«Пусть даже ты героем был…»

 Сусанна Лангман
 3 августа 2016
 1823

День Победы был и навсегда останется для людей, переживших оккупацию, самым главным праздником. Почти каждый из выживших в фашистской неволе в своих воспоминаниях пишет о том, как ждал нашей победы и как счастлив был в этот майский день 1945 года. О первых днях войны и усилиях моей семьи бежать от оккупации я узнала из воспоминаний матери, найденных в документах на признание членов моей семьи «пострадавшими от противоправных действий национал-социалистов» (так в дословном переводе с немецкого называются бывшие узники концлагерей и гетто).

В пасти лютого зверя. Рассказ матери
Война... Остановить фрицев, как нам обещали, не удалось. Люди бегут, сами не зная куда. А война нас догоняет. ­Кто-то, как и мы, успел на телеге оторваться от толпы беженцев, а кто-то еще надеется пешком уйти от наступающих немцев. Да, мы оказались беженцами, потому что эвакуация была плохо организована. Ее просто никто не организовывал! Власти из города ушли, а люди бежали, кто как мог. А далеко ли могли уйти старые и не очень старые женщины с малыми детьми на руках и грузом каких-то вещей?
Орудийные выстрелы все ближе. Куда деться?.. В каком-то селе в ветхом домишке на горе мы попросили убежища на ночь. Здесь уже было много людей, и среди них оказалась моя сестра Клара со своей свекровью и детьми — 15-летней Соней и 8-летним Илюшей.
Беспрерывная стрельба. Вой снарядов и пулеметные очереди. Казалось, залпы орудийных выстрелов разнесут наше убогое пристанище, и все мы погибнем. В том старом домишке на горе мы провели бессонную ночь. Помню, как болела голова от непрерывного гула и взрывов, как хотелось тишины. Но когда наконец под утро наступила тишина, стало совсем жутко.
Вскоре послышалась чужая речь, и стало понятно, что это для нас значит. Через короткое время на пороге появилось двое вооруженных людей. Они стали выгонять нас из дома и ставить к стенке. Против нас стоял целый взвод немецких солдат. Дула их винтовок были направлены на беззащитных ­безоружных людей.
Мы очутились в пасти лютого зверя... Стояли под стенкой и ждали своей участи. В это время в доме прогремело два выстрела. Там оставались сестра и племянница.
Я приросла к земле, обняла и крепко прижала к себе Илюшу, испугавшись, что он может броситься в дом к маме и увидеть... Я была уверена, что с моей сестрой и ее дочкой уже расправились. Но Б-г миловал! Как потом оказалось, солдаты в дом не вошли, а стреляли с порога — в погреб и по дверце чердака. А Клара с девочкой прятались на русской печи за старенькой выцветшей дырявой занавеской.
Для нас, стоявших под стенкой, это первое знакомство с оккупантами, к счастью, закончилось без потерь. Нас просто разогнали выстрелами в воздух. Но этот первый урок не прошел бесследно. Мы поняли, что лютому зверю ничего не стоило растерзать нас. На мою сестру страшно было смотреть, когда она появилась на пороге дома, в котором пряталась с дочкой. На ее лице, казалось, кроме глаз, ничего не было. Девочка выглядывала из-за спины матери, не отвечала на наши вопросы и только смотрела поверх наших голов, боясь увидеть немцев.
Теперь люди точно не знали, куда им деться: пробираться ли дальше на восток, возвращаться ли обратно. Мы было двинулись дальше, но вскоре нас догнали немецкие мотоциклы, окружили и с криками Zurück! cтали гнать в обратную сторону...
В Балту мы вернулись всемером: я с матерью и мужем и Клара со своей семьей. Нашу двухлетнюю Анечку мы по дороге оставили в другом селе у родителей моей сотрудницы — стариков Аляниных. Даже сейчас, через много лет, когда я пишу эти строки, я не могу сдержать горьких слез, вспоминая, как это было ужасно, когда муж взял у меня из рук ребенка и отдал его чужим людям. А мы, взрослые, вышли со двора и, не оглядываясь на нашу девочку, закрыли за собой калитку…
Забрать Аню удалось только через несколько недель. Мы к тому времени уже поселились в доме свекрови, который находился на улице, отведенной под гетто. Вернуться в дом моей матери мы уже не могли — в центре города расположились немцы. Вот так в 1941-м мы остались в оккупации даже не на произвол судьбы, а на верную смерть!
Мы высоко ценим заслуги Красной армии, освободившей от захватчиков города, села, а заодно концлагеря и гетто с евреями, которых не успели уничтожить. Советский поэт Константин Симонов, глядя на измученных, но бесконечно благодарных жителей освобожденных городов, не мог не написать, обращаясь к красноармейцам:

Пусть даже ты героем был,
Но не гордись — ты в день вступленья
Не благодарность заслужил
От них, а только лишь прощенье.

Ты только отдал страшный долг, 
Который сделал в ту годину,
Когда твой отступавший полк
Их отдал в рабство на чужбину. 

Константин Симонов 
«Возвращение в город». 1943

Сусанна ЛАНГМАН, Германия



Комментарии:

  • 17 сентября 2016

    Ольга (Израиль)

    Очень страшно читать эти строки. Перед глазами совершенно четко встает тот ужас, что пережили люди. Сердце замирает, когда читаешь про мать с дочкой, только что избежавших смерти, получивших тяжелую психическую травму. Когда понимаешь, что Советская власть просто предала свой народ, оставив его на растерзание врагу. И становится понятно, почему наши бабушки и дедушки никогда не вспоминали это тяжелейшее время - разбередить боль легко, а унять потом очень трудно.

    Спасибо, Сусанна, за то, что доносите до нас эти живые свидетельства времени.


  • 13 сентября 2016

    Сусанна Лангман

    Дорогие читатели! Считаю своей напростительной ошибкой то, что я не назвала имя матери. Под её портретом должно было стоять имя:

    Евгения Соломоновна (Шендель Шапсовна) Ядушливер (Лехтман).

    Прости, мамочка!

    Спасибо Лидии. за то, что знакомится с моими статьями и за хвалебные слова, которые я буду стараться оправдать.


  • 10 сентября 2016

    Лидия Слободская

    Основная тема очерков Сусанны Лангман - это "больная" и всегда актуальная история фашизма, антисиметмзма и маниакального уничтожения евреев. В коротком очерке очень ярко и выпукло показан весь ужас и трагедия жителей небольшого еврейского местечка, превращенного в ГЕТТО....... И очень уместен здесь стих Константина Симонова. Лидия Слободская.


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции