. С детства любил радио, в летних лагерях устраивал для своих товарищей импровизированные звуковые «концерты по заявкам», а в будущем в передаче «Запишите на ваши магнитофоны» уже всех советских граждан знакомил (одним из первых!) с зарубежными музыкальными новинками. Наконец, размышляя одно время о карьере адвоката, в сущности, осуществил и этот свой план, придумав на излете короткой хрущевской оттепели «Встречу с песней». Программу революционную и для тех лет, и для дня сегодняшнего. Потому что и тогда, и теперь не было и нет ничего дефицитнее и ценнее простой беседы. А «Встреча с песней» как раз и призвана не только дарить своим слушателям свидания с дорогими мелодиями, но и, прежде всего, помогать им в преодолении одиночества и разобщенности, поддерживать в трудных жизненных ситуациях.
Подчас Виктор Татарский делает это одной манерой ведения передачи. Манерой неспешной, обстоятельной, интеллигентной, без дополнительных доказательств убеждающей в том, что автору «Встречи с песней» все еще не наскучило читать письма и эмоционально «подключаться» к человеческим бедам и проблемам, параллельно разыскивая в официальных архивах и частных коллекциях филофонистов настоящие раритеты. В их числе записи Леонида Утесова и Марка Бернеса, Ефрема Флакса и Изабеллы Юрьевой, Клавдии Шульженко и сестер Берри…
Кстати, многие из этих произведений с некоторых пор можно услышать разве что во «Встрече с песней» — передаче, дебютировавшей в эфире 31 января 1967-го, и число выпусков которой уже давно благополучно перешагнуло тысячный рубеж.
 

Майя ФОЛКИНШТЕЙН, Россия
 



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!