Судьба Амоны

 Песах Амнуэль
 5 января 2017
 221

Началась эта история почти двадцать лет назад и, похоже, будет продолжаться еще долго, приводя к политическим потрясениям, коалиционным кризисам, но главное — ломая человеческие судьбы. Судьбы людей, связавших свои жизни с Амоной и — в широком смысле — со всем поселенческим движением в Израиле.  

Амона — форпост, основанный в 1997 году на возвышенности рядом с еврейским поселением Офра в Самарии. Именно молодые жители Офры — несколько десятков человек — и создали этот форпост. В первые годы в Амоне проживали двадцать семей, сейчас — пятьдесят. Очень немного с точки зрения городского жителя, но вполне достаточно, чтобы Амона считалась крупным еврейским форпостом.
Инициатива создания форпоста в Самарии принадлежала поселенцам, но была поддержана государством — в 1999 году (премьер-министром тогда был Эхуд Барак) правительство признало Амону стратегически важной высотой. Более того, когда премьер-министром в 2001 году стал Ариэль Шарон, он обещал жителям Амоны полную поддержку и государственную помощь в строительстве новых домов.
Однако молодые поселенцы на своем опыте быстро убедились, чего стоят обещания и заверения политиков. Впрочем, в данном случае вовсе не потому, что политики давали лживые обещания. Обещания были искренними, но, как оказалось, непродуманными.
Выяснилось (не без помощи левой организации «Шалом ахшав»), что дома Амоны построены на земле, у которой есть хозяева — палестинские арабы. Хозяева предъявили иск, суд иск удовлетворил, а Высший суд справедливости (БАГАЦ) отверг поданную поселенцами апелляцию и постановил, что дома Амоны должны быть разрушены.
1 февраля 2006 года (главой правительства к тому времени стал Эхуд Ольмерт) прибывшие в Амону специальные силы полиции приступили к сносу строений. А прибывшие в то же время в Амону сотни молодых правых активистов со всей страны оказали сопротивление — естественно, невооруженное и, естественно, подавленное, причем жестко: десятки раненых были с обеих сторон.
Отступив, поселенцы пообещали вернуться и отстроить Амону заново. Что они и сделали — на этот раз вопреки существовавшим к тому времени судебным решениям и, следовательно, вопреки закону. Поселенцы вернулись и стали жить в «караванах» — вагончиках-трейлерах, ожидая окончательного решения своей участи. Впрочем, они полагали, что на этот раз их оставят в покое, и они смогут строить свои судьбы по-своему.
В 2008 году палестинские арабы опять предъявили свои права на землю, и Высший суд справедливости вынес новое решение о сносе Амоны. Поселенцы в свою очередь заявили, что выкупили у арабов часть земли, на которой была построена Амона. Но эту апелляцию БАГАЦ не признал: покупка (как сказано в судебном решении) не делает строительство легитимным, поскольку дома в Амоне построили до того, как покупка была оформлена.
Государство несколько раз обращалось в БАГАЦ с просьбами отсрочить снос Амоны, несколько раз суд отсрочки принимал, несколько раз отказывал, время шло, Амона расширялась. Сама проблема переросла из частного случая в общий: поселенцы потребовали от правительства (главой которого стал уже Биньямин Нетаниягу) инициировать в кнесете принятие закона, который раз и навсегда легализовал бы все еврейские поселения в Иудее и Самарии. Крупные — такие, как Офра, и небольшие — такие, как Амона, Мигрон и другие. Закон, по идее, должен был урегулировать прежде всего вопрос о выплате компенсаций тем арабам, на чьей земле поселения были построены. Несколько вариантов такого законопроекта действительно были написаны, но их обсуждение в правительстве откладывалось много раз — вплоть до осени 2016 года.
Новая глава в неписаной истории форпоста Амона и вообще в истории поселенческого движения началась, когда БАГАЦ в очередной (который уже!) раз назначил дату сноса домов в Амоне: 25 декабря 2016 года. Разумеется, и речи не было о том, чтобы выбросить пятьдесят семей на улицу. Верховная комиссия по планированию утвердила строительство для жителей Амоны домов на 98 квартир в поселении Швут-Рахель. Проблема, однако, заключалась в том, что жители Амоны отказались покидать свои дома и переселяться куда бы то ни было.
Жители форпоста не желали переезжать, а государство вовсе не хотело повторения событий десятилетней давности, устраивая показательную акцию выселения, чреватую жертвами и телевизионными кадрами, которые, конечно, немедленно будут показаны по всем мировым каналам и в интернете.
31 октября правительство вновь обратилось в БАГАЦ с просьбой о переносе даты разрушения Амоны на семь месяцев. Обращение правительства было поддержано прокуратурой, а прокуратура в свою очередь ссылалась на заключение Общей службы безопасности (ШАБАК) и Штаба по вопросам национальной безопасности. Эксперты считали, что за семь дополнительных месяцев, возможно, удастся наконец достичь компромисса с поселенцами и избежать беспорядков.
Руководство Палестинской автономии внимательно следило за всеми этими событиями и, точно рассчитав момент, инициировало в Совете Безопасности ООН заседание, обвинив Израиль в «незаконном строительстве на территориях». Речь шла о тех самых домах в поселении Швут-Рахель, куда предполагалось переселить жителей Амоны после разрушения форпоста. Заодно Абу Мазен традиционно предложил осудить и строительство в Восточном Иерусалиме. Возможно, заседание это прошло бы без особого шума в прессе (сколько таких заседаний уже было проведено за последние годы!), но в качестве свидетелей в ООН пригласили представителей Израиля. 
Нет, не правительства страны, как следовало бы ожидать, а представителей леворадикальной организации «Бецелем». Эта организация называет Израиль государством-оккупантом и во всех антиизраильских акциях выступает на стороне палестинских арабов. Абу Мазен требовал принять против Израиля «практические шаги», а председатель «Бецелем» внес свою лепту, объявив, что ЦАХАЛ совершает на территориях преступления против человечности.
Никакой резолюции, впрочем, Совет Безопасности не принял, но имиджу Израиля был нанесен очередной урон. А судьбой Амоны теперь уже интересовались не только в Израиле, но и во всем мире.
Между тем судьба эта была решена — судьи БАГАЦа отклонили поданную правительством апелляцию и потребовали, чтобы Амона окончательно и бесповоротно перестала существовать в назначенный ранее срок: 25 декабря.
На стороне БАГАЦа выступил и юридический советник правительства Авихай Мандельблит, указав, что невозможно юридически защитить Амону, построенную на частных землях палестинских арабов.
И тогда наконец после долгих проволочек группа депутатов от «Ликуда» и «Еврейского дома» представила в кнесет законопроект, целью которого было упорядочить статус еврейских поселений в Иудее и Самарии. Депутаты понимали щекотливость ситуации. Необходимость закона о поселениях давно назрела. Но, с другой стороны, закон не должен становиться на сторону «захватчиков частной земли»! Можно признать легитимным строительство на уже отчужденных государством территориях, но как быть с Амоной и другими подобными форпостами? Поэтому в законопроекте шла речь о том, что легализации подлежат лишь форпосты и поселения, построенные при участии государства. Что касается форпостов (таких, как Амона), созданных в обход закона и на частной земле, то законопроект предлагал хозяевам земли денежные компенсации — если хозяева на такие компенсации согласятся.
Против законопроекта выступили премьер-министр Биньямин Нетаниягу и юридический советник правительства Авихай Мандельблит. Они указали на то, что законопроект формально нарушает нормы международного права, и понятно, какую реакцию вызовет принятие «закона о поселениях» во всем мире. Да, вызовет — как обычно. Но настало время законодательно закрепить статус поселений! Пусть не Амоны, но в Иудее и Самарии десятки форпостов и поселений не имеют четкого юридического статуса.
Несмотря на противодействие главы правительства, Законодательная правительственная комиссия единогласно утвердила законопроект. «За» проголосовали даже министры, обычно поддерживавшие Нетаниягу: Зеэв Элькин, Юваль Штайниц, Офир Акунис, Гила Гамлиэль и Мири Регев. Сразу после голосования юридический советник правительства Авихай Мандельблит опубликовал заявление, в котором разъяснял, что законопроект противоречит израильским и международным правовым нормам. «Если, — утверждал Мандельблит, — против этого законопроекта будет подан иск в БАГАЦ (а что это непременно произойдет, сомневаться не приходится. – П.А.), то защитить его будет невозможно».
Тем не менее утвержденный Законодательной комиссией законопроект был немедленно передан на рассмотрение в кнесет и принят в предварительном чтении: «за» проголосовали 58 депутатов, «против» — 51. Если говорить точно, то речь идет не об одном законопроекте, а сразу о трех, во многом совпадающих, но кое в чем и отличающихся друг от друга. Теперь все три законопроекта поступили на рассмотрение комиссии кнесета по регламенту. По идее, в комиссии должны сформировать на основе трех вариантов один законопроект — он и поступит в кнесет для рассмотрения в первом чтении.
Глава коалиции Амон Битан заявил: «Мы должны сказать поселенцам правду: шансы на то, что Амона останется на своем месте, ничтожны». О том, что новый закон, если будет принят, создаст проблемы для ЦАХАЛа и государства Израиль, заявил лидер оппозиции, председатель партии «Сионистский лагерь» Ицхак Герцог. «Впервые, — добавил он, — кнесет рассматривает законопроект, который противоречит законам страны и нормам международного права».
Страсти накаляются, а тут еще и министр обороны Авигдор Либерман добавил масла в огонь, неожиданно для всех заявив, что необходимо оставить под юрисдикцией Израиля лишь крупные блоки поселений, такие как Гуш-Эцион. Заявление действительно неожиданное для человека, который всегда занимал правые позиции и защищал поселения. О «сдвиге Либермана влево» говорят уже давно, и министр обороны дает к тому основания. Было ли его новое заявление согласовано с главой правительства, или это лишь частное мнение Авигдора Либермана? Была ли это попытка объяснить депутатам, что, несмотря на личные пристрастия, закон о поселениях не должен противоречить международному праву?
Сказав то, что сказал, Либерман не стал давать дополнительные комментарии. Тем временем в комиссии кнесета идет подготовка к рассмотрению законопроекта в первом чтении. А жители Амоны готовятся встретить день «Ч» — 25 декабря. День, когда полицейский спецназ придет выселять их из своих домов. Если это случится, несмотря на все попытки прийти к компромиссу, Израиль ждут новые испытания. Амона — не Гуш-Катиф с его восемью тысячами жителей. Амона — это всего двести человек, пятьдесят семей. Но Амона стала символом поселенческого движения. Судьба Амоны — это, как считают многие, судьба и других еврейских поселений в Иудее и Самарии. В каком-то смысле — это судьба всего Государства Израиль.
Когда я пишу эти строки, закон о поселениях еще не принят, а Амона еще не разрушена. Когда читатели «Алефа» будут читать эту статью, они уже будут знать из новостей о судьбе небольшого еврейского форпоста в Самарии. Форпост называется Амона. Запомните это название. Возможно, оно окажется связано с глубокими политическими изменениями в государстве Израиль.
Песах АМНУЭЛЬ, Израиль



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


«Дорога к Храму» Адольфа Шаевича

К 75-летию раввина России Адольфа Шаевича
 

Израильский адвокат – в МОСКВЕ!

В Москве ведет приём израильский адвокат Зив Семёнович Кош.

Юридические услуги:

* консультации для юридических лиц и предприниматели,
* консультации для физических лиц

Консультации

* по вопросам получения израильского гражданства;
* по освобождению от службы в израильской армии.

Доверьте решение своих проблем Зиву Кошу, опытному адвокату из Израиля!

Подробности на сайте: http://www.kosh-law.com

Контактный телефон:
8 (963) 628 56 88