Стоило ли ехать в Анталию?

 Давид Шехтер
 7 сентября 2011
 2808

В Анталии состоялась встреча между израильскими и палестинскими журналистами, организованная «Школой мира» и русскоязычным штабом «Женевской инициативы». Я был приглашен на эту встречу в качестве писателя и эссеиста и хочу поделиться некоторыми своими впечатлениями. – А что, более спокойного места, чем Турция, найти было невозможно? — первым делом спросил я у дамы, которая пригласила меня присоединиться к группе журналистов, отправляющихся в Анталию. – Да что вы, там абсолютно безопасно, — ответила она. — Еженедельно в Турцию вылетают несколько десятков рейсов, забитых израильтянами. В том, что дама говорила чистую правду, я убедился, войдя в самолет, — он действительно был забит до отказа. Израильские арабы ехали на отдых в Турцию не просто семьями, а целыми хамулами, в том числе и женщины, закутанные в хиджабы и другие исламские религиозные аксессуары.

«В эрдогановской Турции они наверняка почувствуют себя совершенно замечательно», — подумал я, и, пройдя по салону, попытался определить, есть ли еще евреи, кроме нашей группы. Евреев больше не было.
Не увидел я их и в Анталии — ни в гостинице, ни на улицах города. Зато меня местные жители вычисляли сразу. Хотя кипа моя была прикрыта шапочкой, защищавшей голову от ничуть не менее знойного, чем в Израиле, солнца, многие продавцы обращались ко мне на иврите: «Барух ха ба! Ма нишма?» («Добро пожаловать! Что слышно?») Тут следует отметить, что все лавочки, в которые я заходил вместе с еще тремя представителями русскоязычной израильской прессы, гуляя по улочкам старого города Анталии, стояли пустые. И продавцы буквально накидывались на нас, расхваливая свой незамысловатый сувенирный товар. А один сказал мне с нескрываемой горечью: «Почему вы, израильтяне, перестали сюда приезжать? Тут ведь на вас все держалось…»
Встреча журналистов продлилась два дня. На ней обсуждали различные вопросы: как повлияет на палестино-израильский конфликт «арабская весна», какими будут последствия сентябрьского голосования в ООН по поводу признания автономии независимым государством, какова этика и ответственность журналиста. Приведу несколько наиболее запомнившихся мне моментов и высказываний.
Встреча началась с того, что ее организаторы предложили израильской и палестинской группам перестроиться на национальные. И у арабских журналистов, прибывших вместе с нами из Израиля, не возникло даже тени сомнения, к какой группе они принадлежат: все израильские арабы моментально присоединились к палестинской группе. Вопроса о двойной лояльности не возникло.
В соответствии с правилами, предложенными организаторами, прежде чем высказаться по какой-то теме, члены каждой национальной группы сперва должны были обсудить эту тему между собой и выработать общую позицию. В арабской группе это работало замечательно — у нее всегда был один представитель, который высказывал общую для всех позицию. Причем эта позиция была совершенно четкая, ясная и в черно-белых тонах. Израилю, понятное дело, доставался исключительно черный.
А вот с израильтянами такой подход себя совершенно не оправдал. Высказаться желал каждый, поскольку в товарищах согласия не было никакого. Причем не только между русскоязычными журналистами и их ивритоязычными коллегами. Спектр мнений представителей ивритоязычной прессы колебался от просто левых до радикально левых. Но и они не могли найти общий язык. Поэтому после того, как выступал представитель израильской группы, излагавший в основном свою точку зрения, все остальные не могли молчать и чувствовали себя обязанными высказаться.
В этом смысле наша группа наглядно представляла всю разноголосицу израильского общества. Кое-кто из палестинцев относился к этому многоголосию если не с презрением, то с явно выраженным превосходством — вот, мол, какой хаос у евреев, даже между собой договориться не в состоянии. Но когда я не выдержал и сказал одному из них, что, как бывший гражданин СССР, предпочитаю израильскую демократическую сумятицу тоталитарному единству, он просто не понял, о чем я толкую.
Во время одной из дискуссий я услышал весьма интересное мнение об израильском обществе. С точки зрения палестинцев, оно, оказывается, делится на две части. Одна — «это те, кто знает историю, знает, к чему стремится, и занимается увековечением оккупации», то есть строительством новых поселений — внутри и вне границ 1967 года. А вторая часть — это те, кто «ничего не знает и знать не хочет, а озабочен лишь сиюминутными бытовыми проблемами, вроде повышения цен на творог».
То есть ни о каком делении, принятом у самих израильтян, и речи не шло. Палестинцы вовсе не делят нас на правых и левых, олим и старожилов, религиозных и светских. Деление иное — на врагов и быдло. Причем к категории врагов могут относиться те люди, которые сами себя причисляют к противоположным идеологическим лагерям и остервенело ругаются с представителями иного (как им по наивности кажется) лагеря.
Один из журналистов автономии задал нам вопрос: «Как часто ШАБАК вмешивается в ваши статьи?» Я ответил, что за всю свою журналистскую карьеру в Израиле, длящуюся с 1989 года, ни разу не сталкивался с указаниями ШАБАКа. В том же духе высказались и журналисты, работающие в ивритской прессе. «Так это же ужасно, — воскликнул доктор Нух, организатор встречи с палестинской стороны. — Это означает, что вы пишите статьи, которые целиком и полностью устраивают ШАБАК!»
Я с удивлением также узнал, что все палестинцы, да и израильские арабы уверены: Арафата убили израильтяне. Причем, по мнению некоторых, отравил его (по заданию ШАБАКа) не кто иной, как Абу Мазен — один из немногих людей, имевший свободный доступ к «раису» и воспользовавшийся этим для того, чтобы регулярно подсыпать (или подливать) медленно действующий яд в его пищу.
Тема возвращения беженцев для палестинцев также была вне дискуссии — им совершенно ясно, что все беженцы должны вернуться туда, откуда их прадедушки бежали во время «накбы». И когда я попытался объяснить, что про возвращение беженцев в Израиль они должны забыть навсегда, поскольку евреи — не самоубийцы, я натолкнулся на стену полного непонимания.
Что же касается территориальных претензий, то их лучше всего выразил очень бойкий на язык сотрудник «Радио Бейт-Лехем», который сказал: «Я приехал сюда вместе с женой и дочерью. Знаете, как я назвал ее? Яффа. А вторую дочь я назову Хайфа».
Вместе с тем не могу не отметить, что личные отношения между участниками встречи на глазах изменялись к лучшему. После дискуссий-посиделок журналисты вместе ходили на море и на дискотеку. Когда я предложил во время обеда выпить со мной рюмочку виски, то несколько моих весьма резвых оппонентов с удовольствием согласились. А один из палестинцев, занимающий влиятельный пост в масс-медиа автономии, в конце встречи сказал: «Наши народы находятся в конфликте, но это не означает, что мы должны быть личными врагами».
Услышав эти слова, несколько человек из палестинской группы согласно кивнули. Не знаю, найдет ли эта позиция свое выражение в их статьях и выступлениях на радио, но если в результате двухдневной встречи градус их ненависти к израильтянам понизился хотя бы на личном уровне, то ради этого стоило, наверное, съездить в Анталию.
Давид ШЕХТЕР, Израиль

P.S.
Через несколько дней после возвращения из Анталии я получил из «Школы мира» письмо, которое было разослано всем израильским участникам встречи. В письме говорилось: «После приезда из Турции некоторые участники встречи уже успели напечатать свои впечатления. Понятно, что мы очень заинтересованы в этих публикациях. Но вместе с тем не следует забывать, что палестинские журналисты находятся в очень щекотливой ситуации. Так, например, палестинский Союз журналистов бойкотирует эти встречи и призывает бойкотировать всех, кто принимал в них участие — вплоть до увольнения с работы и придания общественному остракизму. После того как Нир Коен (сайт «Уайнет») опубликовал свои заметки (у нас нет сомнений, что его намерения были самыми добрыми), в которых указал имена и фамилии некоторых палестинских журналистов, принявших участие во встрече, в автономии разразился грандиозный скандал. Его «героями» стали эти журналисты, и каковы будут для них последствия скандала, пока неизвестно».
Это письмо служит наглядным доказательством того, насколько велика разница в позициях израильтян и жителей автономии. Если палестинские журналисты, требовавшие возвращения Израиля к границам не 1967, а 1948 года, были подвергнуты остракизму, то чего же в таком случае требуют те, кто считает их предателями?!

От редакции
Ответ на риторический вопрос Давида Шехтера ясен: те, кто считает палестинских журналистов, принимавших участие в этой встрече, предателями, мечтают о полном исчезновении Израиля с карты Ближнего Востока. Это позиция «Хамаса», но в данном случае выяснилось, что ее придерживается и Союз журналистов всей автономии, штаб-квартира которого находится вовсе не в Газе, а в Рамалле. Той самой Рамалле, где сейчас правит Махмуд Аббас, которого кое-кто из израильских политиков пытается представить нам как «наиболее гибкого и либерального партнера на переговорах».



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции