КАК «ОБУСТРОИТЬ» ИЗРАИЛЬ

 Давид ШЕХТЕР
 24 июля 2007
 3349
В начале декабря 2003 года Абд Рабо, один из главных с палестинской стороны застрельщиков так называемых женевских соглашений, заявил: «Если создание палестинского государства мешает праву беженцев на возвращение, то пусть лучше не будет государства».
В начале декабря 2003 года Абд Рабо, один из главных с палестинской стороны застрельщиков так называемых женевских соглашений, заявил: «Если создание палестинского государства мешает праву беженцев на возвращение, то пусть лучше не будет государства». В середине декабря в Париже состоялся закрытый семинар, в котором участвовали ведущие представители масс-медиа Израиля и палестинской автономии. Журналисты, реально формирующие общественное мнение, собрались для того, чтобы попытаться найти общий язык, завязать диалог. По свидетельству Шимона Шифера, одного из ведущих журналистов Израиля (газета «Едиот ахронот»), главной темой для его коллег из автономии было возвращение беженцев. Шифер пришел к однозначному выводу: никакой договор с палестинцами невозможен без разрешения этой проблемы. Как тут не вспомнить, что летом 2000 года на переговорах в Кемп-Дэвиде Барак был согласен на полный отход Израиля к границам 1967 года, включая раздел Иерусалима. Однако Арафат отказ от предложенных Бараком невиданных уступок мотивировал именно проблемой беженцев. В чем ее суть? Почему более чем за 50 лет они никуда не исчезли, не растворились среди принявших их стран с братским арабским населением, а лишь размножились: вместо нескольких сот тысяч теперь их миллионы. Напомню, что в ходе Войны за независимость арабы убежали не из-за злодеяний евреев, а по призыву руководителей арабских стран, чьи армии напали на только что созданное еврейское государство. Не сомневаясь в победе, они обратились к соплеменникам с призывом: «Уйдите из районов военных действий, чтобы не пострадать, когда мы будем уничтожать евреев. Война скоро закончится, и вы спокойно вернетесь». Но война завершилась совсем не так, как рассчитывали ее зачинщики. А внявшие демагогическим призывам оказались у разбитого корыта. После Второй мировой войны и Европа была полна беженцами. Но все они давным-давно обжились на новых местах, стали полноправными гражданами приютивших их стран. Все, кроме беженцев арабских. Потому что никто из арабских лидеров, за эти годы потративших огромные средства на вооружение и войны с Израилем, вовсе не был заинтересован в том, чтобы облегчить судьбу этих людей. Их держат в лагерях преднамеренно, без документов, поэтому беженцем себя может представить практически любой араб. Если Израиль уступит напору, то его попросту сметет волна миллионов арабов, которые в худшем случае немедленно развернут подрывную деятельность. А в «лучшем» – уничтожат еврейский характер Израиля: даже если в Израиль приедет только один миллион беженцев, это кардинальным образом изменит демографический баланс, и в результате первых же выборов в кнесете окажутся десятки представителей арабских партий, которые легитимным путем добьются уничтожения еврейского государства. Сравнение действий палестинцев и евреев также наводит на интересные заключения. Евреи начали создавать свои национальные организации задолго до возникновения государства, в 20–30-е годы прошлого века. Тогда возникли Гистадрут, больничные кассы, всевозможные фонды, вроде Керен Кайемет, политические образования – МАПАЙ, Агудат Исраэль и другие, послужившие основой для соответствующих государственных и политических институтов Израиля. Палестинские же лидеры целенаправленно и последовательно не только отказываются от предлагаемого им государства, но и разрушают всевозможные организации и образования, которые могли бы послужить основой для его институтов. Невиданное упорство палестинцев именно в вопросе о беженцах выдает их истинную цель – не создание своего государства, а уничтожение Израиля. Этим объясняются и отказ Арафата от уступок Барака, и заявление Абд Рабо. Поэтому Ариэль Шарон, в отличие от сторонников ословского процесса, пришел к выводу: с нынешним поколением палестинских лидеров просто не о чем разговаривать. Каков же выход из сложившегося положения? По большому счету, возможны только три варианта. Первый – возврат к ситуации, существовавшей до ословских соглашений. Израиль вновь полностью берет под свой контроль всю территорию Иудеи, Самарии и Газы. Преимущество этого варианта – намного бо’льшие, чем сегодня, возможности борьбы с террором. Недостаток – Израиль опять возьмет на себя ответственность за несколько миллионов палестинцев. А это означает, что он будет обязан предоставить им работу, поддерживать жизненный уровень, обеспечить нормальное функционирование муниципальных, образовательных и прочих систем. На это уйдут многие миллиарды шекелей, а начавшая выправляться израильская экономика все еще находится в весьма сложной ситуации. К тому же за почти десятилетнее правление Арафата в автономии создана глубоко эшелонированная террористическая структура, выкорчевать которую будет совсем не просто. Это тоже потребует средств и времени. А борьбу с террором и восстановление нормальной жизни в бывшей автономии придется вести под непрекращающейся жесткой критикой как со стороны израильского левого лагеря, так и со стороны мировой общественности. Вариант второй – уход к границам 1967 года. Преимущество – поддержка мирового общественного мнения, надежда на укрепление связей с арабскими странами. Недостаток – террористы во всем мире, а не только в нашем регионе получат невиданный стимул для продолжения своей деятельности. На месте автономии возникнет террористическое государство, которое заключит договоры о поддержке и сотрудничестве с экстремистскими режимами. Вполне вероятно, что новорожденное государство немедленно обратится к Ирану с просьбой ввести на его территорию «ограниченный контингент» стражей исламской революции, разместит его вдоль границы с Израилем и развернет такую войну на истощение, по сравнению с которой «интифада Аль-Акса» бледнеет. Тотальное отступление израильтян убедит арабов, что те морально сломлены, не способны на борьбу. Эту уверенность укрепит и колоссальный раскол в израильском обществе, который неминуемо возникнет после отступления, а также экономический кризис, вызванный расходами на демонтаж поселений и устройство более чем 200 тысяч поселенцев. Вариант третий – односторонний отход Израиля из части Иудеи и Самарии, строительство защитной стены и продолжение борьбы с террором. Преимущества – бо’льшая эффективность действий ЦАХАЛа по обеспечению безопасности, поддержка США, дополнительные аргументы для израильской пропаганды, возможность, избавившись от палестинского населения, закрепить статус-кво на многие годы в ожидании изменений в палестинском обществе. Недостаток – потеря части Эрец Исраэль, общественное сопротивление в Израиле. План одностороннего отхода не нов. Еще в 1978 году его разработал и представил на обсуждение кнесета Моше Даян, уже тогда пришедший к выводу, что с палестинцами ни о чем договориться не удастся. План в кнесете провалили, из ликудников его поддержали только Залман Шоваль и молодой, мало кому известный депутат Эхуд Ольмерт. В 1995 году Залман Шоваль, успевший побывать на самом престижном посту израильской дипломатии – послом в Вашингтоне, вновь предложил этот план на рассмотрение съезда Ликуда. Но и на этот раз его отклонили – после пламенных речей Бени Бегина и Элиягу Бен-Элисара. И вот сегодня идею одностороннего отступления и отделения от палестинцев вновь озвучил сперва Эхуд Ольмерт – первый вице-премьер, а затем и сам глава правительства. Судя по последним заявлениям Ариэля Шарона, он всерьез склоняется к третьему варианту. Время покажет, насколько премьер преуспеет с его реализацией, но на руку Шарону играют несколько важных факторов. Первый – нынешний расклад сил в кнесете оставляет Шарону возможность для почти беспрепятственного маневра. Второй фактор – даже при демонтаже нескольких отдаленных поселений сопротивление не будет носить массового характера, и поэтому общественный эффект окажется не таким уж значительным. Большинство нынешних руководителей поселенцев – либо личные друзья Шарона, либо рука об руку многие годы работали вместе с ним по созданию и укреплению поселений. Этим людям будет сложно выступить против Шарона с той энергией и изобретательностью, как во время демонстраций против Рабина, Переса и Барака. Нынешний премьер, считающийся на полном основании отцом поселенческого движения, постарается убедить и их, и общественное мнение, что именно третий вариант представляет собой наименьше зло в создавшихся после ословского процесса условиях. Скорее всего, к этим аргументам Шарона прислушается большинство не только всего израильского общества, но и израильских правых. Израильскому обществу предстоят в ближайшем будущем сложные дни. Но падение правительства, похоже, не ожидается. Ариэль Шарон пришел к выводу: с нынешним поколением палестинских лидеров просто не о чем разговаривать.


Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!