Нити родства и культуры Анны Кейнан

 Беседовала Наталья Лайдинен
 18 июня 2019
 1267

Много лет работая в журналистике, я наблюдаю, насколько витиевато переплетаются судьбы моих героев, как волны жизни возвращают порой к берегам молодости, где открываются корни, обращая к чему-то далекому, но очень понятному и родному. Моя сегодняшняя собеседница Анна Кейнан – первый секретарь и атташе по культуре посольства Государства Израиль в Российской Федерации, выпускница университета Тель-Авива, профессиональный дипломат. И кто бы мог подумать, что нити семьи Анны причудливо тянутся из карельского Заонежья, где родился ее отец и где она сама много бывала в детстве. Так что вполне логично, что наш разговор начался с теплых воспоминаний о любимых нам обеим северных краях.

– Анна, расскажите, пожалуйста, что вас связывает с Карелией.
– Мой отец Александр родился в Пудоже и был одним из шестерых детей в большой дружной семье Копытовых. Бабушка Анна (в честь которой меня назвали) и дедушка Егор жили в Пудоже в собственном доме. Они не коренные обитатели этих мест, когда-то в 20-е годы прошлого века переехали в Карелию, бабушка — из Архангельской области, дед – из Брянской, да так и осели здесь навсегда.
С моей мамой Асей, уроженкой белорусского Гомеля, папа познакомился во время учебы в Ленинграде. Этот город — колыбель их романтических встреч, их любви. После окончания учебы они переехали на родину мамы, но каждое лето мы проводили в Карелии. Для нас она была краем особенным, уникальным, ни на что не похожим. С ней у меня связаны самые яркие впечатления и переживания.
Все начиналось еще с поезда, в котором из Гомеля в Петрозаводск нужно было ехать двое суток с остановкой в Ленинграде – само по себе большое приключение. В Карелии нас радушно встречала большая гостеприимная родня, дяди, тети, – все необычайно добрые, сердечные люди. Каждый раз – море подарков с обеих сторон. Мы росли среди сверстников, двоюродных братьев и сестер. Наш приезд всегда становился праздником.

– Что в первую очередь вспоминается вам, когда слышите о Карелии?
– Безусловно, природа. Чудесны воспоминания об Онежском озере, бескрайних лесах, окружающей красоте. Ужасны о комарах, с которыми сладить невозможно... От Карелии осталось ощущение свободы, вдохновения, восторга, слияния с природой. Ничего вокруг не походило на привычную белорусскую реальность.
Пудож – маленький город, где все рядом. А вокруг леса. Мы гуляли, собирали ягоды. По сей день клюква неизменно присутствует на моем домашнем столе. Кстати, почти не помню дождливых дней, в моем карельском детстве много солнца и света.
Дедушка Егор был рыбаком, вспоминается его сарай с сетями и запахом рыбы. Еще в памяти остался потрясающий вкус карельской еды, пирогов, свежей щуки. И парного молока, который мы с бабушкой брали у соседки. Запомнился особенный местный говор, который узнаешь за версту. Помню, как пили чай из блюдечка, это казалось странным. Тетя так и пьет до сих пор.
С ранних лет одна из самых моих любимых книг – эпос «Калевала». Сначала ее читали мне родители, а потом и я увлеклась. Возникло ощущение чего-то неповторимого, огромного, не похожего на другие сказки. Сегодня я не могу припомнить всех героев и хитросплетение сюжетов, но осталось ощущение волшебной ауры необыкновенного произведения. Мечтаю детей познакомить в этим выдающимся памятником северной культуры.
Бабушка Аня звала меня остаться жить в Карелии, но я выбрала другой путь: в 1996 году репатриировалась в Израиль, закончила там школу, прошла армию, поступила в университет, а потом и на дипломатическую службу.

– Вам кажется, что Карелии повлияла на Ваше формирование?
– Я бы сказала, что Карелия генетически передалась мне от папы. Жители Севера – стойкие люди, которые должны выдерживать трудности: комаров, капризы погоды, холод, снег — правильно взаимодействовать с природой. А еще, думаю, от отца во мне – присущая северным краям созерцательность, довольно закрытый характер, сдержанность.
Дедушка Егор, олицетворяющий для меня типичного северного мужчину, был строгим, даже суровым, но очень справедливым и порядочным, что серьезно влияло на процесс воспитания в семье, хотя внуков он порой баловал. Общение с Севером, несомненно, оставило в душе глубокий след, научило радоваться мелочам, видеть хорошее и в трудные непогожие дни. Карелия дорога мне, это ведь половина моей семьи. Гомель связан у меня с освоением еврейства, религии, традиции, а Заонежье – с познанием природы, семейных ценностей. Карельский опыт – важная часть моего «я».

– В зрелые годы Вам приходилось бывать в Карелии?
– Навещала двоюродную сестру, когда та училась в университете. Она увлекается фольклором, участвует в ансамбле, и через нее я познакомилась с музыкой, национальными песнями и танцами Карелии, увидела, осознала, насколько самобытна и многообразна культура народов Севера.
В прошлом году мы с семьей, включая маму, съездили в Карелию, чтобы показать детям любимые места. Радостно было вернуться в хорошо знакомые квартиры тети и дяди, в них мало что изменилось с прежних времен. Бабушкин дом продан, но стоит на месте. Когда я проходила мимо, щемило сердце…
Огромное впечатление на всех произвел остров Кижи, там невыразимая красота! В этих просторах я чувствую себя по-иному: отдыхают глаза и душа. 
Удивилась, как разросся и изменился Петрозаводск, где мы с удовольствием прошлись по набережной. Правда, ночевать решили  за городом, в туркомплексе — среди высоких сосен. На обратном пути остановились в лесу, пособирать ягод и грибов. Для детей это был совсем новый опыт, неожиданные впечатления.

– Может ли Карелия, на Ваш взгляд, привлечь израильского туриста?
– Несомненно! В Карелию приезжают увлеченные люди, которые ищут в мире что-то особенное. Я знаю, что израильтян манит нетронутая северная природа: приезжают сплавляться по рекам, посещают водопады. Но пока это удел туристов-профессионалов и редких одиночек: слишком уж дороги поездки, да и маловато информация о туристических маршрутах по Карелии. И это при том, что в целом туризм в Россию из Израиля находится на подъеме. Думаю, можно было бы приглашать в Карелию тех, кто приезжает в Санкт-Петербург, и обязательно больше рассказывать о достопримечательностях и инфраструктуре региона.

– Анна, хотелось бы еще узнать о Вашем  профессиональном занятии, – о культуре. Как бы вы охарактеризовали ее роль в современном мире?
– К сожалению, наш мир переполнен негативными новостями, они составляют основной фон жизни большинства людей. Израиль не исключение: мы больше слышим об арабо-израильском конфликте, военных столкновениях, гораздо меньше — об остальных сторонах жизни. А между тем, культура расставляет правильные акценты, выделяя вечные, значимые, красивые явления. Это не пустые слова – я счастлива, что работаю в сфере культуры и могу абстрагироваться от сиюминутной повестки дня.
Перефразируя Густава Малера, я сказала бы, что культура – не поклонение пеплу, а передача огня, клей, соединяющий поколения, противоядие от обрушивающегося на наши головы негатива.

– Каково значение русской культуры в вашей жизни?
– Я смотрю на нее с пиететом. И хочу отметить огромную роль русской культуры и традиции в целом для Израиля, она заложена в основе устройства современного общества. Это касается абсолютно любой сферы: литературы, музыки, театра, – везде влияние русской культуры исключительно. Связи между Россией и Израилем глубоки не потому, что политические и экономические отношения между странами успешно развиваются в последнюю четверть века, после возобновления дипломатических отношений в 1991 году. Нас связывают крепкие родственные нити во многих поколениях. Общие культурные корни дают взаимопонимание на интуитивном уровне. 
В моем личном становлении огромную роль сыграла русская литература. Наша семья всегда была читающей, и я училась на примерах родителей и обеих бабушек. Все недоумевала, как можно прочесть столько книг?! Мне до сих пор кажется, что есть такие произведения, по-настоящему осознать которые можно, только прочитав их по-русски. Убеждена, что «Мастера и Маргариту» невозможно осмыслить в переводе. Я счастлива, что могу читать по-русски классическую и современную литературу, приучаю к этому детей. Сейчас выбрала для них «Малахитовую шкатулку» Бажова и вдруг поняла, что и  мне ее нужно читать со словарем, настолько там много архаизмов.
Среди любимых авторов – Чехов, он для меня абсолютно современен. Эмоции и ситуации, описанные прозаиком, нередко встречаются в сегодняшней жизни. Это наталкивает меня на мысль, что меняется время, развиваются технологии, а человеческая природа остается неизменной, со всеми переживаниями, страхами, горестями, радостями. Из израильских писателей больше всего ценю Меира Шалева, Амоса Оза, А.-Б. Иегошуа.
Живя в России, не устаю поражаться богатству и многообразию русского языка и тому, как мастерски им некоторые владеют. Важно ведь не просто знать язык, но чувствовать его глубину, точно и образно излагать свои мысли. Творческое сообщество России меня в этом смысле постоянно удивляет и вдохновляет.

– А насколько, по вашим ощущениям, в России сейчас высок интерес к культуре Израиля?
– Интерес присутствует, но тема Израиля чаще возникает в политическом или экономическом контексте. Информации о культуре немного, поэтому наша первоочередная задача – просвещение. Своеобразие Израиля в том, что за семьдесят лет существования страна впитала историю многих тысячелетий и лучшие современные достижения. В России мало знают о синкретичности Израиля, сформировавшейся в результате того, что евреи возвращались на историческую родину отовсюду, вооруженные опытом поколений. Израиль не только ассоциируется с еврейской религией, традицией, но и занимает достойное место в общемировой культуре. Так израильский балет или видеоарт являются визитными карточками страны, задают глобальные тенденции.
Для нас огромная честь, что во всех крупных литературных, танцевальных или музыкальных фестивалях в России сегодня обязательно участвуют израильтяне.
Очень непросто организовывать культурные мероприятия в Москве и Санкт-Петербурге, где ежедневно проходит от 150 до 250 событий, а публика искушена и даже пресыщена. Поэтому когда на наши площадки приходят жители и гости столицы, выбирают среди всего многообразия израильскую культурную проблематику, это радует. Фестиваль израильского кино давно стал привычным и ожидаемым событием в культурной жизни Москвы. Но каждый год мы стремимся придумать что-то новое, изобретаем собственные проекты, присоединяемся к уже существующим мероприятиям, чтобы охватить разные возрастные и социальные аудитории.
МИД Израиля также содействует развитию и укреплению связей: приглашает на смотры и другие мероприятия в Израиль российские творческие коллективы, дает им возможность на месте познакомиться с израильскими коллегами.
– А проводит ли посольство Израиля культурные мероприятия в регионах России или ограничивается столицами?
– По мере возможностей мы стараемся устраивать мероприятия по всей России — присоединяемся к большим проектам, которые привлекают зрителей и освещаются в прессе. Так, из последних наших достижений — крупные мероприятия в Воронеже, Екатеринбурге и Красноярске, а также музыкальный фестиваль во Владивостоке. Посол Израиля в Российской Федерации г-н Гарри Корен открыл в Ярославле выставку израильского художника Дафны Таль, посвященную православию на Святой Земле.
В Израиле живут представители нескольких конфессий, о чем мы и стараемся рассказывать россиянам. 
Особая благодарность нашим партнерам из культурных центров и институтов: их высокопрофессиональные советы и рекомендации позволяют добиваться хороших результатов в нашей совместной работе.
Беседовала Наталья Лайдинен



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции