Старая ненависть в новое время

 Наоми ЗУБКОВА
 9 марта 2020
 1230

В начале февраля по инициативе American Society for Yad Vashem (Американское общество поддержки «Яд ва-Шем») в Нью-­Йорке состоялась публичная встреча журналистов и активистов этого общества с д-ром Робертом Розеттом, старшим научным сотрудником «Яд ва-Шем». Д?р Розетт, исследователь Холокоста, автор нескольких монографий и блогер сайта «Times of Israel». Тема мероприятия: «Антисемитизм в 2020. История повторяется?». Д?р Розетт отвечал на вопросы Эндрю Сайлоу-­Кэролла, главного редактора еженедельника New York Jewish Week.  

Сегодня в Европе и Америке наблюдается вспышка антисемитизма,?— с этими словами Сайлоу-­Кэррол обратился к израильскому гостю.?— Это не только повседневные оскорбления и случаи вандализма, но и жестокие акты терроризма, подобные тем, что произошли в Джерси-­Сити, когда нападавший открыл стрельбу у кошерного магазина, или в германском Галле, где преступник стрелял у синагоги.
Что это: вечная проблема, которая сейчас привлекла особое внимание, или нечто новое?
— Да! — с присущим ему чувством юмора односложно ответил д-р Розетт.
И пояснил:
— Мы действительно имеем дело с вечной проблемой.
Тут уместно вспомнить слова Леи Барак, спасенной литовцами из Каунасского гетто вместе с сыном Ароном Барак, который впоследствии стал председателем Верховного суда Израиля: «После вой­ны на улицах Ковно (Каунаса) не встретишь ни одного еврея. Но они по-прежнему нас ненавидят».
Так что, Холокост, информация о Холокосте не уничтожает антисемитизма, мы вынуждены констатировать преемственность этого явления.
Однако в самом начале 2000-х заговорили о новом антисемитизме. И не случайно.
Многие из нас привыкли думать, что антисемитизм — наследие нацизма. И действительно, та форма ненависти к евреям сохраняется и в XXI веке. Но ею дело не ограничивается. В последние 20 лет мы наблюдаем как антисемитизм правых, так и антисемитизм левых. Хотя и это не так уж ново. Ведь в Советском Союзе и других странах коммунистического блока существовал государственный антисемитизм, достаточно вспомнить Дело врачей или польскую антисемитскую кампанию Гомулки в конце 1960-х. К этому добавляется антисемитизм мусульманского мира, обострившийся после Шестидневной вой­ны.
То есть теперь мы наблюдаем целое антисемитское созвездие, причем созвездие, в котором свечения отдельных «звезд» налагаются и усиливают друг друга. Такова новизна XXI века.
Но и это не все — есть еще два важных момента.
Ирвин Котлер, бывший министр юстиции Канады и правозащитник, так объясняет первый из них. Давними антисемитскими стереотипами поражены многие люди. После того, как ООН отождествила сионизм с расизмом, антисемитизм часто перетекал в антисионизм. Это явление было знакомо нам с начала 1990-х годов. Но в XXI веке неожиданно евреев, живущих в разных странах мира, начали воспринимать как агентов ненавистных сионистов.
Доходит до абсурда. В университете Торонто еврейские студенты, члены общества «Гиллель», обратились к администрации с просьбой увеличить ассортимент кошерной еды на кампусе, и в ответ услышали: мы поддерживаем BDS (Boycott, Divestment and Sanctions — Бойкот, изоляцию и санкции против Израиля), поэтому не можем удовлетворить вашу просьбу о кошерной пище. Какое отношение к Израилю имеет поставка кошерной еды в канадский университет? И тем не менее, мы видим, что обеспечение еврейских нужд приравнивается теперь к поддержке Израиля.
Второй момент — коммуникации. Раньше антисемитизм распространялся на митингах, на кампусах, в памфлетах и печатной периодике. Но теперь, в эпоху Интернета и социальных сетей, пространство распространения антисемитизма безгранично. Это нельзя игнорировать.
Что же касается насилия… Да, действительно, в Америке до недавнего времени террористических антисемитских нападений не совершалось, но в Европе они случались.
Так что, с одной стороны, антисемитизм все больше выходит на поверхность, но с другой — ничего принципиально нового не происходит, это старейшая из ненавистей.

