Ровное дыхание Сибири

 Леонид Гомберг
 5 января 2017
 653

В январе нынешнего года выдающемуся российскому поэту Юрию Левитанскому исполнилось бы 95 лет. В связи с этой датой, пусть и не очень круглой, возникает странное, двойственное чувство, сформулировать которое непросто. С одной стороны, официальный сайт поэта за пять лет работы (с 1 января 2012 года) посетили более трех миллионов человек, население немаленького города и даже небольшой страны; с другой — к юбилею поэта не вышло ни одной новой книги. В чем дело: читатели, многие сотни, пишут на сайте добрые слова, сетуют о невозможности почитать стихи любимого поэта, как теперь модно говорить, на бумажном носителе, а издатели не находят в этом ни культурного, ни коммерческого смысла! Странно.  

Этот унылый пейзаж освежает лишь биографическая книга Станислава Гольдфарба «Иркутское время Юрия Левитанского» (Иркутск, 2013). Повествование охватывает десятилетний период жизни поэта с середины 1940-х до середины 1950-х, на протяжении которого Левитанский жил в Иркутске: демобилизовался после фронта, обрел семейный очаг, вошел в литературную среду. Монографии о поэтах вообще редки, а в наше время практически немыслимы, тем более сочинения серьезные, содержащие бесценные биографические данные, многие из которых впервые стали достоянием читателей, литературной общественности, специалистов-филологов.
При работе над биографией Левитанского, несмотря, казалось бы, на значительное число опубликованных материалов о поэте, биограф неожиданно начинает ощущать себя в гнетущей пустоте. Он сталкивается практически с полным отсутствием достоверных свидетельств, конкретных фактов о детстве, учебе в ИФЛИ, фронтовых годах и т.д.
Остались только отрывочные свидетельства друзей, а также некоторые истории, рассказанные самим Левитанским. Для серьезной работы этого явно недостаточно. С. Гольдфарб собрал по кусочкам все, что только можно было разыскать, и даже больше, в том числе фотографии и копии документов, сделав, кажется, невозможное. Кое-что опубликовано на сайте поэта, но многое найдено в архивах и совершенно неизвестно широкой публике.
В начале книги автор рассказывает, каким образом Левитанский, ушедший на фронт из Москвы, оказался в далеком сибирском городе. После Победы, заставшей молодого лейтенанта в Праге, в составе частей 53-й армии, он был переведен в Монголию на войну, которую он всегда называл маленькой, по-видимому, в сравнении с глобальными событиями в Европе. Однако «война на Дальнем Востоке была настоящая, — пишет С. Гольдфарб. — И японский штык был таким же страшным, как и у германского или итальянского фашиста…
К лету 1945 года в распоряжении Японии была 7-миллионная армия, более 10 тысяч самолетов, около 500 боевых кораблей» (данные маршала А.М. Василевского). В сентябре 1945 года, после подписания Японией акта о капитуляции, Левитанского переводят в Иркутск, где «размещались командование Восточно-Сибирского округа, штаб, ставка начальника, редакция и типография окружной газеты «Советский боец», печатный орган командования и политуправления округа. В эту редакцию он возвращается после японских событий на службу».
Биограф весьма подробно, со знанием предмета пишет о послевоенном Иркутске, небольшом, уютном и неспешном городе, утопающем в зелени, с правильной планировкой улиц, застроенных вперемешку деревянными и каменными домами. Рассказ иллюстрирован фотографиями исторических мест и зданий города. Редакция газеты «Советский боец», размещавшаяся в здании бывшей канцелярии генерал-губернатора Восточной Сибири, повидала на своем веку многих замечательных людей — видных ученых, ссыльных декабристов и петрашевцев.
Как же выглядит сибирский послужной список Левитанского? С 1945 по 1947 год — спецкор военной газеты Восточно-Сибирского округа. После демобилизации в августе 1947-го и по январь 1948-го — заведующий литературной частью Иркутского музыкального театра. С февраля 1948 года — литконсультант по работе с молодежью Иркутского отделения Союза писателей СССР.
«…Понедельники, когда заседаниями литературного объединения руководил Юрий Левитанский, — ­писал ­иркутский поэт Сергей Иоффе, — были для нас (да и для всех) особенными. Словно бы отступало куда-то все мелкое, ненастоящее, суетное, и сама Поэзия владела нами в эти часы…»
Большая глава в книге С. Гольдфарба посвящена Иркутской писательской организации. Детальное воссоздание литературной творческой среды в городе во всем ее противоречивом единстве — несомненная удача биографа. Одно только упоминание имен и фамилий некоторых прозаиков и поэтов, работавших в ту пору, впечатляет и свидетельствует о напряженной и насыщенной творческой атмосфере: Георгий Марков, впоследствии возглавивший Союз писателей СССР, Константин Седых (автор знаменитой «Даурии»), Валентин Распутин, Александр Вампилов, Иннокентий Луговской, Иосиф Уткин и другие. К слову, молодого Левитанского, по традиции того времени обвиненного в космополитизме, писателям-иркутчанам во главе с Г. Марковым удалось отстоять, сведя дело к формальным обвинениям.
Отдельная, пусть и небольшая глава посвящена первой жене Левитанского Марине Павловне Левитанской (Гольдштейн), в ту пору студентке Иркутского госуниверситета, впоследствии работнику областного комитета радиовещания. Марина Левитанская — человек закрытый, отказывающийся от интервью и вообще от всех встреч с журналистами, и потому даже крохи информации, добытые биографом, представляют особенный интерес.
Существует распространенное заблуждение, что поэт Левитанский ­всерьез раскрыл свое дарование только после переезда в Москву и публикации книги «Стороны света» (1959); кое-кто вспомнит и первый его сборник «Солдатская дорога» (1947). На самом деле в течение иркутского периода вышло несколько книг поэта, в том числе и коллективных сборников с его участием, которые С. Гольдфарб обильно цитирует, причем, понимая сегодняшнюю труднодоступность этих изданий, часто приводит стихотворения полностью. Нельзя не признать, что в них есть великолепные строки, определяющие будущий почерк мастера.
«То, что у Левитанского в 1940-х позиция схожая с большинством, вряд ли стоит сомневаться, — пишет автор. — Но у него иные слова: красивые точные, объемные. У него более глубокая борозда, более осязаемые образы, его чудные, распевные балладные строфы хочется повторять и повторять, они запоминаются без труда». Не случайно с именем Левитанского связано очень важное событие для иркутчан. В 1948 году вместе с композитором Юрием Матвеевым поэт пишет «Песню о нашем городе», которая становится гимном Иркутска.
…В течение своего иркутского времени Левитанский делает неоднократные попытки вернуться в Москву, город, откуда он много лет назад юношей ушел на фронт. Это удалось только в 1955 году, когда поэт поступил на Высшие литературные курсы и покинул Иркутск. Открывается новая страница его жизни.
Но далекая Сибирь осталась с ним навсегда:
К морю стремился, // морем дышал на юге.
Но когда мое сердце // слушать начнут врачи —
Они услышат отчетливо // посвист вьюги
И голос филина, // ухающего в ночи.
Бьет кабарга копытцами // дробно-дробно.
Бьется над логом// сохатого трубный зов.
Это Сибирь// в груди моей // дышит ровно
Всей протяженностью// древних своих лесов.
Леонид ГОМБЕРГ, Россия
leonid-gomberg.ru 



Комментарии:

  • 21 января 2017

    Марк Штаерман

    Зашёл я к Науму Гребневу в его дом недалекл от станйии метро Аэропорт. В дом, где находилась приёмная Констатнтина Симонова. Привёз Науму по его просьбе из Тбилиси стопку его книжечки переводов Грузинской народной поэзии, изданной Министкрством просвещения Грузинской ССР (дело было до распада СССР). Жена его Мима гостила у родственников. Он меня повёз в дом литераторов покушать и выпить. Сидим, закусываем и пьём водку. Подошёл к нашему столу знакомый Наума. Присел, и соображали мы уже втроём - русский вариант в еврейском исполнении. Третьим оказался Юрий Левитанский. В процессе, Наум сказал мне: Маркуша,смотри кругом, одна треть окрест нас - антисемиты. Юрий Левитанмкий сказал: Няма, не треть, а половина.


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!