Выставка чердачных находок

 Фрэдди Зорин
 30 мая 2013
 3059

Есть жизнь, в которой чудеса возможны, где каждый звук запомнил детский слух, и давние страницы осторожно хранит в зеленых зарослях лопух. Вот старый дом, где счастливы мы были, где детства след на чердаке в пыли, где волны лет невидимо застыли в заветном этом уголке земли. Владмира  

Поэтесса права: чудеса в мире есть. А одно из тех мест, где можно встретить чудо, — чердак, куда давно никто не заглядывал. В этой связи внимание привлекла выставка живописных работ Анжелики Шац в Тель-Авивском музее искусств. Основу экспозиции составили 20 работ этой художницы, обнаруженные под самой крышей старого дома в израильском городке Явне.
Анжелика — родная дочь Бориса Шаца, профессора, основателя знаменитой Академии искусств в Иерусалиме. Родилась она в 1897 году в Софии. Радость появления на свет Анжелики была велика. «Солнце сияет, моя душа ожила, мое сердце открыто. Я вдыхаю теплый, охвативший меня воздух, я проснулся от чувства любви», — писал Шац в своем дневнике после рождения дочери.
Стоит пояснить, каким образом Борис Шац с женой оказались в Болгарии. Борис был родом из Литвы, изучал живопись и скульптуру в Вильнюсе и Варшаве, а потом в Париже, в мастерской Марка Антокольского. Он участвовал в международных выставках и получал награды. Его работы ценили в художественных салонах Европы, он был принят в члены Французской академии художеств.
На Всемирной выставке в Париже в 1895 году болгарский царь увидел изваяние Шаца «Маттитьягу Хасмоней». Идея создания этого произведения появилась у художника под влиянием «дела Дрейфуса». Монарх, впечатленный статуей, пригласил Шаца в Болгарию, предложил ему стать придворным скульптором и принять участие в возрождении искусства в балканской стране. Борис Шац создал множество скульптур в Болгарии и основал в Софии Национальную академию искусств, где 11 лет преподавали и он и его жена. Деятельность Шаца в Болгарии стала генеральной репетицией того, что он воплотил в жизнь десять лет спустя в Эрец Исраэль, куда приехал в 1906 году.
Но семейное счастье художника продолжалось недолго. Через несколько лет после рождения Анжелики, во время путешествия по болгарским деревням, Борис познакомился с 18-летним юношей по имени Андрей Николов, занимавшимся резьбой по дереву. Он привез его в Софию и обучал основам скульптуры. Все закончилось тем, что жена Бориса Евгения влюбилась в Андрея и в 1903 году, бросив мужа, вместе с Николовым (позже ставшим знаменитым скульптором) и шестилетней дочерью уехала в Париж, разорвав всякую связь с Борисом. «Я вырвал Анжелику из сердца», — с болью написал Шац много лет спустя.
…Анжелика Шац унаследовала талант от отца. Ее работы экспонировались на многочисленных выставках в Болгарии и Чехословакии. Она вышла замуж за Роберта Меерсона, состоятельного еврея родом из России. Они жили в Гамбурге, затем в Париже, откуда переехали в Берлин, где родился их сын Владимир. После его рождения началась многолетняя переписка между Борисом Шацем и его дочерью. В 1932 году Борис Шац скоропостижно скончался…
В том же году Анжелика с успехом участвовала в выставке «Осеннего салона» в Париже, а в 1937 году завоевала золотую медаль и Гран-при на другой парижской выставке. Когда Прага была оккупирована гитлеровцами, Меерсоны вернулись в Болгарию. В 1941 году Владимир, сын Анжелики, был отправлен в трудовой лагерь. Спустя некоторое время там оказалась и сама Анжелика. Но им удалось пережить Холокост.
В Израиль Анжелика приехала в 1948 году вместе с сыном Владимиром-Зеэвом — единственным внуком Бориса Шаца. Анжелика Шац жила в Тель-Авиве. Владимир-Зеэв, талантливый пианист, страдавший, по одним данным, шизофренией, по другим — лунатизмом, в 1953 году был помещен в больницу для душевнобольных «Абарбанель» (Анжелика называла ее пансионатом), где через месяц в возрасте 30 лет покончил с собой (официальная причина смерти — туберкулез). Он блестяще играл в шахматы, знал астрономию, математику и физику, но был тем, кого в обществе принято называть «асоциальным типом». Сама Анжелика ушла из жизни в возрасте 78 лет в 1975 году — тихо скончалась в приемном покое больницы и была похоронена на кладбище Кирьят-Шауль в Тель-Авиве рядом с сыном.
После этого об Анжелике Шац незаслуженно забыли. Поворот произошел два с половиной года назад, когда молодой человек по имени Дан Пеэр, работавший тогда на израильском ТВ, получил по электронной почте письмо из Праги от Микаэлы Сиднберг, куратора Музея еврейского искусства. Послание содержало вопрос о том, известно ли Дану что-либо о портрете йеменского мальчика за подписью «Анжелика Шац-Меерсон, Иерусалим, 1925». Это обращение положило начало долгим исследованиям, результатом которых стали выставка работ Анжелики Шац в Тель-Авиве и книга о художнице.
Дело в том, что Дан Пеэр, получивший упомянутый запрос из столицы Чехии, оказался правнуком мужа Анжелики Шац! В ходе поисков он обнаружил ее картины на чердаке дедовского дома в Явне. Полотна были в таком состоянии, что для их реставрации понадобилось два года, и, как считают специалисты, если бы они пролежали в сырости еще немного, то восстановить их было бы уже практически невозможно.
Большая часть произведений художницы находится ныне в Израиле, несколько картин были найдены в Германии, Праге и Софии. Часть творческого наследия Анжелики, по предположениям искусствоведов, гуляет по европейским аукционам. Благодаря находкам на чердаке, среди которых оказались не только рисунки, но и документы, а также письма, стало известно, что связь между Борисом Шацем и дочерью никогда надолго не прерывалась. Письма указывают на возможность того, что он виделся с Анжеликой в 1911 году в Европе, проездом в С.-Петербург, куда Шац отправился с выставкой работ «Бецалеля», чтобы собрать деньги и привлечь в академию новых студентов.
Вторая встреча состоялась в 1925 году в Эрец Исраэль, когда Анжелика гостила там несколько месяцев и во время своего пребывания в Иерусалиме написала «Портрет йеменского мальчика» и портрет своего отца, включенный в тель-авивскую экспозицию.
Страницы жизни Анжелики Шац приковали внимание Дана Пеэра. Он уволился с телевидения, чтобы всецело посвятить себя изучению истории своей семьи. Дан побывал в Болгарии и Чехии, часами не покидал архивов. На основе собранных материалов создается документальный фильм.
Фрэдди ЗОРИН, Израиль
Фотографии Ави Амсалема любезно предоставлены отделом по связям с прессой Тель-Авивского музея искусств



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!