Анатолий Белый: «Если б я не чувствовал любви, я бы не соглашался…»

 Беседовала Лариса Каневская, Россия
 11 апреля 2019
 1545

- Анатолий, какие люди оказали на Вас самое большое влияние? – В детстве – это, конечно, мама и папа, у бабушки с дедушкой мы отдыхали каждое лето. Пока учился в школе более всего на меня влияли родители. В юности, когда я вырвался из родительского дома, нахлынуло множество новых впечатлений, в числе которых был русский рок - Цой, Шевчук, Макаревич… Можно сказать, что их песни сильно повлияли на мое юное сознание.

– В детстве или в юности Вы мечтали «делать с кого-то жизнь», если вспомнить поэтическое высказывание Владимира Маяковского?
– Литературных, да и иных кумиров в детстве у меня точно не было, а вот дальше по жизни учителя у меня были разные. В более взрослом возрасте, увлекшись театром, читал дневники Олега Даля, очень любил книгу Иннокентия Смоктуновского «Быть», книгу об Олеге Янковском. В перестроечное время появилось много книг актеров и об актерах, и я их старался не пропускать. Мне было важно знать их отношение к профессии, которую выбрал и я.

– На этом пути самую важную роль сыграла Людмила Николаевна Новикова, она стала Вшим мастером…
– Да, она – мой главный Учитель.

– Если б была такая возможность: заглянуть в свое детство или юность, и что-то там изменить, повлиять на будущее. Чего Вам в жизни не хватило для старта?
– Очень сложно сказать. Пожалуй, я бы себе пожелал быть смелее.

– Какая эпоха для Вас наиболее привлекательна, с кем бы Вам хотелось встретиться?
– Наверное, это Серебряный век. Там были изыскания природы человека, обновления человечества. Антропософия. Ученики Рудольфа Штайнера. Актеры тогда тоже увлекались этим. Мне было б интересно оказаться в той среде. На переломе эпох.

– Вы можете разделить свою жизнь на важные этапы, после которых что-то менялось?
– Этапов много. Самый крутой перелом в жизни произошел, когда я сменил курс: ушел из технического вуза в театральный. Этот мир подарил мне встречи с Олегом Меньшиковым, Владимиром Мирзоевым, потом с Владимиром Агеевым, Михаилом Угаровым, с Алексеем Казанцевым и с Кириллом Серебренниковым. Этим прекрасным режиссерам я благодарен за свое вхождение и становление в профессии. Потом в моей жизни случился МХТ им. Чехова.

– Существует ли для Вас понятие «Театр – Дом»? Если МХТ – дом, то какой: многоэтажный или просто большая коммуналка?
– Я бы не назвал сегодняшний МХТ домом в том смысле, который обычно подразумевается. Театр–дом — это история студий, маленьких театров. А МХТ — конечно, большой многоквартирный, эклектичный дом, словно построенный разными архитекторами в разное время. Но фундамент в нем заложен правильный. Гениальный Станиславский так выстроил свой театр, что при любых переменах он остается живым и современным. Семейным сегодня он быть не может. МХТ — это сообщество ярких, талантливых, непохожих индивидуальностей. Что само по себе прекрасно.

– От кого зависит обстановка в этом сообществе? Вот про Вас, например, говорят как о миротворце…
– Обстановка в театре зависит от каждого из нас. Я лично, действительно, могу существовать только в гармонии. Любые конфликты выбивают меня из колеи, я сразу закрываюсь. В ситуации затяжных конфликтов - отворачиваюсь и ухожу…

– Из сыгранных ролей есть самые любимые? И о чем-то несыгранном мечтаете?
– Все, что делаю, я стараюсь любить. Если уж идешь на что-то, полностью надо отдаваться роли. Если б я не испытывал любви, я бы не соглашался. А из несыгранных... Знаете, если б мне было двадцать лет, я бы мечтал, конечно. А сейчас я отношусь к этому философски. Все, что придет ко мне – мое.

– Как Вы готовитесь к роли?
– Всегда по-разному, в зависимости от роли. У меня нет единого общего рецепта. Сыграть, скажем, следователя – это одна история, к Каренину я совершенно по-другому готовился…

– Без каких качеств не может состояться актер?
– Без терпения и трудолюбия. Нужно вкалывать, как… не знаю кто, как шахтер, наверное…

– Самые сладостные и самые горькие минуты актерской профессии?
– Самые горькие, когда ты не получаешь той роли, которую сильно желаешь. Самые сладостные… Их много, они бывают и на сцене в спектакле, и на репетициях, когда ощущаешь выход в какие-то другие сферы и понимаешь, что это то, ради чего ты пришел в профессию. Когда ты сознаешь это «здесь и сейчас», и что ты - там, где должен быть.

– Помимо актерской деятельности, вы занимаетесь творческими поисками нового жанра – Кинопоэзией.
– Да, и это – суперинтересно, соединение Поэзии и Кино, как по-новому звучат стихи на экране. Это не просто чтение стихов, а специально снятые поэтические фильмы.

– Спасибо Вам за открытие этого жанра, он прививает вкус к сложному поэтическому слогу...
Скажите, Анатолий, остается ли у Вас время для иных увлечений, помимо профессии?

– Не знаю, какое может быть еще увлечение, хобби у людей творческих профессий. Я больше ничем не увлекаюсь, все свободное время отдаю семье, книгам, искусству.

– Говорят, что во время учебы в училище у молодых артистов специально раскачивают, растормаживают психику. А как потом с этим быть  в обычной жизни?
– Ну да, раскачка необходима для профессии, психика должна быть подвижной, и с этим мы все как-то живем.

– При Вашей огромной занятости часто ли удается побыть дома с детьми? Какими Вы хотите видеть своих детей?
– Да, бываю дома редко, но стараюсь всегда выкраивать время для общения с детьми. У нас семейный чат в WhatsApp, мы постоянно переписываемся. Мне очень важно, чтобы они чувствовали мое внимание, мою любовь, что я всегда рядом. Это, может быть, самое главное для меня в жизни.
Мне хочется, чтобы дети выросли добрыми, смелыми, порядочными людьми.
Беседовала Лариса Каневская, Россия



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции