ВЛАДИМИР КАЧАН: «НОВЫЙ РОМАН – В АВАНГАРДЕ!»

 Маша Михайлова
 24 июля 2007
 3581
Знаете песню из фильма «Звезда пленительного счастья»? Этот самый жестокий и самый честный романс о любви — «Не обещайте деве юной любови вечной на земле...» — спел однажды актер Владимир Качан и разбил раз и навсегда сердца всех юных дев. С тех пор они знают правду («все прежние правды — прочь»), но ничего не могут с собой поделать...
Знаете песню из фильма «Звезда пленительного счастья»? Этот самый жестокий и самый честный романс о любви — «Не обещайте деве юной любови вечной на земле...» — спел однажды актер Владимир Качан и разбил раз и навсегда сердца всех юных дев. С тех пор они знают правду («все прежние правды — прочь»), но ничего не могут с собой поделать... В этом году в телесериале «Бедная Настя» актер блестяще сыграл роль Бенкендорфа. Но известен Владимир Качан не только как актер и певец. Владимир Андреевич — литератор, автор книг «Роковая Маруся» и «Улыбайтесь, сейчас вылетит птичка!» С 15 по 23 ноября Владимир Качан выступит с концертами в Израиле. Накануне гастролей с ним встретились наши корреспонденты. — Владимир Андреевич, сейчас вы работаете над новым романом? — Чаще всего я пишу, когда у меня отпуск в театре, когда я ничем не занят и сижу на даче. Этим летом я завершил работу над романом, название для которого мне подарил мой друг Леонид Филатов. После романа «Роковая Маруся» он сказал мне: «Напиши сказку с названием «Юность Бабы-Яги». Меня это название так завело, что я начал писать, Но получилась вовсе не сказка, а реалистичная вещь, где на сказку только намек. Это попытка соединения авантюрного и нравственного романов. Черновик уже написан. Это роман о девочке, которая родилась в семье потомственных колдунов и ведьм, и они всячески хотели ее к своему клану приобщить. Она должна была пройти определенный путь, чтобы этой Бабой-Ягой стать. Там и шоу-бизнес, и криминал, и все на свете... С Леней Филатовым мы в последнее время имели обыкновение обмениваться не то чтобы «достижениями», но, скажем так, произведенной работой: он мне читал все свои новые сказки, а я ему читал новые, только что написанные главы. В отличие от «Маруси», сюжет которой можно пересказать в четырех предложениях, в новом романе повороты сюжета очень крутые! — Но и в «Марусе» подмечены такие тонкие нюансы отношений, с такой точностью и убийственной иронией описана жизнь театральной тусовки! — Литература вообще имеет отношение скорее к слову «как», чем к слову «что». В данном случае я говорю не про себя, а про Довлатова, или Нагибина, или Набокова... Когда удается удачно сконструировать фразу или рождается какая-то сильная и свежая метафора, то ты сам получаешь большое удовольствие! И я совершенно не могу согласиться с теми людьми, которые утверждают, что им кто-то что-то диктует свыше. Я в это не верю! Вот в поэзии или в музыке есть элемент наития. Работая над прозой, я чувствую, что это очень увлекательная и очень интересная, но именно серьезная работа! Ты на этих страницах еще и сам себе актер. Это то же перевоплощение в какие-то образы, но только посредством слов, а не мимики. — Тем более что это вообще для вас характерно в силу актерской профессии. — Я совершенно убежден, что каждый из больших писателей — в душе артист! Даже Толстой, который, как известно, относился с презрением ко всякого рода лицедейству. Однажды он, навещая свою заболевшую знакомую, решил прочитать ей главы из «Воскресения» и читал с большим выражением, и даже плакал... Так что как бы ни относился, а все равно — артист! — Как бы вы могли сами охарактеризовать свой новый роман? — Мне хотелось добросовестно и нескучно описать предложенную всякому человеку с момента рождения альтернативу. Альтернатива эта — либо к Б-гу, либо — ... И каждый выбирает для себя. Помните, Левитанский написал:
Каждый выбирает для себя Женщину, религию, дорогу. Дьяволу служить или пророку – Каждый выбирает для себя.
