Убийство или возмездие?

 Песах Амнуэль
 2 мая 2017
 378

24 марта прошлого года в Хевроне произошел инцидент, о котором я уже рассказывал в одном из номеров «Алефа». Коротко напомню, о чем шла речь. На перекрестке Джильбер двое арабов напали с ножами на солдат ЦАХАЛа и ранили одного из них. Солдаты открыли огонь. Один террорист был убит, второй тяжело ранен. Прибывшие по вызову парамедики оказали первую помощь раненому солдату и уложили его в амбуланс. В это время другой военнослужащий, сержант бригады «Кфир» Эльор Азария, выстрелил в голову лежавшему на земле раненому террористу и убил его. Эпизод заснял на видео активист организации «Бецелем». Запись выложили в интернет.   

Азария прибыл на место происшествия вместе с парамедиками уже после того, как террорист был ранен и лежал на земле. По мнению правозащитников, сержант совершил убийство беззащитного человека. В любом случае Азария нарушил армейский устав, открыв огонь не в ходе боя, а по личной инициативе, без приказа командира. Азария был задержан, и военная прокуратура возбудила против него уголовное дело о непредумышленном убийстве. Сержант утверждал, что увидел, как террорист зашевелился, и подумал, что на раненом мог быть пояс смертника. Мог произойти взрыв. Тогда Азария и выстрелил – чтобы предотвратить возможную трагедию.
Общественное мнение изначально было на стороне Азарии. Опросы показывали, что почти две трети израильтян – за немедленное освобождение сержанта и закрытие уголовного дела. «Он правильно поступил. Террористов надо убивать на месте» — таков был «народный вердикт», вынесенный еще до начала судебного разбирательства.
Мнение военной прокуратуры было противоположным: «Азария нарушил устав, стрелял в террориста, не представлявшего в тот момент опасности, то есть совершил убийство». В обвинительном заключении, поданном в военный суд, прокуратура запрашивала для Азарии срок тюремного заключения от 5 до 20 лет. Именно такой приговор предусмотрен в уголовном кодексе за непредумышленные убийства.
Израильское общество раскололось. Большая часть требовала освободить сержанта, поскольку он выполнил свой долг и уничтожил террориста. Другая часть – меньшая – требовала осудить Азарию по максимуму, поскольку он убил безоружного и не представлявшего на тот момент опасности человека, нарушил армейский устав и нанес непоправимый ущерб имиджу ЦАХАЛа.
По сути, спор шел о том, является ли террорист человеком, применимы ли к нему законы – ведь террорист своими действиями поставил себя вне закона. Сторонники освобождения Азарии выходили на митинги, собиравшие до десяти тысяч человек. Азария тем временем содержался на военной базе, которую ему было запрещено покидать – разве только по специальному разрешению военного командования.
Военный суд заседал в здании «Кирии», где размещается Главный штаб ЦАХАЛа. Защищала Азарию команда опытных адвокатов, и сейчас трудно сказать, насколько советы юристов помогли вынесению мягкого приговора. Суд выслушал многочисленных свидетелей защиты и обвинения, рассмотрел все видеоматериалы и изучил все документы. Естественно, была подвергнута тщательному анализу выложенная в интернет видеозапись инцидента. Был отчетливо виден лежавший на земле террорист, и был отчетливо слышен громкий возглас Азарии, когда он вышел вперед и поднял оружие: «Террорист, ранивший нашего товарища, должен умереть». После чего последовал выстрел.
Настоящая буря поднялась в социальных сетях, где каждый может высказать свое мнение. Люди писали не только о конкретном поступке сержанта, но рассматривали возникшую проблему гораздо шире. «Если Азарию осудят, то как наши дети после этого будут служить в армии? Неужели к каждому солдату на поле боя нужно приставить юриста, который следил бы, нарушил ли военнослужащий приказ, выстрелил ли он, защищая свою жизнь, или неправильно оценил ситуацию и не должен был стрелять? Теперь солдат или полицейский, а тем более человек гражданский, но с оружием, будет во время теракта не стрелять в террориста, а убегать, поскольку станет бояться, что за смертельный выстрел его привлекут к ответственности! Обвинительный приговор Азарии покажет террористам, что они могут творить что хотят, и террор невозможно будет остановить!»
Эмоций в этих высказываниях было куда больше, чем рациональных рассуждений и даже здравого смысла. Пока шел суд (а продолжался он больше полугода), в Израиле произошло еще несколько терактов, и в каждом террориста (или террористов) убивали на месте. Лишь однажды полицейский бежал с места теракта, но на судьбе террориста это никак не отразилось – его все равно застрелили.
Бурю вызвал автомобильный теракт в Иерусалиме, на обзорной площадке Армон а-Нацив. Группа курсантов тыловых войск (большинство – девушки) приехала с экскурсией. Курсанты отдыхали, когда на них на большой скорости направился грузовик, за рулем которого сидел террорист. Грузовик наехал на людей, несколько человек упали, водитель развернул машину, чтобы совершить второй наезд, но был убит полицейским и одним из руководителей экскурсии. На записи видеокамеры наблюдения видно, как при появлении несущегося на полной скорости грузовика курсанты бросились врассыпную – прятаться за ограждениями и другими препятствиями. «Видите! Они не стали стрелять, они побежали! И все потому, что Азарию судят и собираются осудить!»
Пресс-служба ЦАХАЛа объяснила, что курсанты вовсе не паниковали, а напротив, точно выполнили приказ командира: «Рассредоточиться и не стрелять!» Приказ был правильным: неопытные курсанты, устроив пальбу, могли перестрелять друг друга. А руководитель экскурсии, обученный правилам ведения боя, сделал то, что и должен был: застрелил террориста.
Тем временем суд продолжал свою работу, фотографии Азарии появлялись на первых страницах газет, министр обороны Авигдор Либерман призывал уважать суд, страсти продолжали накаляться, достигнув точки кипения, когда 4 января нынешнего года военный суд огласил, наконец, вердикт: «Виновен». Азария был признан виновным в непредумышленном убийстве, как и требовала военная прокуратура. Приговор был объявлен 21 февраля: военный суд приговорил Эльора Азарию к полутора годам тюремного заключения, а также к годичному условному сроку и понижению в звании до рядового.
В тексте приговора сказано: «Осужденный совершил тягчайший проступок. ЦАХАЛ обязан хранить верность принципам чистоты оружия, даже когда речь идет о противостоянии врагу». В приговоре также отмечено, что речь идет об образцовом солдате. Председатель судейской коллегии полковник Майя Элер сказала, зачитав приговор: «Несмотря на всю сложность ситуации, надо помнить, что армия действует в соответствии с правилами и ценностями, которые известны каждому солдату… Одной из главных составляющих судебного решения стала фраза, произнесенная Азарией: “Террорист заслуживает смерти”».
Обратите внимание: суд счел возможным назначить срок заключения втрое ниже минимального, предусмотренного уголовным кодексом. Но – все-таки реальный срок, который Азария проведет в военной тюрьме. Учитывая хорошее поведение заключенного (вряд ли Азария будет нарушать тюремный режим), он выйдет на свободу через год.
И, по идее, сразу после оглашения приговора родственники Эльора Азарии получили право обратиться к президенту Реувену Ривлину с просьбой о помиловании. Наверняка (судя по высказываниям самого президента) Азария был бы помилован. Вероятно, это было бы наиболее разумным завершением дела. Так адвокаты Азарии и советовали поступить его родителям. Родители, поддержанные общественным мнением, решили иначе: подать апелляцию на решение суда и потребовать полного оправдания. Адвокаты Азарии ­объявили, что считают это решение неверным, и отказались от дальнейшей защиты. За дело взялся известный израильский адвокат Йорам Шефтель. 
Однако и военная прокуратура подала апелляцию на решение суда, указав, что приговор слишком мягкий. До завершения рассмотрения апелляций Азария не начинает отбывать срок заключения, а продолжает оставаться на военной базе.
Похоже, что «дело Азарии» еще далеко от окончания. Будет ли назначено новое судебное разбирательство? Приведет ли оно к оправданию Азарии (как надеются родители Эльора) или, наоборот, к ужесточению наказания (как требует прокуратура)?
В любом случае, «дело Азарии» стало знаковым для израильского общества. Никто, собственно, не оспаривает того обстоятельства, что Азария нарушил устав и учинил самосуд. Дискутируется вопрос: совершил ли Азария преступление? Если террорист находится вне закона, то уничтожение его – правильно и справедливо. Если террориста нужно судить по законам государства, как любого другого гражданина, то уничтожение его – произвол, самосуд и преступление.
Азария поступил импульсивно, под влиянием момента. Государство не может позволить себе импульсивности в принятии решений. Нужен ясный закон. Закон, в котором будет сказано: «Террорист заслуживает смерти». Как и сказал Азария, подняв автомат и выстрелив в лежавшего на земле… Кого? Человека ли?!
На этот вопрос и должен получить ответ народ Израиля.
Песах Амнуэль, Израиль



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!