Сайлоу-­Кэррол: Можно ли сравнивать нынешнее положение с 1939 годом, как многие делают? Иными словами, что общего между современной ситуацией и эпохой расцвета нацизма, и в чем отличие?
Д?р Розетт: Если охватить взглядом всю большую, поистине большую картину, то становится ясно, что подъем нацизма начался после разрушения мира Первой мировой вой­ной, стал последствием той вой­ны. То есть 1939 году предшествовал гигантский переходный период. Мы сейчас тоже находимся в переходном периоде. И в этом есть сходство. Ведь наше общество не было постмодернистским, изменилась экономика, многие люди чувствуют, что не поспевают за этими переменами. Нынешний период истории очень динамичный, как и тот — между мировыми вой­нами.
Но есть и серьезное отличие. Нацизм — известный нам период истории, мы многое о нем понимаем, поэтому находимся в принципиально ином положении. Это очень важно осознавать.
Я слышу разговоры о том, что нацизм поднимает голову, нацизм возвращается. Я в этом не уверен. Это не фашизм. Хотя нынешняя ненависть отчасти замешана на национальном самосознании, и в ней много того самого: они и мы.
Но разве можно было в 1939 году даже помыслить о церемонии, подобной той, что состоялась в Иерусалиме 23 января в «Яд ва-­Шем»? В еврейское государство приехали 47 глав государств — президенты, три короля, принцы и принцессы, премьер-­министры, спикеры парламентов — чтобы обсудить важность сохранения памяти о Холокосте, выразить свое отношение к антисемитизму! Назовите мне хотя бы одного лидера ­какой-­нибудь страны в любой части мира, который сделал бы нечто подобное в 1939 году. Так что, с этой точки зрения, сейчас ситуация категорически иная, мир иной. Несмотря на антисемитизм у нас есть союзники, много союзников, которых тогда у нас точно не было.
Профессор Иегуда Бауэр, у которого я когда-то учился, говорил, что антисемитизм развязал Вторую мировую вой­ну — самую разрушительную вой­ну в истории. Я не вполне с ним согласен относительно причин начала Второй мировой вой­ны, но антисемитизм был, бесспорно, одной из них.
И хотя сегодня антисемитизм не имеет той разрушительной силы, его потенциал нам известен. Именно поэтому мы должны понимать свою историю и относится к ней серьезно.

