Радость

 Семен Флигельман
 4 мая 2010
 4157

Мой отец Семен Моисеевич Флигельман (1922–1996) в шестнадцать лет лишился родителей, которых репрессировали, прошел всю войну, участвовал в самых жестоких битвах, несколько раз был ранен, награжден многими боевыми наградами. После войны, окончив филфак педагогического института, до конца своих дней жил и работал в Калинине (ныне Тверь), был известным в городе журналистом. Его перу принадлежат десятки очерков и несколько книг, посвященных войне. Но главное свое произведение отец написал незадолго до своей смерти. Это более шестидесяти рассказов, которым он дал общее название — «Осколки». На фронте отец не вел дневников, о чем впоследствии очень жалел. Но в памяти застряли, как осколки, и кровоточили эпизоды тех страшных дней. Он очень редко вспоминал о них, хранил в себе. И вдруг за несколько месяцев до смерти, будучи очень больным человеком, начал самозабвенно писать. Создавалось ощущение, что он едва успевает записывать то, что диктовала его память. Видимо, пришло время… Михаил ФЛИГЕЛЬМАН, Россия  

Представляем вниманию читателей «Алефа»
рассказ Семена Флигельмана из цикла «Осколки».


Село стояло в стороне от большого шляха. В нем полк остановился на привал. Бойцы доставали бадьей колодезную воду, пили, умывались. Появились женщины с глечиками молока, пшеничным хлебом, начали угощать нас. Дети, прижавшись к матерям, с любопытством смотрели на нас.
– Баба Маня, — зазвенел мальчишеский голос, — теперь мне можно здесь бегать?
– Побегай, побегай, сынок, — отвечал женский голос.
– А кричать?
– Покричи, покричи.
– А громко можно?
– Теперь можно, Гриша.
На улицу выбежал мальчишка лет десяти, худой, голенастый, с черными вихрами волос. На нем были застиранная рубашка и короткие залатанные штаны. Он пронзительно крикнул и побежал, высоко подпрыгивая, размахивая руками. Кричал не слова, а так, будто пробовал голос — то звонко, то переходя на рык.
– Чудной мальчишка. Чей он?
– Вот бабы Манин он, — ответили женщины. — Еврейский мальчик. Она его всю войну прятала. Расскажи людям, баба Маня.
К нам подошла, заметно приволакивая ногу, немолодая, плохо одетая женщина.
– Что не рассказать добрым людям! — начала она. — Как пришли немцы, так через месяц из местечка погнали к Кривой горе на расстрел всех евреев, старых и малых. Тут через день шла я лесом, вижу: лежит на земле мальчонка, трясется от плача. Приласкала его, он сказал, что мать его и сестренку из толпы у поворота к лесу вытолкнула. Сестренку немцы убили, а он убежал. Жалко мне стало мальчонку, Гришей его звать, спрятала у себя. Сидел в погребе, света Б-жьего не видел. Все хотел на улицу. А у нас полицаи из соседнего села шастали, своих, слава Б-гу, не было. Говорила ему: вот придут наши, тогда и побегаешь. Ночью иногда в сад выводила. Ему почему-то покричать хотелось. Я говорю: вот придут наши, тогда покричишь. Сколько времени прошло! Было ему семь, а теперь, считай, скоро десять.
Между тем Гриша бегал, бросался из стороны в сторону, внезапно останавливался, потом кидался вперед. Прыгал, вскидывая руки. Кричал то отрывисто, то протяжно. Он ни на кого не смотрел, будто был один во всем мире.
– Отвык от людей, — сказала баба Маня.
– А вы ведь жизнью рисковали...
– Мне так его жалко было, ни о чем не думала. А потом как свое дите стало. Прилипло к сердцу. Спасибо вам, добрые люди, вызволили нас.
По скупому рассказу бабы Мани мне смутно представлялась жизнь этого мальчика, который годами не мог отличить день от ночи. Кругом все темно, а в душе страх. Неосознанная по малолетству ущербность. Все в запрете, даже сама жизнь. Только доброта и любовь бабы Мани, внушенная ею вера в то, что нужно терпеть и ждать, поддерживали в нем человеческие начала. Не понимал он, конечно, какое счастье выпало на его долю, что встретил такую светлую душу — бабу Маню.
А сейчас он без устали бегал по дороге, прыгал, звонко кричал без слов, скакал, заливисто смеялся. Это был дикий танец, припадок радости, гимн свободе, свету, воздуху, земле, людям. Он торжествовал: можно бегать, кричать, дышать, жить!
Никогда больше я не видел, чтобы человек так радовался жизни.

Семен ФЛИГЕЛЬМАН
 



Комментарии:

  • 27 февраля 2011

    Михаил Флигельман

    Для Станислава Флигельмана. Станислав, есть что обсудить.Напишите мне: mikhailf2009rambler.ru

  • 14 февраля 2011

    Гость

    Меня зовут Станислав Флигельман. Мой отец говорит, что наша фамилия настолько редкая, что люди с этой фамилией наверняка родственники. Если вам интересно я могу написать о своих предках. Вдруг это действительно так?

  • 5 августа 2010

    Гость

    А я только сейчас прочитал комментарии редакции и моего племянника Ильи про моего отца Семена Флигельмана.Спасибо и редакции, и Илье. Михаил Флигельман.

  • 23 июня 2010

    Гость

    Спасибо, Илья. Мы рады, что Вы нашли и прочитали рассказ своего деда. Редакция

  • 20 июня 2010

    илья

    ya ivo vnook. ochin haroshoya statya pra moyevo dedushku!


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции