Зачем выделять эту нацию

 Геннадий ЕВГРАФОВ
 11 сентября 2020
 281

Потрясение Эренбурга

В воскресенье 22 июня 1941 года Илье Эренбургу позвонили из Политуправления Красной Армии и попросили быть в понедельник. Через много лет он вспоминал, что у него спросили: «У вас есть воинское звание?», он ответил: «Звания нет, но есть призвание: поеду, куда пошлют, буду делать, что прикажут». Приказали  связаться с главным редактором газеты «Красная звезда» Давидом  Ортенбергом. Он связался и стал корреспондентом газеты. Одновременно писал в «Известия» и работал для Совиформбюро. За годы войны исколесил все фронта. Константин Симонов рассказывал, что в одном из партизанских отрядов существовал приказ, запрещавший «употреблять на раскурку» газеты с его статьями.

То, что Эренбург увидел на освобожденных территориях, превзошло его воображение и потрясло  достаточно закаленную психику. Рассказы уцелевших и чудом спасшихся жителей о зверствах гитлеровцев были невыносимы. Живший в 1920-е годы в Германии, он пытался понять, как удалось Гитлеру в одночасье превратить народ Гейне, Канта, Мендельсона в народ варваров.

И не мог.

С первых дней войны он стал заниматься сбором документальных свидетельств о зверствах нацистов на Украине, Белоруссии и массовом уничтожении еврейского населения СССР. Записывал рассказы выживших, бойцы Красной Армии присылали ему дневники, письма, завещания и фотографии, которые находили в разрушенных гитлеровцами местечках и городах. В 1943-м пришла идея объединить все имевшиеся в его распоряжении уникальные материалы в книгу. Тогда же и возникло название – если книга, то только «Черная». Со своим предложением Эренбург обратился в Еврейский антифашистский комитет – ЕАК идею одобрил и создал литературную комиссию, которая должна была заняться подготовкой издания книги.

 

Роль Гроссмана

Эренбург хотел привлечь к этой работе известных писателей, но многие отказались. Василий Гроссман не раздумывал ни минуты. Всю войну он был в армии – работал специальным корреспондентом газеты «Красная звезда». Был одним из первых, ступивших в освобождённые советскими войсками лагеря смерти Майданек и Треблинку. Его очерки об этих концлагерях были одними из первых свидетельств Холокоста (его статья «Треблинский ад», опубликованная в 1944 году, фигурировала на Нюрнбергском процессе в числе документов для судебного преследования высокопоставленных нацистов).

В решении принять предложение Эренбурга  у него был еще и личный мотив. Мать Гроссмана погибла в 1941 году вместе с тысячами других евреев в гетто в Бердичеве. Он тяжело пережил ее смерть. Чтобы освободиться от этой ноющей боли, надо было выговориться. Только через несколько лет он напишет очерк «Убийство евреев в Бердичеве». Очерк войдет в «Черную книгу».

Его роль в создании книги  высоко оценил Михоэлс.  На одном из заседаний ЕАК  он сказал: «Мы должны отметить огромную работу, которую проделал Василий Семенович… Это огромный исторический труд».

 

Зачем выделять эту нацию

Работу над «Черной книгой  Эренбург и  Гроссман закончили осенью 1945 года. Но книга из печати не вышла. Для того чтобы книга вышла, была необходима разрешительная виза члена политбюро и секретаря ЦК ВКП (б), ответственного за идеологию  Жданова. Но Жданов с визой затягивал - речь в книге шла только об уничтожении еврейского населения СССР. Что его и смущало.

Когда тянуть уже было невозможно, он обратился к Сталину, от которого в стране зависело все. Генералиссимус с ответом не замедлил. По версии Эренбурга ответ «великого интернационалиста» звучал примерно так – не понимаю, зачем выделять именно эту пострадавшую нацию, если у нас все нации равны? Даже если мы знаем, что в этом рву, в этой могиле только одни евреи, мы должны говорить, что в ней все нации.

 

Не потеряла своей актуальности

После ответа Сталина глава Управления пропаганды и агитации ЦК Александров 3 февраля 1947 года подписал записку о нецелесообразности издания «Черной книги».

18 сентября Соломон Михоэлс обратился с письмом к  Жданову:

«…По поводу издания «Черной книги (материал о зверствах нацистских захватчиков над еврейским населением) издательство «Дер Эмес», получив соответствующее указание Управления пропаганды и агитации ЦК ВКП (б) и санкцию Главлита, приступило к печатанию книги 20 августа с. г. Когда книга в основном… была набрана и напечатана, со стороны Главлита последовало распоряжение о прекращении печатания книги. Между тем «Черная книга» не потеряла своей политической актуальности и в настоящий момент…

Просим Ваших указаний о завершении этого столь актуального и важного издания.

Председатель Еврейского антифашистского комитета в СССР

С. Михоэлс»

 

Я опускаю идеологические штампы, которыми пользовался артист: «Черная книга» должна напомнить миру об опасности фашизма, представители которого продолжают черное дело Гитлера в США, Англии...» и подобные. Не это главное. Очевидно, так Михоэлс и думал. Суть режима в то время понимали немногие. Председатель ЕАК, не подозревавший о подковерных  кремлевских играх,  полагал, что издание книги зависит только от Жданова.

Указаний от члена Политбюро и Секретариата ЦК, отвечавшего за идеологию, не последовало.

 

Последняя роль Михоэлса

Михоэлс обращался к «людоеду», но только от главного «людоеда» страны зависело  быть «Черной книге» или не быть.

«Людоед» решил – не быть.

Как не быть и самому председателю Еврейского антифашистского комитета.

После доклада вождю министра МГБ Абакумова в декабре 1947 года «об участии Михоэлса в «сионистском заговоре», направленном против вождя, – вождь приказал ликвидировать «еврейского националиста».

2 января 1948 года руководитель Государственного еврейского театра вместе с «театроведом в штатском» Голубовым (тайным осведомителем госбезопасности) выехали в командировку в Минск для просмотра спектаклей, выдвинутых на Сталинскую премию. А 12 января оба были убиты сотрудниками МГБ на даче министра государственной безопасности Белоруссии Цанавы.

По официальной версии, в машину, в которой находились Михоэлс и Голубов, врезался грузовик.

Сталин не отказал себе в удовольствии устроить Михоэлсу государственные похороны и присвоить его имя театру. В начале 1949-го имя сняли, а в конце года еврейский театр закрыли.

Последней ролью гениального Михоэлса стала роль «еврейского националиста» и «участника сионистского заговора» против Сталина.

 

Издана быть не может

Между тем бюрократическая возня вокруг издания книги продолжалась. Секретариат Жданова  запросил Управление пропаганды по поводу «Черной книги». 7 октября 1947 года  пришел ответ:

«Председатель Антифашистского еврейского комитета СССР т. Михоэлс обратился к тов. Жданову А. А. с просьбой ускорить выпуск сборника «Черная книга», излагающего литературно обработанные материалы о зверствах немецко-фашистских захватчиков над евреями на территориях СССР, подвергавшихся вражеской оккупации.

«Черная книга»… содержит серьезные политические ошибки. Издание… на 1947 год Управлением пропаганды не утверждено. Исходя из этого «Черная книга» не может быть издана.

Заведующий отделом издательств

Управление пропаганды ЦК ВКП (б) М. Морозов»

 

Завотделом издательств отписал вышестоящему органу в духе сталинского советского бюрократического языка: книга «рассмотрена», «содержит политические ошибки», «издание не утверждено», вследствие чего «не может быть издана».

Через год, в 1948,  Еврейский Антифашистский Комитет был распущен. После чего в издательстве «Дер Эмес» набор «Черной книги» был рассыпан.

 

Р. S. Рукописи не горят

Справедливость в этом мире пусть и нечасто, но  все же существует.

Вопреки мнению «тов. М. Морозова»,  «Черная книга» вышла в Иерусалиме в 1980 году в издательстве  «Тарбут»:  в  1970-е годы Ирина Эренбург, разбирая архив отца, обнаружила папки «Черной книги», а  в 1980-е сумела переправить их в Израиль.

Спустя еще десять лет,  в 1991,  «Черная книга» была издана в Киеве, в 1993 - в Вильнюсе. И в 2015 году вильнюсский вариант был переиздан в Москве.

Булгаков прав – рукописи действительно не горят.

Геннадий ЕВГРАФОВ



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!