Сайлоу-­Кэррол: Так, может быть, мы преувеличиваем риск антисемитизма, в частности тем, что сравниваем его с Шоа?
Д?р Розетт: Думаю, будет ошибочным смотреть на современный антисемитизм только через призму Шоа. Антисемитизм до и после Холокоста вовсе не всегда сводился к стремлению истребить всех евреев — как того хотели нацисты. Антисемитизм содержит много всякого: некоторые  из здесь присутствующих помнят, что относительно недавно евреи не могли купить дом в пригородных районах Нью-­Джерси или вступить там в гольф-клуб. Это же тоже антисемитизм, но он не связан с убийством, с уничтожением. Так что человек может быть антисемитом, и при этом даже не поддерживать насилие, и уж точно не призывать к уничтожению евреев. Есть множество проявлений антисемитизма, люди должны это знать и очень аккуратно обращаться со словами.
Холокост показывает, к чему антисемитизм, его потенциал могут привести, но вовсе не обязательно к этому приводит. Не всякий антисемитский инцидент немедленно приводит к Холокосту. Холокост — грандиозная трагедия, которая может быть девальвирована, если его усматривать во всем.
Когда конгрессвумен Александриа Окасия-­Кортез сравнила лагеря, в которых содержали нелегальных иммигрантов на границе с Мексикой, с нацистскими концлагерями, я написал в своем блоге, что такое сравнение не правомочно. Понимаю, что она прибегла к аналогии с Холокостом, чтобы привлечь внимание к проблеме. Но как бы действенно это ни было, нельзя все человеческие страдания сравнивать с Холокостом. На самом деле частое упоминание Шоа в публичных выступлениях снижает масштаб той трагедии, опошляет ее,?— а попутно мешает понять возникшую ныне проблему и найти ее решение.
Попытки манипулировать Холокостом вполне ожидаемы, поскольку уже довольно давно для многих людей он стал мерилом зла. Тем не менее, как показали недавние опросы, знания о Холокосте очень ограничены, что приводит к осквернению памяти о Шоа.
Сайлоу-­Кэррол: Изучают ли в «Яд ва-­Шем» другие геноциды, происходившие в мире — к примеру, в Руанде или в Мьянме?
Д?р Розетт: Спору нет — Холокост был геноцидом, причем не единственным в мире. Поэтому когда обсуждают геноцид, говорят и о Холокосте. Но «Яд ва-­Шем» занимается изучением и сохранением памяти именно о Шоа, и да, мы принимаем участие в дискуссиях, посвященных геноциду, нам есть, что сказать по этой проблеме, к нашему мнению прислушиваются, но мы делимся наблюдениями и заключениями, основанными исключительно на изучении Холокоста. Есть масса других проблем, помимо геноцида, по которым у нас есть позиция, есть опыт. Это, к примеру, права человека или распространение ненависти в Интернете.
Сайлоу-­Кэррол: Все это темы, так или иначе связанные с политикой. Между тем, ваш институт — объективный исследовательский центр. Удается ли вам оставаться в стороне от политики? Или вам приходится участвовать в политических процессах? Как вам удается соблюдать баланс между объективностью историка-­исследователя и позицией по острому вопросу современной жизни?
Д?р Розетт: Мы, правда, не политический институт. Но что далеко ходить? Взять хотя бы церемонию 22–23 января. Это был эпицентр политики.
Мы всегда стараемся быть верными себе. Пишу ли я об опросах, о венгерской политике, об Окасия-­Кортез — всегда стараюсь оперировать историческими фактами, оставаться в историческом контексте.
Мы, разумеется, много говорим об отрицании Холокоста. Но более новое явление, все чаще выходящее на поверхность в последнее время — это искажение истории Второй мировой вой­ны и Холокоста, имеющее корни в самих этих событиях и, разумеется, в их немедленных последствиях. К этому средству прибегают самые разные общественные деятели и политики. Наш способ противостояния подобной лжи — ее опровержение посредством исторических фактов и документов.
Однако мы физически не можем ответить на каждый извращенный факт, всем нашим сотрудникам времени на это не хватит, работай они по 24 часа в сутки. Поэтому мы реагируем лишь на отдельные, самые громкие или типовые заявления.

Сайлоу-­Кэррол: Я был в Аушвице 27 января, там выступал президент Польши, который сказал, что не поехал в Иерусалим по политическим соображениям. Особую роль на международном форуме Путину предоставило израильское правительство или «Яд ва-­Шем»?
Д?р Розетт: Правительство этой церемонией не занималось. Организатором форума был наш центр.
Повторюсь, антисемитизм лежит в самом сердце Холокоста. Он мотивировал не только нацистов, но и многие народы Европы, принявшие участия в геноциде. Можно спорить о том, был ли антисемитизм главным фактором начала Второй мировой вой­ны, унесший десятки миллионов жизней по всему миру, или не главным. Но глубоко тревожит тот факт, что антисемитизм остается силой сегодня — при жизни тех, кто подвергался преследованиям во время Холокоста. Так что должны быть мобилизованы все силы, чтобы оказать жестокое противодействие этому бесчестному и опасному феномену — и вытеснить его на обочину общественного сознания. Именно поэтому такое огромное значение придавалось международному форуму в Иерусалиме.
Его идея как раз и состояла в том, чтобы подняться над политическими дебатами, прийти к консенсусу и в один голос заявить, что мы должны хранить память о Холокосте и бороться с антисемитизмом. К сожалению, политические и идеологические споры вокруг этого форума несколько отвлекли общественность от поставленной организаторами задачи.
Надо понимать, что обсуждение того, кому выступать на Форуме, происходило задолго до газетной шумихи вокруг Польши, России и их споров о начале Второй мировой вой­ны. Сразу было ясно, что выступать на этом историческом мероприятии должны представители четырех стран-­союзниц, победивших нацизм в Европе, Германия в связи с ее исторической ответственностью и обязательствами перед будущими поколениями, а также хозяева мероприятия — Израиль. Было очевидно, что времени для выступлений полусотни гостей хватить не может. Однако в связи с важностью и значительностью всех и каждого приехавшего на форум, было решено, что приглашенные главы государств передадут письма, которые вой­дут в памятную книгу об этом мероприятии.
Потом много всякого произошло в СМИ между Владимиром Путиным и польским президентом Анджеем Дуда. Путин что-то сказал о поляках, поляки — о Путине. Российский президент действительно сказал нечто совершенно не соответствующее историческим фактам — о том, кто развязал вой­ну, о пакте между СССР и Германией. В результате польский президент высказал недовольство тем, что Путин получит слово на форуме, а он нет. Ему предложили компромисс: выступить на приеме в резиденции президента Израиля, но он не согласился.
Это была сплошная политика. И возвращаясь к теме искажения истории, можно сказать, что общественные деятели сплошь и рядом искажают историю в свою пользу — используют извращенные факты в качестве политических и идеологических аргументов. Что и произошло на этот раз.
Печально, что вместо того, чтобы встать плечом к плечу с другими лидерами, вспомнить, что случилось в Аушвице, и твердо заявить о своем отношении к реальной угрозе — антисемитизму сегодняшнего дня, польский президент не смог подняться над политическими соображениями и не приехал на это выдающееся событие.

Сайлоу-­Кэррол: Вы много говорите об искажении истории. Следует ли думать, что откровенное отрицание Холокоста осталось в прошлом?
Д?р Розетт: Конечно, нет. Взять хотя бы Иран, который отрицает Холокост без всяких оговорок. И не только Иран, это вообще мейнстрим мусульманского мира, хотя в некоторых мусульманских странах отношение к теме Холокоста в последнее время резко поменялось.
Между тем, искажение истории, которое мы наблюдаем, нередко происходит по инициативе властных структур и, по сути, является своего рода ребрендингом, к которому прибегают новые страны, возникшие после распада соцлагеря. Они ищут свои корни, свое наследие, своих героев, а поскольку Вторая мировая вой­на была очень важным моментом их истории — они стремятся идеализировать именно этот период, во имя чего забывают какие-то детали, меняют местами причину и следствие, путают очередность событий…
Post Scriptum
«Яд ва-­Шем» извинился за искажение истории Второй мировой вой­ны в пользу СССР на форуме памяти Холокоста
Постоянные усилия сотрудников «Яд ва-­Шем», направленные против искажения истории, не смогли уберечь и самый представительный форум памяти Холокоста от подобного явления. Пришлось извиняться.
«Мы просим прощения за очень неприятный инцидент, который произошел» на форуме,?— говорится в письме, направленном Международным центром «Яд ва-­Шем» в газету «Гаарец».
«Печально, что видеоматериалы, показанные на форуме, и в особенности те, которые были призваны продемонстрировать ключевые моменты Второй мировой вой­ны и Холокоста, включали неточности и неполно отражали исторические факты, что создало однобокое впечатление,?— говорится в письме центра в газету.?— Эти видеоматериалы … не отражают [полную] картину».
«Показанные видео не соответствуют исследовательской позиции «Яд ва-­Шем» по названным проблемам,?— пишет далее «Яд ва-­Шем» и подчеркивает свою приверженность «исторической правде, насколько это возможно, и проведению исследований, которые противостоят попыткам затуманить и исказить политический дискурс в разных странах».
Комментируя произошедшее, русскоязычный портал «Вести. Израиль» сообщил, что видеоматериалы к форуму готовил его главный спонсор — фонд Моше Кантора, российского бизнесмена, президента Европейского еврейского конгресса с 2007 года. Согласно сообщению портала, в этих материалах не было упоминаний о пакте Молотова-­Риббентропа и о разделе Польши, а сталинский СССР был изображен едва ли не единственным борцом с нацизмом и его единоличным победителем.
Материал подготовила Наоми ЗУБКОВА
Фото автора



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции