Встреча под покровом ночи

 Песах Амнуэль
 29 июня 2012
 2262

Такого политического кульбита, который произошел в ночь на 8 мая, в Израиле не видели давно. Может, вообще никогда. Никто этого не ожидал — вот что шокировало в первую очередь журналистов, которые обычно держат руку на пульсе и любой политический трюк предсказывают за недели, а то и месяцы! А ведь все развивалось в предсказуемом направлении. В «Аводе», «Кадиме» и «Ликуде» прошли праймериз. В двух первых партиях лидеры сменились, а «Ликуд» подтвердил свое доверие Биньямину Нетаниягу. В «Кадиме» Шауль Мофаз сменил на посту председателя Ципи Ливни, которая объявила о своем уходе из политики. Обычное дело: в свое время, проиграв выборы, из политики уже «уходили» и Нетаниягу, и Барак. Возвращались, конечно. Может, и Ливни вернется, но сейчас это уже мало кому интересно.

События развивались предсказуемым чередом. Яир Лапид, бывший телеведущий, сын известного политика Томи Лапида, 29 апреля объявил о создании партии «Йеш атид!» («Есть будущее!») и начал готовить свою политическую программу. Будущие избиратели, любящие все новое и неизведанное (чем в свое время пользовались и «Кадима», и Партия центра, и «Шинуй» Томи Лапида), уже предрекали в опросах этой партии до двенадцати мест в новом составе кнесета. Вновь появился на политической сцене Арье Дери, весь в раздумьях: возвращаться в родной «ШАС» или создать свою, альтернативную партию. Шели Яхимович, лидер «Аводы», а следом и новый лидер «Кадимы» Шауль Мофаз призвали оппозицию проголосовать за роспуск кнесета и досрочные парламентские выборы. Идею поддержал и «МЕРЕЦ».
2 мая Эхуд Барак сообщил, что созданная им партия «Ацмаут» («Независимость») пойдет на выборы независимо, согласно своему названию, и не собирается (как прогнозировали журналисты) вливаться в «Ликуд». О новой правой национально-религиозной партии сообщил 6 мая бывший глава Совета поселений Иудеи и Самарии Нафтали Бенет.
Все рвались в бой, в том числе и Биньямин Нетаниягу, прекрасно понимавший, что сейчас новые досрочные выборы в кнесет выгодны прежде всего именно ему и «Ликуду»: ведь все опросы показывали, что в будущем кнесете «Ликуд» станет самой крупной партией (сейчас самая крупная — все еще «Кадима», так и не сумевшая в свое время использовать численное преимущество и создать жизнеспособную коалицию власти).
Перехватив инициативу у своих соперников, Нетаниягу внес предложение о проведении досрочных выборов, и события начали развиваться, как в хорошем голливудском триллере. 7 мая правительство утвердило и передало депутатам на рассмотрение законопроект о роспуске кнесета. В тот же день к вечеру депутаты приступили к обсуждению, и никто не сомневался, что словесные баталии окажутся недолгими: ведь почти все фракции и партии уже успели публично заявить о том, что досрочные выборы неизбежны.
К наступлению ночи, как предсказывали журналисты и аналитики, кнесет утвердил в первом чтении Закон о собственном роспуске. И даже гипотетический день выборов был назначен: 4 сентября.
Кульминация, а затем и развязка триллера под названием «Досрочные выборы» наступили так неожиданно, что утром 8 мая (через несколько часов после того, как кнесет принял в первом чтении Закон о выборах!) ошарашенные журналисты не знали, как оценивать ситуацию, поставленную с ног на голову (или с головы на ноги — это уж в зависимости от точки зрения). Впервые «четвертая власть» не только ничего не предсказала, но вообще не имела информации о происходившем!
Что же случилось? В ночь на 8 мая Шауль Мофаз и Биньямин Нетаниягу провели личную встречу, и Мофаз, который неделей раньше утверждал, что «Кадима» никогда не станет сотрудничать с нынешним правительством, сделал Нетаниягу предложение, от которого тот не смог отказаться. А может, все было наоборот: Нетаниягу сделал Мофазу предложение, которое невозможно было не принять.
Мофаз и Нетаниягу договорились о том, что «Кадима» присоединится к правящей коалиции, которая, таким образом, разрастется до 94 мандатов и получит в кнесете перевес. У оппозиции, во главе которой теперь оказалась Авода с ее лидером Шели Яхимович, не будет ни малейшего шанса заблокировать хоть какой-нибудь законопроект, предложенный правительством. Подавляющее влияние новой коалиции так велико, что Руби Ривлин, нынешний спикер кнесета, заявил: «Возникает серьезная угроза демократии, когда оппозиция фактически лишена возможности влиять на происходящее».
Как бы то ни было, соглашение подписано, законопроект о роспуске кнесета отозван, досрочных выборов не будет. И скорее всего, кнесет 18-го созыва просуществует до конца каденции. Редкий случай в истории Израиля: только шесть раз из восемнадцати выборы в кнесет проходили в положенный срок.
Шауль Мофаз получил пост заместителя главы правительства и должность министра без портфеля, но что еще важнее — вошел в состав так называемого узкого кабинета по вопросам политики и безопасности. Прежде там было восемь членов, теперь будет девять, и военные обозреватели с удовлетворением отмечают, что армейский опыт Мофаза (в разное время Мофаз был начальником Генерального штаба и министром обороны) вкупе с его политическими взглядами, далеко не всегда совпадающими со взглядами главы правительства, позволят новому «узкому кабинету» принимать более взвешенные и продуманные решения, касающиеся самых важных вопросов безопасности государства.
Журналисты назвали поступок Мофаза «грязным трюком». Сколько раз Мофаз говорил одно и почти сразу делал другое! В 2005 году он сказал: «“Ликуд” — мой родной дом, а родной дом не бросают», и на следующий день ушел из «Ликуда» в «Кадиму». Уже в нынешнем году Мофаз неоднократно говорил, что «Кадима» никогда не примкнет к коалиции, и вдруг...
Все так. Но у политиков, как и у стран, есть интересы. Личные, партийные, государственные. Если не обращать внимания на слова, сказанные до подписания соглашения, то оба политика — Нетаниягу и Мофаз — поступили на пользу не только себе, но и своим партиям и своей стране.
На пользу себе — понятно. Мофаз получил желанный пост (и не один), а Нетаниягу обеспечил себе спокойную жизнь по крайней мере на полтора года. А при благоприятном стечении обстоятельств — и на более длительный срок.
На пользу партии — тоже понятно. Если бы выборы состоялись 4 сентября, «Кадима» наверняка потеряла бы больше половины своего представительства в кнесете. Последние опросы предрекали этой партии максимум десять мандатов. Более того: как оказалось, у «Кадимы» огромные долги (а у какой партии их нет?), и у нее просто могло не хватить денег на нынешнюю избирательную кампанию! Иными словами, Мофаз фактически спас партию от разгрома.
«Ликуд» тоже выиграл, поскольку появился реальный шанс вернуть «беглецов» в лоно родной партии. Еще на прошлой неделе «Кадима» реально вставляла «Ликуду» палки в колеса, а теперь будет исправно голосовать за предложения правительства. Более того, когда все-таки дело дойдет до очередных выборов в кнесет, «Кадима», вполне возможно, попросту объединится с «Ликудом» — оставшись независимой, эта партия после всех кульбитов вряд ли сможет рассчитывать на доверие избирателей.
Выиграло ли государство, о котором, как утверждают политики, они пекутся денно и нощно? Похоже, что да. Время сейчас непростое, правительству в ближайшем будущем придется принимать судьбоносные для страны решения — как во внутренней, так и во внешней политике. Во внутренней — «перезагрузка» закона Таля о всеобщей воинской обязанности, принятие бюджета с учетом рекомендаций комиссии Трахтенберга. Во внешней — принятие решений относительно иранской ядерной программы и возможных переговоров с палестинцами.
Махмуд Аббас, к примеру, твердо настаивает: никаких переговоров, если Израиль не прекратит строительство в поселениях и не отойдет к границам 1967 года. Коалиция, существовавшая еще вчера, могла под влиянием оппозиции и требований американской администрации «прогнуться» и сделать какой-нибудь нежелательный «жест доброй воли». Сейчас это практически исключено. Нетаниягу, который сказал: «Переговоры — только без предварительных условий», может быть уверен в том, что кнесет его поддержит. То же самое можно сказать и относительно планов атаки на иранские ядерные объекты (если такие планы существуют).
Проиграла ли демократия, как считает Руби Ривлин? Не думаю. До очередных выборов (если они все же состоятся в срок) — полтора года. Кнесет 19-го созыва будет таким, каким его захочет видеть избиратель. И если действия нынешней «широкой» коалиции израильтянам не понравятся, они это вполне демократически продемонстрируют в ноябре 2013 года.
Песах АМНУЭЛЬ, Израиль



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!