Израиль Сибирью таки да прирастать будет

 Давид Шехтер
 8 августа 2017
 173

Рассказы о новосибирском Академгородке сопровождают меня всю жизнь. Друг, ставший потом родственником, много рассказывал, как он учился в физматшколе Академгородка, а потом в университете, какая там царила атмосфера. Я слушал и верил с трудом, настолько описываемая им жизнь в Академгородке отличалась от существования обычного советского человека.  

В Академгородке попытались создать теплицу для прорыва в науке и воспитания научных кадров. Дело касалось и материальной стороны — здесь у студента старших курсов была отдельная комната, работали спецмагазины с продуктовыми заказами для ученых. И интеллектуальной — читались совсем иные курсы, чем в других университетах, а студентам в «Политклубе» и кафе «Под интегралом» позволялось обсуждать почти всё. «Между собой вы можете говорить свободно, — разъясняли кураторы «Политклуба» в штатском, — только не вздумайте выносить это за пределы Академгородка».
Все это осталось в прошлом. Академгородок давно живет по общим для всей страны законам и переживает общие для всех трудности. От былых славы и величия осталось немного, хотя в эти дни он пышно отмечает 60-летие своего создания.
Тем не менее, приехав в Новосибирск на фестиваль «Шалом, Израиль», организованный Еврейским агентством и компанией «Офек Исраэли», я несколько свободных часов потратил не на экскурсию по городу, а на поездку в Академгородок. Валерий Сильвер — верховный правитель Сибири (по версии «Сохнута»), нашел мне потрясающего «гида» — Татьяну Румер. Она всю жизнь прожила в Академгородке и близко знала тех, кому он обязан своей славой, — академиков Лаврентьева, Будкера и других корифеев.
Отец Татьяны — физик Юрий Румер — был одной из самых ярких фигур Академгородка. Мой друг и родственник, которому посчастливилось учиться у Румера, так охарактеризовал его: «гениальный физик и удивительно порядочный человек». Из всех советских физиков только Румер удостоился похвалы Эйнштейна. А порядочность Румер сумел сохранить даже после отсидки в лагерях, которую провел в сталинских «шарашках». Румера арестовали в один день с его другом и коллегой Ландау. Но Ландау от длительного срока «отмазал» Капица. У Румера не нашлось столь влиятельного заступника, и он «загремел» на 10 лет.
Мы несколько часов гуляли по Академгородку. Татьяна с грустью и ностальгией рассказывала о том, каким он был в самом начале. Ее описания напомнили мне «Понедельник начинается в субботу» братьев Стругацких. Здесь действительно работали всю неделю без остановки, а на улицах слышны были разговоры не о спорте и кино, а о научных проблемах. Сколько здесь было молодых талантов, какая царила атмосфера творчества, даже, пожалуй, братства — вне зависимости от национальности и происхождения.
Это касалось и евреев, хотя уже тогда, в конце 50-х – начале 60-х годов, государственный антисемитизм в СССР работал на полную мощность. Евреев принимали на работу в исследовательские институты Академгородка и на учебу в университет. Позволяли защищать диссертации, и докторов наук с еврейскими фамилиями, заведовавших самыми важными лабораториями в Академгородке, было немало. Существовало, впрочем, единственное ограничение: евреям редко давали звания академиков и членов-корреспондентов. Поэтому в «иконостасе» академиков и членкоров, висящем на физическом факультете старого главного здания университета, есть портрет только одного еврея — Герша Ицковича Будкера. Он был настолько велик, что антисемитам не удалось предотвратить его назначения на пост главы Института ядерной физики (ИЯФ) и избрания академиком.
Вольница и расцвет Академгородка закончились в 1969 году. Во время процесса над Синявским и Даниэлем в Академгородке было написано письмо в их защиту, которое подписали 46 видных ученых. И советская власть поняла, что зашла слишком далеко в своей попытке создать бантустан либерализма и относительной свободы, который не будет оказывать влияния на окружающих, а, варясь в собственном соку, будет работать на нее денно и нощно.
Первые репрессии обрушились на евреев. С 1973 года еврейских студентов практически перестали принимать в физматшколу и университет. А затем начали закручивать гайки и выдавливать евреев из исследовательских институтов. И евреи начали уезжать. Не в Москву и Ленинград, где с антисемитизмом ситуация была еще хуже, а за границу.
Тем не менее евреев в Академгородке все еще было много. В конце 80-х годов, на пике антисемитской кампании, по Новосибирску были расклеены плакаты, в которых русским патриотам предлагалось ознакомиться со списком телефонов сотрудников ИЯФ, носившего к тому времени имя Будкера. Евреи в массовом порядке начали покидать Академгородок. Хотя и сегодня можно то в том, то в этом институте найти еврея, заведующего кафедрой.
В начале 2000-х годов в Академгородке «Сохнут» провел курс по национальной идентификации. Как говорит Татьяна, он многим помог понять, кто они и что они. В её квартире, той самой, которую получил еще профессор Румер, восемь лет работал кружок по изучению Пятикнижия. Собирались 12 интеллектуалов и читали Книгу книг со всеми имевшимися тогда на русском языке комментариями.
– Когда мы закончили чтения, то половина собрались и уехали в Израиль, — говорит Татьяна. — Трое скончались, и нас осталось только трое. Я очень скучаю по уехавшим друзьям.
Татьяна, много лет читающая на физическом факультете университета курс «История возникновения математических идей», считает, что эксперимент с Академгородком закончился.
– В XX веке советская власть поставила два эксперимента с целью добиться прорывов в науке и технике. Первый — «шарашки», где арестованные ученые и инженеры работали за кусок хлеба. И второй – Академгородок. Первый был «эффективным», но существовать мог только в сталинские времена. Второй должен был быть еще более эффективен, но ставка на то, что внутри искусственно созданного образования будет существовать свободная творческая жизнь, отличная от внешнего тоталитарного окружения, себя не оправдала. Такая жизнь действительно здесь существовала, но продержалась всего около десяти лет, до конца 60-х годов. А потом влияние окружения начало сказываться, все начало гнить. Гонения на евреев стали одним из признаков этого гниения. Сегодня отсюда уезжают уже все. А харизматичных, сильных личностей, которые могли бы остановить или хотя бы приостановить этот процесс, нет».
Такие личности нашлись в сорока минутах езды от Академгородка. Именно они практически на пустом месте создали цветущую сегодня еврейскую общину Новосибирска, в которой есть все общинные институты и организации. Один из них — раввин города Шнеур-Залман Заклос.
– Я нахожусь городе уже второй век, — с полным на то основанием говорит раввин, приехавший в Новосибирск в конце декабря 1999 года. Заклос, уроженец Израиля, нашел в городе еврейскую духовную пустыню.
Евреев вообще в Новосибирске всегда было немного. Они впервые появились здесь вместе с прокладкой Транссибирской железной дороги в конце XIX века — подрядчики, купцы, мастеровые. В 1908 году построили первую и единственную синагогу. Через двадцать лет ее снесли. С началом Второй мировой численность евреев города увеличилась в несколько раз за счет эвакуированных и беженцев из Польши. Они-то и зарегистрировали еврейскую религиозную общину, которая официально действовала до тех пор, пока «поляки» не уехали. С тех пор и до конца 90-х еврейской жизни в городе практически не было.
Энергичный молодой раввин все перевернул. Конечно, с помощью местных евреев, которые с готовностью начали помогать ему и словом и делом. Одним из них стал бизнесмен Александр Шпикельман, председатель попечительского совета общины города. Результат их деятельности — громадный Общинный центр «Бейт Менахем», высится в пяти минутах ходьбы от здания знаменитого оперного театра.
– Меня часто спрашивают, зачем нам понадобился такой центр и такая шикарная синагога, — говорит рав Заклос. — А для того, чтобы евреи ими гордились. В двадцатом веке их здесь слишком часто и грубо унижали, пытались втоптать в грязь. Поэтому до сих пор кое-кто опасается ходить в синагогу. Но вот такой гордятся и в такую — ходят. Пока у нас все еще есть проблемы с ежедневным миньяном. Но на праздники приходят тысячи людей. На последнем седер Песах были 300 человек, и мест для всех желающих не хватило.
Никаких препятствий со стороны властей раввин не чувствует. Наоборот, по его словам, власти его балуют и помогают во всем. Что же касается бытового антисемитизма, то раввину есть с чем сравнивать. Недавно он побывал в Париже и за три дня услышал в свой адрес столько оскорблений и проклятий, сколько не услышал за 17 лет в Новосибирске.
– Да, антисемитизм у нас порой проявляется, — говорит Александр Шпикельман, — не знаю, то ли по инерции, то ли из-за воспитания, которые остались с прежних времен. Тем не менее в Сибири всегда было чуть более лояльное отношение к евреям. Поэтому сюда приезжала интеллигенция, которая не могла пробиться на Западе России или на Украине. Евреи себя в Сибири чувствовали более свободно. Хотя, конечно, в университет поступить и на работу устроиться еврею было сложно. Сейчас остатки этого еще есть, но агрессивного антисемитизма уже нет. И слава Б-гу. Что же касается общины, то у нас есть и своя синагога, и детский садик и лицей. Работаем над тем, чтобы приходило больше молодежи. Смотрим в будущее с оптимизмом.
Александр Шпикельман и раввин Заклос пришли поприветствовать проходивший в гостинице «Мариотт» фестиваль «Шалом, Израиль». По словам главы представительства «Сохнута» в Сибири Валерия Сильвера, отношения его организации с местной еврейской общиной очень теплые, уважительные и плодотворные.
Для участия в фестивале прибыли из Израиля 22 человека — представители министерств и ведомств, муниципалитетов, программ по трудоустройству, программы «Первый дом на Родине». В течение дня они читали обзорные и тематические лекции, сопровождавшиеся видеопрезентациями. А в большом зале были установлены стенды, возле которых находились израильские представители и вели индивидуальный разговор с каждым, кто желал больше узнать об Израиле. За день работы ярмарку посетили более 700 человек. Предварительно записалось намного больше, но помешали два фактора. Именно в этот день в городе проводили крестный ход и марафон, из-за которых движение в нескольких районах перекрыли, и попасть в гостиницу «Мариотт», расположенную в самом центре, было просто невозможно.
– Мы довольны и тем, что пришли сотни людей, и тем, какой они проявили интерес к нашему государству, — говорит Сильвер. — И что очень важно, на фестиваль приехали десятки жителей других городов — Кемерово, Барнаула, Красноярска, Томска. Связаться с ними «Сохнуту» было непросто, но вот такой фестиваль их привлек, и они получили массу информации, которая им прежде была неизвестна. Поэтому мы очень благодарны всем, кто принял участие в организации фестиваля, в первую очередь компании «Офек Исраэли».
Министр алии и интеграции Софа Ландвер: «Я рассматриваю подобного рода мероприятия в качестве возможности как можно лучше представить рынок труда и экономический потенциал Израиля. Я рада, что ярмарка прошла успешно».
Татьяна Румер рассказала мне, что несколько лет назад в Израиле состоялся слёт израильтян, бывших жителей Академгородка. Приехали на него десятки людей, сегодня успешно работающих в университетах и хай-тек. В конце встречи все сфотографировались на фоне плаката, обыгрывающего известный каждому жителю Академгородка лозунг, многие десятилетия красующийся на одной из его центральных улиц. На оригинальном плакате приводятся слова Ломоносова: «Мощь России Сибирью прирастать будет». На плакате слёта было написано: «Израиль Сибирью таки да прирастать будет».
Давид ШЕХТЕР, Израиль
Фотографии Давида Шехтера



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!