Ирина Маулер: поэт, художник, бард

 Михаил Юдсон
 1 декабря 2010
 4073

Ирина Маулер — израильский поэт, бард, автор трех книг стихов и шести музыкальных дисков, лауреат международных фестивалей авторской песни в Москве и Калининграде, финалист международного поэтического конкурса «Эмигрантская лира» в Брюсселе. Кроме стихов и песен увлекается живописью — рисует картины маслом. Член Ришонского отделения Союза художников. В последнее время Ирина совместно с Российским культурным центром в Тель-Авиве проводит фестиваль «Бардовские чтения», в котором участвуют лучшие поэты и барды Израиля.  

— Ирина, в чем, по вашему мнению, причина живучести и популярности авторской песни вне России?
— Прошло уже двадцать лет с тех пор, как мы, бывшие соотечественники, как нас называют сегодня, разъехались по разным странам. Нас много, мы живем в Израиле и Америке, Германии и Австралии, Франции и Англии... Даже нет смысла перечислять, потому что, думаю, нет такой страны, в которой не было бы сегодня «русской общины». Времена, когда мы были разобщены, ушли, и с рождением Интернета «русскоязычное» пространство расширилось на весь земной шар. Сегодня с легкостью можно переброситься не только словом, написанным на русском языке, но и песней. А жить бардовская песня будет столько, сколько будет выражать себя человек через музыку и слово, в данном случае через слово «по-русски», и неважно, где в данный момент физически находится автор.

— Расскажите, пожалуйста, о фестивале «Бардовские чтения».
— Идея объединения бардов и поэтов воедино, мне кажется, давно витала в воздухе. Бардовские фестивали в нашей стране проходят, поэтические тоже, а общих почему-то не было. А ведь бардовская песня и есть поэзия, но поэзия поющая. В Израиле живет очень много талантливых авторов, оказавшихся здесь и сейчас, живущих рядом с нами, но не востребованных волею времени. Как сказал поэт, «времена не выбирают, в них живут и умирают». И мы подумали вместе с Мариной Меламед, бардом, прозаиком, поэтом, что, наверное, пришло время нашей русскоязычной общине услышать о том, как она живет, чем дышит, что ее волнует, не с экранов телевизора, не со страниц газет, а из первых уст — через сердце и слово поэта и барда. Услышать и, может быть, понять что-то важное, что мы можем не заметить в повседневной суете. С этой идеей мы обратились к Александру Крюкову, профессору МГУ, директору Российского культурного центра в Тель-Авиве. И были услышаны. Уже три фестивальных концерта прошли с большим успехом в переполненном зале. На самом деле, сегодня есть множество международных фестивалей во многих странах, но в Израиле пока нет. Думаю, было бы удачей для всех нас сделать такой фестиваль международным. Но для этого нужны спонсоры — наше государство, несмотря на сильное «русское» лобби, пока нас не поддерживает. Надеюсь, только пока…

— Вы уже двадцать лет живете на Земле обетованной, в Ришон ле-Ционе, а до этого обитали в Москве, окончили Московский автомобильно-дорожный институт. Москва неизменно присутствует в ваших стихах и песнях: «Я сама себя пересадила в этот зной, я сама от себя отпустила башен звон». Это ностальгия?
— За эти двадцать лет были у меня разные состояния — и глубокая тоска по Москве, и радостная встреча с ней. Но я люблю так же сильно Израиль, чувствую себя в нем дома, на своей земле. И при этом неслучайно я обращаюсь и к Москве как к человеку, которого тоже люблю.

— Вы много раз выступали с концертами в Израиле и России. Чем отличается зритель, скажем, в зале Иерусалимской библиотеки от сидящего в московском бард-кафе «Гнездо глухаря»?
— Зритель, конечно, разный, как не могут быть одинаковыми люди, живущие в разной реальности, хотя и говорящие на одном языке. Российский зритель — узконаправленный, четко знающий, что ему надо, и имеющий для этого огромный выбор. И, несмотря на то, что зритель этот точно знает, на кого идет, он более наивный, открытый и благодарный. В Израиле отношение к своим более строгое. Наш зритель взыскателен и требователен, но уж если все-таки достучался до него — очень благодарный.

— Как вам кажется, счастлива ли судьба «культуры на кириллице» в Израиле?
— Я думаю, что никакой другой стране, где русский язык не является государственным, не повезло с культурой на русском больше, чем Израилю. Ведь здесь живет очень большая интеллигентная община, не только не забывающая свой родной язык, но и старающаяся привить любовь к нему своим детям. Телевидение, радио, газеты в большом количестве — это разве не счастливая судьба? Другой вопрос, сколько лет это продержится… Конечно, это только одна сторона медали, другая — не такая счастливая — ивритоязычный читатель огражден от «культуры на кириллице». В Израиле будто не замечают, что параллельно с культурой на иврите живет своей полной жизнью русскоязычная культура, которой так много есть о чем рассказать.

— Говорят, что кошки предчувствуют землетрясения, а поэты — общественные катаклизмы, колебания и разломы коры культуры. Каким вам видится сегодняшний Израиль — страна и народ?
— Израильское общество — это тот мир, в котором я живу, и, конечно, меня очень волнует его состояние. Когда я ехала в эту страну, то имела весьма идеализированные представления о народе, среди которого буду жить. Мне, тогда еще юной девушке, казалось, что все евреи — братья по духу, по целям, и, конечно же, в Израиле живут только интеллигенты и интеллектуалы. Действительность оказалась отрезвляющей — это не идеальное общество, где ягненок и волк ладят друг с другом, но и требовать этого невозможно. Ведь Мессия еще не пришел. Итак, что вижу я, человек, находящийся в русскоязычном творческом пространстве с одной стороны и в ивритоязычном пространстве ежедневной жизни — с другой? Страна маленькая, переполненная интеллектуалами с одной стороны, и неразвитой и не желающей развиваться частью населения — с другой. Борьба идет локализованно как в каждой из групп, так и между группами. Если сказать проще, никто не любит никого. Поэты поэтов, художники художников, инженеры инженеров, водители водителей (о чем, кстати, говорят ежедневные сводки об авариях на дорогах), не говоря уже о пренебрежительном отношении политиков к нуждам избирателей. Дальше — больше: светские не любят религиозных, ашкеназская община — восточную, и все вместе — арабов. Но самое интересное, и это, пожалуй, дает этой стране жизнь — все вместе любят Израиль. Вот такой ближневосточный парадокс.

Беседовал Михаил ЮДСОН, Израиль
 

 



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции