Абзац

 Семен Шенкер
 25 июля 2010
 4407

Ученье — свет, а неученых — тьма Эмиль Кроткий — настоящее имя Эммануил Яковлевич Герман (1892–1963) — поэт-сатирик, фельетонист. Сатирические произведения печатал под псевдонимом Э. Кроткий, лирические стихи — под своей настоящей фамилией. Популярность его оказалась слишком большой, а повторяемые публикой цитаты слишком смешными, и в 1933 году его арестовывают за «антисоветские» басни... «Я сделал неосторожный шаг в три тысячи километров», — так упоминал он о десяти годах северной ссылки. Только в 1946 году вернувшийся в Москву Э. Кроткий получил возможность опять появляться на страницах «Крокодила». В 1950-х годах вышли маленькие книжки в приложении к «Крокодилу», а после смерти — «Отрывки из ненаписанного». Литературное наследие сатирика стало быстро забываться, но шутки, эпиграммы, афоризмы, приписываемые то одному, то другому популярному лицу, превратились в фольклор.

Барабан может заглушить весь оркестр, но не может заменить его. 
Больших чувств она избегала, как крупных купюр, которые не всегда легко разменять.
Будь прост, но не слишком! Простейшее — амеба.
В автомобиле сидел стандартный молодой человек из тех, которые выпускаются сериями — вместе с автомобилями.
В горящем доме не меняют занавесок.
В действительности все не так, как на самом деле.
В семейном альбоме мирно уживались родственники, ссорившиеся всю жизнь.
В школе жизни неуспевающих не оставляют на повторный курс.
Врач не Б-г. Пришел, увидел, не помог!
Всем взял — умом, талантом, а кое с кого и деньгами.
– Директор на минуту вышел. Позвоните через час.
До близких далеко, до далеких близко — вот и ходишь к далеким.
Его песня была спета — он перепевал чужие.
Если вор залез к вам в пустой карман, это еще не доказывает его бескорыстия.
Если ты хочешь быть впереди классиков — пиши предисловия к ним.
Если уж метать икру, так только черную.
Жизнь — это школа, но спешить с ее окончанием не следует.
Жизнь и смерть ходят рядом, но ничего не знают друг о друге.
Заснул, забыв принять снотворное.
Зеркало успешно отражало ее попытки казаться красивой.
И в общую тетрадь можно вписывать свои мысли.
Из песни слова не выкинешь, но можно выкинуть песню.
К таким лицам больше всего идет пощечина.
Каждому свое, а иным и чужое.
Когда вагоновожатый ищет новых путей, вагон сходит с рельсов.
Костюм ее был еще не вполне модным, но уже достаточно неудобным.
Кошка мечтала о крыльях: ей хотелось попробовать летучих мышей.
Лицо у нее было очень подходящее для выступлений по радио.
Лучше эскимо без палочки, чем палочка без эскимо.
Люди хуже, чем они хотят казаться, и лучше, чем они кажутся.
Мало быть правым, надо быть правым вовремя.
Мечта рабов: рынок, где можно было бы покупать себе господ.
Мыльный пузырь всегда радужно настроен.
На задачи, заданные нам жизнью, ответы не даются и в конце.
Незнание закона не избавляет от ответственности. Зато знание — запросто.
Некоторые мысли приходят в голову под конвоем.
Не ошибается только тот, кто ничего не делает. Но и ничего не делать — ошибка.
Ну, допустим, что ты пробил головой стену. Что ты будешь делать в соседней камере?
Он был незлопамятен: не помнил зла, которое причинял другим.
Он так часто менял свою точку зрения, что она превратилась в многоточие.
Память ему не изменяла, но он изменял ей всегда, когда находил это удобным.
Нет пива без недолива.
Плавают разными стилями, тонут одним.
Подсунул врачу чужой рентгеновский снимок и радовался, что у него не нашли никакой болезни.
Подхалим иногда подобен альпинисту: идет в гору.
Постоянные колебания простительны только маятнику.
С ним обращались, как с запасным колесом автомобиля: считали необходимым, но держали сзади.
Сколько времени ни теряешь, а лет все прибавляется.
У него была хорошая память на плохое и плохая — на хорошее.
У рака все будущее позади.
Ухаживать за своей женой ему казалось столь же нелепым, как охотиться за жареной дичью.
Хороший рассказ должен быть краток, плохой — еще короче.
Часто инициатива скандала принадлежит мужу, а звуковое оформление — жене.
Часы неподвижны, маятник
колеблется, а время решительно идет вперед.
Чем мельче жители, тем более великой кажется им империя.
Это не пьеса, а оскорбление четырьмя действиями.
Я пью не больше 100 граммов, но выпив 100 граммов, становлюсь другим человеком, а этот другой пьет очень много.

Собрал Семен Шенкер, Россия
http://artel-art.livejournal.com/79393.html

 



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции