ИЕРИХОНСКАЯ РОЗА

 Давид Шехтер, Израиль
 7 августа 2008
 3916

Руководитель Международного консультационного Центра Вадие Абу Нассар вместе с посольством Дании уже организовывал в прошлом поездки представителей русскоязычной израильской прессы в города палестинской автономии. За последние полгода мы посетили Хеврон, Бейт-Лехем и Рамаллу. Теперь настал черед Иерихона.

За двадцать лет жизни в Израиле я несколько раз бывал в этом городе. Перед передачей его автономии — в соответствии с ословскими соглашениями — пресс-служба ЦАХАЛа устроила мне прощальную экскурсию. Военный комендант Ури Г. провел меня по сонным, пыльным, пышущим жаром улочкам.

«Иерихон — город тихий, — сказал мне тогда Ури, — фундаменталисты здесь не в почете. Жители зарабатывают на жизнь обслуживанием туристов, посещающих еврейские и христианские святые места. Поэтому они заинтересованы, чтобы в городе сохранялось спокойствие. Думаю, так будет и в дальнейшем, когда здесь установится власть автономии».

Прогноз Ури оказался верным. Через несколько лет, в рамках резервистской службы мне довелось провести целый месяц на КПП возле южного въезда в город. Собственно, даже не на самом КПП, а в располагающемся возле него израильско-палестинском координационном бюро. Я стоял на посту во дворе, отведенном палестинским полицейским, и теперь вспоминаю тот месяц, как время отдыха. Полицейские угощали меня кофе и виноградом, мирно беседовали. И хотя, понятно, когда заходил разговор на политические темы, мы мало в чем соглашались, споры велись в дружественной обстановке.

Никаких происшествий за время моей службы не произошло, да и после нее я никогда не встречал сообщений о каких-то инцидентах в Иерихоне. Жители города, как и предсказывал Ури, стремились соблюдать полное спокойствие, чтобы не отпугнуть туристов. Пиком туризма стал 2000 год, когда город посетили 850 тысяч иностранцев.

А когда в Иерихоне открыли комфортабельный отель «Интерконтиненталь», при котором действовало казино, то от израильтян просто отбою не стало. В единственное на Ближнем Востоке официально действующее казино, куда израильтяне имели свободный доступ, съезжались десятки тысяч любителей рулетки.

Все закончилось в сентябре 2000 года с началом второй интифады. Казино закрыли, израильтянам категорически запретили въезд в город, как, впрочем, и во все другие города автономии.

Тем не менее и сегодня Иерихон считается самым спокойным, с точки зрения безопасности, городом Западного берега. Мы отправились ранним утром из Тель-Авива в поездку, обещавшую быть очень интересной. Тем более что власти автономии гарантировали нам охрану.

— Кто такие? — спросил израильский солдат, когда мы подъехали к КПП на южном въезде в Иерихон.

— Русская пресса, — ответил Вадие, и мы рассчитывали, что, как всегда, на этом вопросы закончатся. Но солдат оказался дотошным.

— Евреи есть?

— Я — еврейка, — гордо ответила журналистка.

— Тогда разворачивайтесь. Евреям въезд в Иерихон запрещен, — скомандовал солдат.

— Но почему? — попытался возразить Вадие. — Журналистам въезд на территорию автономии разрешен.

— Ничего не знаю, — отрезал солдат. — У меня приказ — евреев не пускать.

Мы начали звонить в пресс-службу ЦАХАЛа, в штаб Центрального военного округа. Из пресс-службы ЦАХАЛа в канцелярию губернатора прислали специальные анкеты, в которых мы должны были продекларировать, что въезжаем в Иерихон на свой страх и риск и снимаем с ЦАХАЛа ответственность за нашу безопасность. На эту волокиту ушло четыре с половиной часа, и все это время мы простояли возле КПП. Иерихон находится в долине, на глубине 137 м ниже уровня моря. Влажность здесь почти нулевая, а июньское солнце палило нещадно. Это нельзя было назвать жарой, скорее геенной огненной.

Наконец, разрешение поступило, и через три минуты после пересечения КПП мы оказались в иерихонском «Интерконтинентале», носящем название «Оазис». Что сказать — это был воистину оазис прохлады и, главное, холодной воды, в неограниченном количестве сразу же предложенной нам гостеприимным губернатором Арифом Джабари.

Как и все губернаторы округов, Джабари — личное назначение председателя автономии Абу Мазена. Он несколько раз извинился за недоразумение, произошедшее не по его вине, и выразил сожаление, что представители местной прессы и бизнесмены нас так и не дождались. «В виде компенсации я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы», сказал он и пригласил в большой зал, где уже стоял накрытый к обеду стол.

Зал был оформлен со вкусом — бело-золотистая матерчатая обивка стен, темно-коричневые деревянные панели, толстые ковры на полу. Официанты работали тихо, незаметно и быстро — стоило допить бокал воды, как его тут же вновь наполняли до краев.

Во время обеда губернатор — благообразный, седовласый мужчина, рассказал о ситуации в Иерихоне. Его округ занимает 24% территории Западного берега, принадлежащей автономии. Но население невелико — всего 48 тысяч человек, из которых в самом Иерихоне — 28 тысяч. Правда, в городе постоянно проживают еще около 25 тысяч граждан автономии.

Главные источники существования — сельское хозяйство и туризм. Поэтому губернатор сразу же подчеркнул, что 81 исторический объект города содержится в идеальном порядке и охраняется круглые сутки. Военный конфликт с Израилем нанес сильный удар по туризму. После начала интифады и до 2004 года город был закрыт. Только в последние годы ситуация начала исправляться. В 2007 и 2008 годах Иерихон посетили 450 тысяч туристов.

В сельском хозяйстве положение намного хуже, отметил Ариф Джабари. В основном, из-за того, что Израиль контролирует большую часть сельскохозяйственных земель в долине и водные источники. Израильтяне активно используют эти земли и ежегодно выкачивают до 50 млн. кубометров воды.

«Они даже высадили на наших землях финиковые рощи и собирают там отличные урожаи, — с горечью сказал губернатор. — Кроме того, израильские власти чинят препятствия развитию экономики автономии, не предоставляя необходимые территории. Так, например, у нас есть готовый проект совместной израильско-иорданско-палестинской промзоны, на создание которой Япония выделила 117 млн. долларов. Но нам необходимо 115 дунамов земли, а их нет». (Забегая вперед, скажу, что во время поездки по Иерихону мы увидели так много пустующих земель, что это утверждение губернатора показалось более чем странным.)

— Мы стремимся к миру и от этого стремления не отступимся. Мы хотим жить на основе добрососедских отношений. Нам очень важно будущее наших детей, но и будущее детей Израиля нас волнует не в меньшей степени — мы понимаем, что если не будет безопасности для всех, мира не достичь. Поэтому мы осуждаем любые проявления насилия, — сказал губернатор.

С этим нельзя было не согласиться, но Ариф Джабар тут же обрисовал, какими должны быть условия этих добрососедских отношений: «Мир возможен только без забора и без поселений. Когда их уберут, когда Израиль уйдет со всех палестинских территорий, только тогда наступит спокойствие. Сейчас существует уникальный шанс добиться мира, поскольку у власти находится Абу Мазен. Если он уйдет, этот шанс будет упущен».

Я спросил у губернатора, как он расценивает перемирие, заключенное правительством Ольмерта с Хамасом. Не считает ли он, что это перемирие, дающее Хамасу возможность укрепиться, — явный удар в спину Абу Мазена, вот уже два года ведущего с Ольмертом мирные переговоры?

Губернатор улыбнулся, и дипломатично ответил: «Когда я был ребенком, то считал, что только правители арабских стран готовы на все, лишь бы удержаться у власти. Но сегодня я вижу, что ради своих кресел и лидеры Израиля готовы поступиться даже главными интересами своей страны. Лидеры обязаны думать о будущем своего народа, а не о личном благополучии. Если Абу Мазен потерпит провал, то на руках у противников мирного процесса, считающих, что Израиль понимает только силу, окажутся козырные карты».

Губернатора поддержал заммэра Иерихона Ибрагим Дэйк. «Представьте себе, что Абу Мазен выступает по телевидению и говорит: «Мои переговоры с Израилем зашли в тупик. Я ничего не сумел добиться и ухожу в отставку». Неужели вы думаете, что его преемник вновь осмелится на мирные переговоры? Когда нет надежды, то сторонников мира сменяют люди, ратующие за то, чтобы добиваться наших прав другими способами.

Я занимаюсь туризмом и экспортом-импортом сельскохозяйственной продукции. В определенные годы 65% наших овощей и фруктов шло на израильский рынок. И всем это было выгодно. Я построил в Иерихоне фуникулер, ведущий к одному из христианских святых мест — горе Искушения. После 2000 года он бездействовал несколько лет. Да и сейчас им пользуются всего около 500 человек в день. Я до сих пор не окупил затраты на его строительство и эксплуатацию. Причина одна — оккупация. Будет мир — будут туристы, будет торговля. Эта земля станет благословенным краем для всех ее жителей».

После завершения обеда мы прошлись по отелю. Он был пуст. Лишь в бассейне плескались несколько человек, да возле бара сидели с десяток туристов европейского вида. Территория отеля усажена пальмами, розовыми кустами. «Оазис» находится на холме, и с него хорошо видны выжженные солнцем, пыльные улицы Иерихона.

Мы ездили по городу в сопровождении Ибрагима Дэйка. Первым делом нас привезли к одной из самых древних синагог мира «Шалом ле Исраэль». Из-за нее шли ожесточенные споры во время передачи города автономии. Палестинцы категорически возражали против сохранения «Шалом ле Исраэль» под контролем Израиля — синагога находится в самом центре города. И Рабин уступил.

Сегодня синагога пустует. Возле входа оборудован соломенный навес, под которым дежурят двое вооруженных полицейских. «Видите, — с гордостью сказал Дэйк, — мы охраняем и еврейские святые места. Никто не может нас обвинить, что синагоге нанесен даже малейший ущерб».

Увы, внутрь нас не пустили — на это требуется специальное разрешение. Как, впрочем, и на то, чтобы вообще подойти к синагоге — власти опасаются, чтобы какой-нибудь фанатик не осквернил ее и не лишил бы тем самым автономию пропагандистских козырей.

Увидеть уникальную двухтысячелетнюю мозаику, украшающую пол синагоги, нам так и не удалось. Ключей от двери у охранников не оказалось, и мы только смогли заглянуть в замочную скважину. Пол тускло отсвечивал в свете забранного жалюзи оконца и выглядел совершенно целым. Но разглядеть что бы то ни было в темноте было невозможно.

Зато с фуникулера мы рассмотрели Иерихон во всей его неприглядности. На входе в здание фуникулера висит удостоверение — он внесен в книгу Гиннеса как канатная дорога, находящаяся ниже уровня моря. Красно-белые кабинки подняли нас на 70 метров над Иерихоном, к монастырю, расположенному на горе Искушения.

В монастырь мы, понятно, не пошли, зато весь Иерихон был виден, как на ладони. Единственное высотное здание в городе — гостиница «Интерконтиненталь». В отличие от Хеврона и Рамаллы, удививших чистотой, Иерихон — типичный арабский город: в нем много мусора и мало растительности. По существу, это большая, грязная, запыленная деревня. Одно- — двухэтажные домики довольно жалкого вида прерываются большими пустырями, на которых ничего не растет.

Ибрагим Дэйк проводил нас до выезда из города и дружески распрощался. «Приезжайте еще, — пригласил он, — здесь вам нечего бояться».

— Ну, — спросил меня Вадие, — как тебе понравился Иерихон?

— Очень даже понравился, — ответил я, — миллион туристов каждый год, и через несколько лет это место расцветет, как иерихонская роза. Только бы не было террора.



Комментарии:

  • 19 сентября 2019

    Алиана

    Ya.ru

    [URL=http://ya.ru]Ya.ru[/URL]


  • 19 сентября 2019

    <a href="http://ya.ru">Ya.ru</a>

    Крутой рассказ!


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции