ЭКСТРАГЕНИЙ ФОРТЕПИАНО И ЛЮБИТЕЛЬ СЮРПРИЗОВ

 Яков Коваленский
 24 июля 2007
 4393
Около тридцати лет назад, в феврале 1975 года, в Большом зале Московской консерватории было объявлено о двух концертах всемирно известного американского пианиста Шуры Черкасского. В Советском Союзе его имя было окружено легендой, но пластинок не было, и широкая публика не была подготовлена к его приезду
Около тридцати лет назад, в феврале 1975 года, в Большом зале Московской консерватории было объявлено о двух концертах всемирно известного американского пианиста Шуры Черкасского. В Советском Союзе его имя было окружено легендой, но пластинок не было, и широкая публика не была подготовлена к его приезду. Среди собравшихся — а народу собралось много — обращала на себя внимание пожилая дама с огромным букетом цветов. Такие букеты в зимней Москве в те времена были редкостью, но женщина была известна всем. Ее звали Татьяна Пельтцер. На вопрос знакомых, чем обязан Большой зал ее приходу, Пельтцер отвечала: «Сегодня играет мой двоюродный брат!» И вот на эстраде появился маленький человечек с лицом постаревшего вундеркинда, с маленькими ручками, с доброй, немного виноватой улыбкой, с большой головой Сократа. Что бы ни играл этот маленький человек, все было своеобразно, неожиданно и непредсказуемо. Программа двух концертов — 2 и 13 февраля — была огромной и разнообразной: «Патетическая» соната Бетховена, сочинения Шопена, Шуберта, очень редко исполняемая фантазия Мендельсона, сюита Люлли, прелюдии Скрябина, Вариация на тему Корелли Рахманинова и экстрасложная фантазия Листа «Дон Жуан». Впечатление было ошеломляющим. «Эксцентрический гений» — так назвал его английский журнал «Piano». Его игра переворачивала все представления слушателей об исполняемых произведениях. После окончания первого концерта многие пошли за кулисы, чтобы поздравить пианиста, и были свидетелями встречи Пельтцер и Черкасского: оба рыдали. «Мы не виделись около пятидесяти лет»,— сказала Пельтцер. Русская напевная речь Черкасского перемежалась фразами на идише, и Татьяна Пельтцер так же отвечала своему брату. Шура (Александр Исаакович) Черкасский родился в Одессе в октябре 1909 года (по некоторым источникам — в 1911 году). С раннего детства он увлекался музыкой и в пять лет сочинил оперу. Его первым учителем была мать, в девять лет он уже давал публичные концерты. В 1922 году семья Черкасских эмигрировала из России и после долгих скитаний осела в Соединенных Штатах, в городе Балтиморе. Шура дал первый частный концерт в США 3 марта 1923 года, после чего начал выступать в разных городах Америки, в том числе с Нью-Йоркским филармоническим оркестром под управлением Вальтера Дамроша. Позже он играл в Белом доме по приглашению президента США Уоррена Хардинга. В это же время юный музыкант играл для Рахманинова: он хотел заниматься с ним. Но Рахманинов поставил условие: на два года учебы прекратить концертную деятельность. Родители Шуры отказались от этой идеи. Через некоторое время Черкасский поступил в Кертис-институт, где занимался у Иосифа Гофмана, знаменитого польского пианиста, ученика Антона Рубинштейна. Гофман не возражал против концертных выступлений мальчика. С 1928 года Шура становится концертирующим пианистом. Но еще до этого, будучи 14-летним подростком, Черкасский выступал в Австралии и Новой Зеландии, куда он ездил с отцом, который ради карьеры сына оставил свою работу зубного врача. Дебют Черкасского в Англии состоялся в 1937 году, примерно в это же время он играл в Китае, Японии и России. Дал два концерта в родной Одессе. В Ленинграде, после исполнения им Первого фортепианного концерта Чайковского, от безумных оваций рояль стал съезжать со сцены. Исполнение Черкасского вызывало споры, оно не укладывалось ни в какие рамки. Но над его игрой витал дух беззаботной виртуозности и очарования, несмотря на короткие пальцы и кажущийся недостаток сил. Критики говорили, и не без оснований, о привкусе «кабаре», о вольном и субъективном обращении с авторским текстом, о стилистической неуравновешенности. Но Черкасский и не заботился о чистоте стиля, он просто играл, как чувствовал, и из-под его пальцев лилась красивая музыка. Привлекательность его игры — в спонтанности чувств, красоте звука, в элементе неожиданности, в способности читать между строк. К лучшим достижениям Черкасского относятся поэтический «Карнавал» Шумана, сонаты Шуберта, Мендельсона, «Исламей» Балакирева, где пианист демонстрирует демоническую сверхтехнику, произведения Прокофьева и «Петрушка» Стравинского. Ему не было равных в исполнении фортепианных миниатюр: он любил оттенять танцевальность пьес, достигать зажигательного блеска в сочинениях Рубинштейна, Рахманинова, «Тренировке Зуава» Манна-Зука. «Танго» Альбениса он играл на бис в Москве тридцать лет назад, но до сих пор помнится безумный восторг слушателей: людей заставила вскочить с мест звуковая волна танго. Такое исполнение говорит о том, что артист обладает неповторимой и сильной индивидуальностью. Американский критик Джейкобс писал в конце 70-х годов: «Черкасский — один из оригинальных талантов, он — первозданный гений». Черкасский объездил весь мир: он был в Таиланде, Индии, Сингапуре, Афганистане. В одном из интервью он говорил: «Как артист я очень пунктуален. И это не потому, что я играю лучше, чем другие. Менеджеры любят меня, так как я очень надежный. Я обманчиво выгляжу: как будто бы беспомощно, но это совсем не так». Во время концертов музыкант требовал комнату отдыха с полотенцами и средством для мытья рук, фортепиано и двумя креслами, так как обычно, отдыхая, клал ноги на кресло. Однажды, когда Шура Черкасский играл с Мстиславом Ростроповичем, последний подошел к пианисту за десять минут до выхода на сцену и сказал: «Отдыхайте, отдыхайте. Положите свои ноги на кресло». Черкасский вспоминал: «Как смешно! Я делаю это всю жизнь». Черкасский часто говорил: «Я не люблю стандартные интерпретации. Я люблю сюрпризы». Он часто играл шутливые фортепианные пьесы, шокируя и дразня публику такими произведениями, как «Полька» Леннокса Беркели, «Юмористическое фугато» Манна-Зука и экстравагантная «Полька» Шостаковича из балета «Золотой век». У него было своеобразное чувство юмора. Однажды он долго хохотал, когда старая американка сказала ему за кулисами: «Господин Чайковский, вы удивительный пианист, но я думала, что вы умерли век тому назад!» Шура Черкасский играл со многими великими дирижерами: Караяном, Шолти, Стоковским, Барбиролли. Однако некоторые дирижеры избегали выступать с ним, так как его игра отличалась спонтанностью, он не любил фиксированные интерпретации и часто заставлял дирижеров нервничать. Уже в 80–90-е годы он заново записал Третий концерт Рахманинова с Юрием Темиркановым и Четвертый концерт своего обожаемого Антона Рубинштейна с Владимиром Ашкенази. Обе записи сделаны на фирме «Decca». Это эталонные исполнения. Черкасский никогда не входил в жюри международных конкурсов и никогда не занимался педагогикой. Он вспоминал, как много лет назад отец молодого Д. Баренбойма умолял его заниматься с мальчиком. «Когда Даниел заиграл первые такты сонаты Бетховена, я понял, что передо мной суперпианист. Чему я могу его научить? — уже все ясно!» В интервью журналу «Piano» он сказал: «Лучше я буду мести улицы, чем учить. Что я могу сказать еще и учить кого-то, если я сам не знаю, как я это делаю. Я могу больше навредить, чем помочь». Его кумиром всегда был Владимир Горовиц. Черкасский вспоминал: «Когда я впервые услышал его во время его дебюта в Карнеги-холл в 1928 году, я был абсолютно загипнотизирован. И я сказал себе: я должен играть, как он... Я захотел узнать, как он живет, как занимается, я был просто одержим им... Я знал многих пианистов — американцев, русских, японцев, но никто не мог сравниться по технике и звуку с Горовицем». В начале 80-х годов в Лондон, где Шура Черкасский играл Третий концерт Рахманинова, неожиданно прилетел Горовиц и инкогнито пришел на концерт. После окончания концерта он пришел за кулисы Королевского концертного зала поздравить пианиста, и Черкасский сказал, что приезд Горовица был для него самым большим подарком судьбы. «Моя карьера состоялась, если Горовиц специально приехал, чтобы меня слушать». 2 декабря 1991 года Черкасский отметил свое 80-летие концертом в Карнеги-холл. Программа была составлена очень неожиданно, как это часто бывало у Черкасского. Рядом с «Чаконой» Баха-Бузони и произведениями Шумана и Шопена исполнялись соната американского модерниста Ч. Айвза, феерический «Калейдоскоп» И. Гофмана, «Буги-вуги» американца М. Гулда и «Патетическая прелюдия», которую Черкасский написал в 11 лет. Концерт прошел с огромным успехом. Когда Черкасский после концерта возвращался в Лондон, он сказал своему продюсеру П. Вудланду: «Это удивительно, что в моем возрасте я могу еще так играть». У него не было своей семьи и даже своей квартиры. Последние 30 лет он жил в Лондоне в гостинице «White House», где и занимался. Он считал, что великие артисты женятся на своих инструментах и что его семья — его любимое фортепиано и Музыка вообще. Он умер внезапно 27 декабря 1995 года в Лондоне. После него остались многочисленные записи его гениальной игры. Экстрагением XX века теперь называют его даже те, кто когда-то критиковали его исполнение.


Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции