«Лиловый негр» в историческом антураже

 Николай Овсянников
 8 августа 2017
 18042

Одна из первых песенок Александра Николаевича Вертинского (1889–1957), составляющих его знаменитый цикл «Ариетки Пьеро» (1916), носит название «Лиловый негр». Правда, поется в ней не столько о негре (о нем лишь упоминается как о слуге, подающем героине манто в далеком Сан-Франциско), сколько о знаменитой русской киноактрисе Вере Васильевне Холодной (1893–1919).  

В очерке, посвященном автору «Лилового негра», видный историк отечественной эстрады Елизавета Уварова сообщает о посещении в конце 1914 года Вертинским и Верой Холодной, тогда еще никому не известной женой находившегося на фронте прапорщика, одного из петроградских госпиталей. «В большой палате между двумя рядами кроватей Вертинский, надев цилиндр, и Вера Холодная в маленькой шляпе с серебристой вуалью танцевали танго “Фурлана”». Сам Вертинский в опубликованных уже в советские годы воспоминаниях пишет, что именно он привел Веру Холодную на кинофабрику, угадав в ней будущую кинозвезду. К началу 1916-го, после выхода фильма «Песнь торжествующей любви», она и в самом деле сделалась общероссийской знаменитостью. А осенью того же года Вертинский, артист московского Петровского театра миниатюр, практически каждый вечер поет со сцены посвященные Вере Холодной ариетки: «Маленький креольчик», «Ваши пальцы пахнут ладаном» и «Лиловый негр». В песенке, названной последней, артист как бы прощается с пленившей его воображение женщиной, которую он отправляет в вымышленную эмиграцию:

Где Вы теперь? 
Кто Вам целует пальцы?
Куда ушел Ваш китайчонок Ли?
Вы, кажется, потом 
любили португальца,
А может быть, с малайцем Вы ушли?
Последний раз я видел Вас так близко:
В пролеты улиц Вас умчал авто.
Мне снилось, что 
в притонах Сан-Франциско
Лиловый негр Вам подает манто.
Так никуда и не уехавшая Вера Холодная умерла от «испанки» (по другой версии — будучи отравленной белогвардейской разведкой) в оккупированной французами Одессе 16 февраля 1919 года.
В песенке Вертинского меня, как музыкального португалофила, не мог не заинтересовать «португалец». Знал ли такового Вертинский? Или то был обычный образ, уводивший слушателей в характерную для данного жанра экзотику наподобие «малайца» или «лилового негра»?
Так вот, похоже, португалец все же был, хотя и появился за несколько лет до начала звездного восхождения Веры Холодной. Звали его Франсишку д’Андраде (1859–1921). В конце ХIХ века он блистал в качестве солиста итальянской Мамонтовской оперы, довольно долго жил в России. Впоследствии перебрался в Германию, где до 1916 года пел ведущие баритональные партии в Берлинской опере. Особенно он прославился исполнением моцартовского Дон Жуана. Франсишку был хорош собой, долгие годы имел устойчивый успех среди российской публики, особенно ее женской половины. Как вспоминал в эмиграции бывший оперный певец, впоследствии известный писатель Александр Амфитеатров, его младшая сестра Люба в течение нескольких лет была буквально околдована португальским артистом. В качестве гастролера он продолжал посещать Россию практически до начала Первой мировой войны. Не знаю, слышал ли его когда-нибудь на сцене Вертинский, но не знать о португальском красавце-баритоне он, конечно, не мог. Песенка «Лиловый негр» сочинялась не в лучшее для России время. Воюющая страна переживала тяжелые военные поражения, правящий режим агонизировал. В воздухе пахло катастрофой. Как всякий художественно одаренный человек Вертинский обладал повышенной интуицией. Чувствуя, к чему идет дело, не имея других средств выразить обуревавшую его тревогу, он заранее «отправлял» в эмиграцию дорогую сердцу женщину. Благополучный португальский артист, годившийся ей в отцы, чем не подходящий спутник для подобного путешествия?
В реальной жизни с Франсишку д’Андраде, отрезанным от России войной, Вере Холодной встретиться не довелось. Оказавшись в 1919-м в Одессе, она сошлась не с португальцем, а с французом. Правда, изначально этот человек был известен как одесский еврей, мать которого была в приморском городе домовладелицей по фамилии Фрейденберг. В 1890 году под именем Анри он вступил во французскую армию. Участвовал в Первой мировой войне, дослужившись до звания полковника. В начале 1919-го Анри Фрейденберг (1876–1975) занимал должность начальника штаба командующего союзными силами Антанты на Юге России генерала д’Ансельма. В зону их ответственности входило все Северное Причерноморье, включая Одессу. Там-то Фрейденберг и познакомился с Верой Холодной. Между ними завязался роман, который до наших дней продолжает вызывать множество комментариев, включая тот, что под влиянием якобы связанной с большевиками киноактрисы Фрейденберг принял самовольное решение о поспешной эвакуации французских и греческих сил из Одессы.
Факты, однако, говорят о том, что в период близости с Верой Холодной Фрейденберг контактировал отнюдь не с большевиками, а с представителем Украинской народной рады, стремясь передать Одессу петлюровцам. Этому помешали падение независимого Киева и фактический уход Петлюры с политической сцены. Кроме того, проведенная по инициативе Фрейденберга эвакуация имела место 4–7 апреля 1919 года, т.е. спустя почти два месяца после кончины Веры Холодной.
Не подтвердило предательство Фрейденберга и проведенное специальной военной комиссией по требованию французского премьера Ж. Клемансо расследование. Полковник был восстановлен на военной службе и долгие годы служил на командных должностях во французских колониях в Африке. В 1933–1938 годах он был командующим колониальными силами Франции.
Поэтому одесское увлечение Веры Холодной, как мне представляется, правильнее рассматривать не в качестве некоего звена чекистской спецоперации по захвату Одессы (что, кстати, после ухода французов осуществил атаман Григорьев), а в рамках тематики заинтересовавшей нас песенки Вертинского. Разрываясь между ужасающей российской действительностью и картонной экзотикой немого кино, актриса стремилась каким-то образом покончить с этим невыносимым положением. Не исключено, что и Вертинский, тогда же находившийся в Одессе, советовал ей уезжать. Французский начштаба, плененный красотой русской актрисы, казался ей кем-то вроде нового персонажа «Лилового негра», с которым легче всего было уйти (А может быть, с малайцем Вы ушли?)
Увы, судьба распорядилась иначе: Вера Холодная ушла не с кем-то, а просто ушла. В этот момент звезде немого кино было всего 25 лет.
Нам же в память о ней остались чем-то похожие друг на друга фильмы, бесчисленные легенды и замечательные памятники эпохи — посвященные киноактрисе песенки Александра Вертинского. «Лиловый негр» никогда не исчезал из репертуара артиста. В годы эмиграции он дважды (в Германии в ­1930-м и в Польше в 1932-м) записал его для граммофонных пластинок, причем во втором случае в качестве аккомпаниатора выступил выдающийся польский композитор Ежи Петербурский, о котором автору этих строк не раз приходилось писать на страницах «Алефа».
Не забывали «Лилового негра» и на родине создателя. В сатирической пьесе Михаила Козырева «Балласт» (1930) одно из действующих лиц, некто Феоктистов, вместе с героем мечтающий об эмиграции, то и дело напевает последние строки песенки Вертинского: «…И снится мне: в притонах Сан-Франциско лиловый негр вам подает манто». А в 1935–1936 годах в Ленинграде, с негласного разрешения властей, на заводе Музтреста небольшими тиражами для особых клиентов выпускались пиратские копии заграничных пластинок Вертинского (включая «Лилового негра») с этикетками, маскирующими их подлинное содержание.
И наконец, последний штрих к истории песни: именно ее в послевоенной Москве напевает главный герой фильма «Место встречи изменить нельзя». Так два российских человека-легенды, Вера Холодная и Владимир Высоцкий, неожиданным образом “встретились” в коротеньком эпизоде одной из самых популярных отечественных кинокартин.
Николай ОВСЯННИКОВ, Россия



Комментарии:

  • 2 ноября 2021

    Алексей

    Новое прочтение Вертинского . 2021 год.

    https://www.youtube.com/watch?v=4Rg3FSYcpOQ



Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции