ФАНТАЗИЯ О МИХОЭЛСЕ

 Леонид Гомберг
 24 июля 2007
 3212
В минувшем марте в Москве, в театральном центре «На Страстном» прошла премьера музыкально-поэтического представления «Поющий Михоэлс». Создатель этого пронзительного лирико-публицистического моноспектакля — художественный руководитель театра «У Никитских ворот» Марк Розовский.
В минувшем марте в Москве, в театральном центре «На Страстном» прошла премьера музыкально-поэтического представления «Поющий Михоэлс». Создатель этого пронзительного лирико-публицистического моноспектакля — художественный руководитель театра «У Никитских ворот» Марк Розовский. В композиции прозвучали его стихи и песни, а также ставшие почти хрестоматийными песни на стихи Юрия Ряшенцева, Осипа Мандельштама, Моисея Тейфа в переводах Юнны Мориц и Юза Алешковского. Фактически это было одно из первых знакомств московской публики со спектаклем: работа над ним закончилась в июне прошлого года, премьера прошла во время летних гастролей театра в Израиле, несколько «неофициальных показов», организованных по инициативе московского отделения Еврейского агентства в России, москвичи могли увидеть в Еврейском культурном центре «На Никитской». «Поющий Михоэлс» — конечно же, не биография великого еврейского артиста. Это — по определению автора и исполнителя сценического представления — «свободная музыкально-поэтическая фантазия», не лишенная, однако, вполне добротной фактической основы, базирующейся на реалиях российской культурной жизни первых десятилетий прошлого века. Композиция построена если не на аналогиях, то, во всяком случае, на сближениях: два всемирно известных еврейских театра — «Габима» и ГОСЕТ; два выдающихся идишских режиссера — Грановский (Азарх) и Михоэлс (Вовси); судьба короля Лира и празднование столетия смерти Пушкина в 1937-м. А вот и парадокс еврейской жизни той поры, связанный с языковой ситуацией в умирающей общине: «молимся на иврите, говорим на идише, думаем по-русски». В том же стилистическом пространстве, но в иной эмоциональной плоскости решена вечная антитеза Мастер — Тиран. Розовский приводит свидетельство дочери Сталина Светланы Аллилуевой, своими ушами слышавшей телефонный разговор, который можно однозначно трактовать как санкцию вождя на уничтожение Михоэлса. Предметно, зримо противостояние артиста и «вождя народов» выражалось весьма лаконичными театральными средствами: просто Розовский время от времени возносил над своим лицом то корону, то милицейскую фуражку. И в этом жесте не было никакой навязчивой нарочитости, а тем более назидательного фанфаронства — только «детская игра с предметами-символами». В течение полутора-двух часов, прожитых Розовским на сцене, разговор автора спектакля со зрителями носил характер уважительной доверительности. Это была задушевная, откровенная беседа между своими, когда каждая спетая песня, каждое прочитанное стихотворение, вообще все слова и жесты ложились на благодатную почву взаимопонимания и признательности. Один из вечеров в ЕКЦ «На Никитской» проходил накануне международных торжеств, посвященных 60-летию освобождения концлагеря Освенцим. Марк Розовский, артист и гражданин, посчитал невозможным не сказать об этом событии всечеловеческого значения. Его взволнованные слова, не предусмотренные текстом инсценировки, не нарушили художественно-публицистической ткани спектакля... «Сегодня мы отдаем дань священной памяти погибших в Освенциме евреев и людей других национальностей. Но мы должны помнить, что фашизм не был тогда окончательно уничтожен. Об этом говорил Соломон Михоэлс, выступая в День Победы 9 мая 1945 года по радио: есть опасность возвращения фашизма. И мы должны сделать все, чтобы не допустить возвращения этой мрази...» Это была импровизация, но совершенно органичная в спектакле такого напряженно-публицистического звучания. В зале раздались аплодисменты. Музыкальное оформление, по существу, не было оформлением. Еврейская музыка — одна из главных тем сценического представления «Поющий Михоэлс», его живая душа. Поэтому успеху спектакля во многом способствовали замечательные музыканты, которые работали на сцене рядом с Марком Розовским: заслуженная артистка России Татьяна Ревзина, артистка Валентина Ломаченкова (скрипка) и заслуженный артист России Сергей Чепенко (клавишные). После спектакля зал стоя приветствовал выступавших — не просто артистов, но и единомышленников.


Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!