Пропавшая рукопись

 Михаил Садовский
 21 марта 2013
 2715

Этим нескольким строкам на рукописи предшествовала длинная история. Вот она. В конце 1960-х в знаменитом Ансамбле песни и пляски Дворца пионеров и школьников на Ленинских горах появился новый художественный руководитель — Виктор Сергеевич Попов. Еще не знаменитый, не заслуженный и не народный, не профессор — это все пришло потом. Вскоре в коллективе появился и новый главный хормейстер — Хосе Фелипе, Хосе Петрович, как звали его на русский лад коллеги и хористы. Оказалось, что мы с ним живем совсем рядом, а это в больших городах очень сближает людей, география — великая вещь!

Часто после репетиций, на которых я бывал как автор, мы шли Мичуринским проспектом к Новому цирку мимо Музыкального театра Натальи Сац с вечно сияющей синей птицей на крыше, у Ломоносовского проспекта останавливались, еще не наговорившись, потом… отсюда нам было ровно пять минут до своего дома каждому.
Хосе был сыном политэмигрантов 1930-х годов. Родителей его приговорили к смертной казни при Франко, они бежали, сын родился перед самой войной, потом учился в Москве в ЦМШ при Московской консерватории, окончил Московскую консерваторию по кафедре хорового дирижирования у Александра Борисовича Хазанова, хормейстера Большого театра, и профессора Владислава Геннадиевича Соколова, художественного руководителя знаменитого Детского хора Института художественного воспитания при Академии педагогических наук, а проще хора Соколова. И вот через несколько лет после завершения образования Хосе появился в ансамбле…
Начало 1970-х — золотые годы ансамбля, получившего к тому времени имя бывшего руководителя В.С. Локтева: Ансамбль имени Локтева. Собрались там волей судьбы замечательные педагоги и руководители: Алексей Сергеевич Ильин — художественный руководитель и дирижер оркестра, Елена Романовна Россе — главный балетмейстер и Хосе Фелипе — главный хормейстер. Шли поиски нового репертуара, новые постановки, каждая музыкальная часть ансамбля показывала свои сольные работы во время концертов, а для этого нужен был новый репертуар, не только пионерские песни, как было прежде.
Хосе, выросший на русской культуре, конечно, показал в прекрасном исполнении и произведения богатейшей русской хоровой классики и русские народные песни, но ему хотелось исполнить и свои родные, испанские произведения. Родители его воспитали двуязычным человеком. И он с детства знал, что должен рано или поздно вернуться на родину — так его воспитывали родители. Что и произошло через полтора года после смерти Франко в 1975 году, когда дорога была открыта. Сначала в Испанию уехали родители, а потом и он сам…
Хосе попросил меня сделать переводы. Одной из первых была песня Boga, boga. Это песня моряков: «Греби, греби! Земля, прощай! Баркас уже готов. Край любимый, родимый край…» Потом появилась Soy de Mieres — «Я из Мьерес». Успех этих номеров был оглушительный — слушатели всегда просили их повторить.
Я влюбился в эти песни и просил Хосе: «Давай сделаем еще!» Испания страна не хоровая, но народные песни ее с таким юмором, такие мелодичные, с такими пряными ритмами, с такими яркими, но сдержанными чувствами! А в обработке маэстро Хосе для хора стали еще более ароматными и привлекательными. Жемчужинки!
Постепенно складывался сборник, времени не хватало. Семья Хосе жила трудно, приходилось подрабатывать. Он, например, на московском телевидении вел уроки испанского языка, платили гроши, его дети болели все время из-за московского климата. Но все же сборник сложился и…
Издательство приняло его с удовольствием, поставило в план и уже готовило к выпуску. Но в это время вместо Ольги Осиповны Очаковской, редактора с большим стажем и отменным вкусом, назначили комсомольского кадра. Нет, фамилии у него не было, как и лица, как и вкуса, и совести.
План изданий редакции немедленно перекроили, сборник из плана немедленно выкинули, да он и физически исчез. Отвергнутую рукопись не вернули. Хорошие времена были: сусловско-брежневские.
В 1979 году Хосе уехал в Испанию.
Талант, конечно, заметен всюду, поскольку это подарок от Б-га живущим на земле. Хорошо, если окружающие, заметив талант, помогают ему раскрыться и служить для общего блага, а не угнетают его и не превращают в лагерную пыль. Хосе де Фелипе Арнаис, энтузиаст и фанатик хорового дела, стал своеобразным катализатором в испанской столице. Через несколько лет после его приезда в Мадриде, где был всего один хор, возникло уже более полусотни. Он был приглашен в Национальный хор Испании и стал его руководителем, был профессором и заведовал кафедрой в Мадридской консерватории, объездил с коллективом Сарсуэллы как художественный руководитель хора и его главный дирижер весь мир. Руководил многочисленными хорами и необыкновенным хором мальчиков августинского монастыря Эскориал, в котором вот уже полтысячи лет (!) воспитываются наследники королевского трона.
К сожалению, нет слов для того, чтобы передать пение этих сорока ангелов под каменными древними сводами. Могу только сказать, что это одно из незабываемых музыкальных событий моей жизни.
Хор Политехнического института, основанный маэстро, завоевал многочисленные награды и призы, объездил все континенты, а летопись его существования за четверть века составила более 13 томов. Сам же маэстро Хосе был награжден золотой медалью этого учебного заведения, которая вручается профессорам за выдающиеся успехи в обучении студентов и научные достижения.
Есть чудеса на свете! Есть! Мы сидим с Хосе в деревушке рядом с Мадридом, она называется Маралсарсал (в переводе — ежевика), сидим за большим столом и разбираем чудом сохранившиеся в его архиве черновики обработок пропавшего сборника. Какое счастье снова быть рядом и работать вместе, отвлекаясь на воспоминания о том, как звучал в хоре тот или иной номер. Ведь часть из представленных в сборнике обработок была впервые исполнена их автором с ребятами хора Дворца пионеров более тридцати лет назад.
Неугомонный маэстро сегодня руководит четырьмя хорами, преподает, консультирует, участвует в жюри хоровых соревнований в разных странах мира, в том числе и в России, обожает свою Испанию и часами сидит за рулем, колеся по ее дорогам.
В его доме на стене несколько фотографий, где король с благодарностью после концерта на фоне зала или на приеме во дворце пожимает руку маэстро Хосе.
Он говорит мне, остановившись посреди деревенской улицы: «Знаешь, я так горжусь своей Испанией!» И смотрит вокруг так, будто сейчас поднимет руки — и зазвучат горы, окружающие нас в несколько рядов, как будто они стоят на хоровых подмостках.
Мы закончили нелегкий возврат в прошлое, чтобы вернуть настоящему и будущему эту работу. Хосе написал мне на титуле рукописи: «Мишенька! “Рукописи не горят”. Благодаря тебе появилась эта тетрадь — спасибо огромное. Хосе Фелипе». И дата: 4 апреля 2007 года. Теперь сборник в другом издательстве и ждет очереди на выход в свет.
Надеюсь, это случится.
Михаил САДОВСКИЙ, США



Комментарии:

  • 3 февраля 2017

    Виктор

    Великий мой УЧИТЕЛЬ!!

  • 15 декабря 2015

    Гость

    А я пела в младшем хоре ЦМШ в 1978 году, он был у нас хормейстером) Все его очень любили у нас!

  • 27 августа 2015

    Гость

    А мне посчастливилось петь в БДХ, когда старшей группой руководил Хосе Петрович. Мы его обожали!

  • 17 ноября 2014

    Гость

    А мне посчастливилось петь в хоре ансамбле им. Локтева, когда хормейстером был Хосе Петрович,целых,два года!Какое счастье. Я его обожаю с детства помню. И Юлю Садовскую помню хорошо.

  • 26 марта 2013

    Гость

    Вот ещё один прекрасный ученик Владислава Геннадиевича Соколова. Спасибо, Михаил Рафаилович!


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!