— Вы любите и знаете поэзию. Сами пишете стихи? — Только шуточные, для капустников. Когда-то я писал и сам исполнял пародии на Высоцкого, Окуджаву, Жильбера Беко, Николая Сличенко... Получалось очень удачно, вплоть до того, что со мной даже опасались выступать в сборных концертах некоторые юмористы. А потом я понял, что это слишком большой разброс... Я и сейчас путаюсь в своих трех соснах: литература, театр-кино и музыка. А если бы еще были и пародии?! И я понял, что надо что-то выбирать. Конечно, я тогда мог выбрать пародии, и это бы приносило мне успех и деньги в течение долгого времени, потому что, как известно, это любимый народом жанр. Но я решил выбрать свою «тернистую тропу» — сосредоточиться только на театре и своих собственных песнях. — А над чем сейчас работаете в театре «Школа современной пьесы»? — В театре мы выпустили, надо полагать, театральный бестселлер, — оперетту «Чайка»! — Сколько уже «Чаек» у вас в театре? — «Чаек» — уже три: чеховская, вполне традиционная, затем — «акунинская» (детективное продолжение чеховской) и, наконец, оперетта — это уже, будем надеяться, последний штрих в работе Иосифа Райхельгауза над «Чайками». Получился триптих. Но надо отметить, что Тригорин, которого я играю, во всех трех спектаклях — разный. В чеховской — это писатель, который ничего, кроме своих литературных дел и самореализации в этой области, не желает видеть; у Акунина он не любит женщин; ну, а в третьей он, наоборот, такой опереточный мачо (как я его про себя называю — «Антонио Бандерас для бедных»). — Вы азартны и в театре, и в литературе... Может быть, вы и карточный игрок? — Нет, не играю. Что называется, Б-г миловал от такого рода азарта. Несмотря на любые выверты собственного темперамента, необходимо соблюдать не только меру, но и равновесие во всем. Я стараюсь, хоть и не всегда получается. Я научился играть в преферанс в то время, когда был солистом оркестра Леонида Утесова, а там все были большие специалисты в этой области. И вот как-то я захотел сыграть с ними. Мне говорят: «Володя, не надо...» Я говорю: «Но почему? Я хочу! Я получил зарплату...» Мне опять мягко намекают: «Володя, не надо...» В общем, когда ровно через два часа вся моя зарплата перешла в карманы музыкантов, не то чтобы мне стало жалко этих денег, просто я понял — это не мое! Я даже иногда ходил в казино и что-то мелкое выигрывал, но дальше не продолжал, потому что знал — бесполезно! Про себя я знаю совершенно твердо, что деньги я могу только заработать. — У вас уже есть на примете издательство, где будет опубликован ваш новый роман? — Я об этом еще совершенно не думал. Важнее всего сейчас закончить эту работу и сделать ее так, чтобы самому не было стыдно. А уж потом думать об издательстве. Что ж я буду бежать впереди паровоза и думать о том, как я это реализую, какие деньги за это получу? Я знаю только, что согласно собственной, уже укоренившейся традиции первым человеком, кому я покажу эту вещь, будет главный редактор журнала «Октябрь» Ирина Барметова, которая печатала в своем журнале и «Роковую Марусю» и вторую книжку «Улыбайтесь, сейчас вылетит птичка!» — Из современных писателей кого вы сами читаете? — Для меня по-прежнему современен, и очень современен, как это ни покажется странным, Пушкин. Потому что я порой нахожу (и, кстати, всем рекомендую) в его стихах и прозе ответы на такие мучительные вопросы! А что касается писателей того времени, в котором живем, то я абсолютно и безоговорочно принимаю и восхищаюсь Сергеем Довлатовым. Для меня высшим комплиментом было, когда однажды одна дама из нашего театра, прочитав «Роковую Марусю», сказала, что такого удовольствия она не испытывала с тех пор, как читала Довлатова. Если взять суммарно все комплименты, которые я когда-либо получал, — тут они померкли по сравнению с этим. — Планируете ли вы выпуск нового песенного альбома? — Всякий раз что-то из моих трех работ выходит в авангард, а что-то уходит в арьергард. Вот сейчас в авангарде — новый роман. Но когда я завершу его, то очень хочу записать новые песни, не с синтезатором, а «живьем» с музыкантами (так называемым малым составом, какой часто использовали французские шансонье, — аккордеон или флейта, гитара, контрабас и фортепиано). У меня уже написано несколько новых песен на стихи израильского автора Игоря Харифа. Есть песня на стихи Алексея Дидурова, с которым в последнее время сочинено много песен . Есть что-то из стихов Леонида Филатова, к которым я еще не приступал, но очень хочу сочинить к ним мелодии. Кроме того, в издательстве «Музпром» у Жени Вдовина есть затея, по-моему, благородная, которую я мог бы воплощать параллельно, если мне судьба даст возможность, — все до сих пор не изданные наши с Леней Филатовым песни объединить в один альбом и тоже записать с музыкантами. Думаю, я этим и займусь.
Фото Вячеслава Михайлова



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!