Лариса Брохман: Самое главное слово на свете - любовь

 Беседовала Лариса КАНЕВСКАЯ
 12 декабря 2021
 2698

Актриса озвучания и дубляжа, исполнительница авторской песни, обладательница анимационной премии «Икар» в номинации Актер. Сегодня ее голосом разговаривают герои мультфильмов, полюбившиеся нам еще в двадцатом веке: Заяц из «Ну, погоди», Чебурашка, Фрекен Бок из «Малыша и Карлсона», Умка, а еще Фиксики, Симпсоны,  мишки Гамми и другие.  

- Лариса, мне очень жаль, что наше с тобой интервью будет письменным. Потому что я знаю, как интересно тебя слушать живьем. На тебя надо смотреть. Надо исхитриться, чтобы сохранить на бумаге твой юмор и обаяние. Значит, придется плясать от печки. Ты, кстати, знаешь, почему так говорят?
- Ну, я слышала это выражение, смысл понимаю, а откуда оно возникло, не знаю.

- В домах на Руси самым важным было сохранять тепло, следовательно, печь занимала самое главное и почетное место. Кстати, в вашем доме в Челябинске была печь?
- Мы ж в квартире жили обычной. Откуда у моих родителей-учителей дом?

- Расскажи про своих родителей.
- К сожалению, их давно нет, особенно мама рано ушла. Я уже старше ее на несколько лет. Были они невероятно добрыми, а это, я считаю, чуть ли не главной человеческой чертой. Они были добрыми и очень наивными, в самом высоком смысле этого слова. Они по-честному думали: вот это хорошо, а вот это плохо.

- Тогда многие советские люди наивно верили…
- Они не были коммунистами, и я считала их образцом порядочности, искренности, я тоже не вступала в КПСС именно поэтому.

- А как они оказались в Челябинске? 
- В эвакуации. Мама приехала с Украины, папа - из Бессарабии.
Оба преподавали: папа -  электротехнику в индустриально-педагогическом техникуме, мама - английский в школе. Учительская работа позволяла им ездить вместе в отпуск. 

- Откуда у мамы такое имя, Бетти Михайловна?
- Вообще-то, имя Бетя  – было распространено в еврейских местечках. В первом же тексте в учебнике по английскому за пятый класс было про «Бетти Смит», и меня так завистливо - восхищенно одноклассники спрашивали: «А чего, твоя мама – англичанка?». И я гордо отвечала: «Естественно…». В Челябинске, правда, жить с именем Бетти было довольно сложно. Оно не воспринималось на слух: «Как?! Бэтя? Бети?». Знаешь, у моей самой близкой институтской подружки маму звали Идея Владимировна, и когда наши мамы - Бетти и Идея встретились, они обнялись… И заплакали (смеется)… 

- Какое у тебя было детство?
- Счастливое! Я ни разу не слышала, чтобы родители не то, чтоб ругались, а просто голос повысили. Если бы не бабушка, которая была страшной скандалисткой, я бы вообще не знала, что люди могут ссориться. У нас вся семья – врачи и учителя.

- А бабушка с вами жила? 
-  С нами. Образование у нее было четыре  класса, но она была самой умной  и всегда знала все лучше всех. Это мамина мама. Папин папа воевал в Первую мировую, был кавалеристом у Буденного. Его как еврея не могли наградить крестом за боевые заслуги, а поскольку он все же был геройским героем, ему дали гектар земли. Дедушка с сыновьями там виноград выращивали. С началом Второй мировой войны папину семью эвакуировали на Кавказ. Родители там погибли – попали в окружение. А папа, учащийся ФЗУ (фабрично-заводское училище), работал в шахте: там были очень узкие штольни - потому и использовался труд подростков. Когда пришли немцы, папин мастер выправил ему документы. Из Бронфмана превратил в Брохмана, Хаима – в Ефима, был Абрамович -  стал Андреевич.

- Невелика разница между Бронфманом и Брохманом…
- Мастер решил, что Брохман – молдавская фамилия. Пока в советских паспортах писали национальность, мы с братом считались молдаванами. В нашем медицинском институте был еще Гриша Лифшиц – эстонец, так что никто ничему не удивлялся.

- В Челябинске не было антисемитизма? Все ж рабочий город.
- Простые люди не особо различали, кто такие эти «явреи», не вникали. В основном к татарам были претензии, их было много, то и дело слышалось: «Ты чё, татарин?!». Национализм в том или ином виде присутствует всегда. Неистребимо. Как говорил товарищ Ленин: «Когда мы сотрем разницу между городом и деревней, между умственным и физическим трудом (смеется), национальный вопрос будет стоять все так же остро…». Я ж в школе отличницей была, могу цитировать, кого хочешь.

- Самое радостное и самое горькое воспоминания детства.
- Радостных было так много, что я не могу выделить одно. Все время -  радость, и я все время смеялась. Меня спрашивали: «Ты чего смеешься?», я отвечала: «А мне весело». Тот самый «смех без причины – признак дурачины», как говорят у нас, а индусы говорят:  «Чистая радость». Я ее испытывала постоянно. 
А самое горькое… меня почти никогда не ругали. Один раз папа шлепнул меня по попе, так я такие устроила рыдания, такой скандал… а все потому, что не хотела спать. Я в детстве всегда говорила (цитата из себя): «Как было б здорово, если бы можно было не есть и не спать!».

- Не хотела есть?
- Никогда! В первом классе весила шестнадцать килограмм.

- Ой, это ж на десять килограммов меньше нормы.
- При этом я была бодра, весела и подвижна.

- Почему ты в детстве решила стать балериной? Где ты видела балет в Челябинске, по телевизору?
- И по телевизору, и в Челябинске, между прочим, прекрасный Театр оперы и балета. Ты зря так про Челябинск. Это сейчас там тяжело, грязно, дышать нечем, у всех  астматический синдром, аллергия. А в моем детстве  Челябинск был очень приличным культурным городом – театральным, музыкальным, студенческим. Туда во время войны эвакуировали вузы и театры. Я, например, там окончила Киевский медицинский институт.

- В твоем лице, мне кажется, здравоохранение потеряло хорошего врача, главное, доброго. Зато сейчас ты многих лечишь смехом.
 - Для меня все происходит естественно, не надо напрягаться и что-то из себя изображать, просто я такая родилась. И с детства у меня была способность к имитации, подражанию чужим голосам.

- Мне еще вот что интересно. Когда ты озвучиваешь или играешь добрых и милых персонажей, для тебя это, понятно, не составляет труда - ты  такая и есть. А в отрицательных героев сложно перевоплощаться?
- Я на любой персонаж легко настраиваюсь. Если мне режиссер объяснит, какой он, мой герой, я становлюсь такой, мне это несложно.

- Говорят, чтобы заплакать, артисту приходиться вспоминать что-то грустное.
- Мне несложно смеяться и плакать. Я – трагикомическая актриса.

- Это мы все наблюдаем регулярно в сериале «Хочу стать артисткой».
- Да, там я всегда разная.

- Какой персонаж любимый?
- Самых любимых нет, но недавно вот мне выпало счастье озвучивать «Вовку в тридевятом царстве».

- Неужели выходит продолжение этого мультика?
- Ремейк. Из голосов детства, Вовка - мой любимый голос. Получается, я уже озвучивала Клару Румянову, а значит, Зайца из «Ну, погоди!», Крошку Енота, Чебурашку и других. Потом,  Маргариту Корабельникову, которая озвучивала белого медвежонка Умку, и теперь вот Рину Зелёную. Она – мой любимый голос, вообще - невероятная актриса. Мне тоже разрешили, как и ей, добавлять в озвучку разные словечки, которые никем не написаны. «Вовка в тридевятом царстве» был любимым мультфильмом моей мамы. Мультфильм выйдет к Новому году. И сериал «Умка» тоже выйдет.

- Когда ты впервые почувствовала себя популярной? Во время Грушинского фестиваля бардовской песни? Ваша группа «Мультики» произвела там фурор. 
- Да, мы с ребятами говорили, что произвели «фураж». Слава к нам пришла, когда на второй год мы приехали на Грушинский - за нами уже толпы ходили. Мы постоянно слышали за спиной шлейф шепота: «Смотрите-смотрите, «мультики» идут…». Звездной болезни, к счастью, у меня нет и не было никогда.

- А тебе хоть раз удавалось воспользоваться популярностью? В  советские времена известным артистам удавалось достать дефицит, и в очереди не надо было нигде стоять.  А тебе же стоит только голос изменить, и все расплываются в улыбке…
- Неа, не пользуюсь, разве что таксистов развлекаю по дороге пародиями, правда, они все равно бесплатно не возят. А вот еще детей обманываю в хорошем смысле: есть такие фонды, через которые детей с днем рождения поздравляют известные персонажи. Я по телефону говорю, а ребенок кричит восторженно: «Мама! Мне сейчас Крепыш звонил!!! Ничего себе!!!».

- Я наблюдала это детское счастье в гостях, когда ты заговорила голосом Чебурашки, и ребенок обомлел. Сначала  недоверчиво посмотрел на тебя, а потом бросился обнимать. 
- Да, дети слушают и потом не замечают, как я выгляжу, потому что я становлюсь для них абсолютно своей.

- А взрослые как на тебя реагируют, когда ты имитируешь знакомые голоса?
- Был один смешной случай. Года три назад на каком-то конкурсе награждали детей, и я поздравляла их разными голосами, а потом спустилась в зал. Ко мне подсела женщина, много старше меня. Долго внимательно вглядывалась в мое лицо, а потом говорит: «Спасибо вам за наше счастливое детство!». И я поняла, что она высматривала у меня следы пластических операций. Она была уверена, что это я озвучивала Чебурашку в 1972 году.

- Лариса, ты – артистка, да еще и поющая. Кто тебя этому учил?
- Да никто не учил. Нет у меня никакого актерского образования. Только в школе была художественная самодеятельность, а потом, когда я поступила в медицинский, у нас был свой студенческий театр, в котором было очень много талантливых людей.

- Почему-то из медицинских вузов часто выходят артисты, писатели, юмористы.
- У нас были спектакли музыкальные и драматические, мы сами все писали, сами играли. Брали какую-нибудь сказку и трансформировали ее на нашу студенческую тему. На наши спектакли ходил весь город, а так как актовый зал в институте был всего на триста мест, то люди сидели в проходах, стояли в дверных проемах,  вдоль стен, сидели под сценой.

- В общем, ты - настоящий самородок, без специального образования. А можешь назвать учителей жизни?
- Во-первых, родители. Своим примером. Во-вторых, друзья, в частности моя подружка Наташа Перикопская, Туся. Когда я окончила мединститут, мы с ней познакомились в филармонии, где играли в кукольном театре. У Туси в те времена я училась одеваться, принимать гостей, всяким светским правилам и домашним обязанностям. Мамы к тому времени уже не было.

- А как ты попала в филармонию?
- В Челябинскую филармонию меня из врачей сманил Олег Митяев. Сначала я немножко поработала в трио Олег Митяев, Костя Тарасов и я. Потом перешла в кукольный театр.

- Ты много гастролируешь. Скажи, а в каком городе публика восприимчивей? Залы как-то отличаются? 
- Это необъяснимо. У меня ведь юмористический жанр, зал должен смеяться, а если кто-то, мягко говоря, безучастен, начинаю «бить» в эту точку, пытаюсь вступить в диалог. Обычно получается, удается сдвинуть с «точки мрака», и это  такой азарт. Меня хорошо знают в Самаре, Казани, Челябинске, конечно.

- Куда всегда хочется вернуться? Какой любимый город?
- Очень люблю Москву и Санкт-Петербург. Челябинск, потому что там - друзья, там похоронены родители, немногие родственники остались. Я еще люблю маленькие  города, куда мы ездим с фестивалями. Ах, да, очень люблю Одессу, наверное, это мой любимый город. Она – невероятная, несмотря на то, что многие уехали, понятно, кто и понятно, куда, в ней все равно остается этот дух. И потом Одесса - это Питер на Черном море. Она такая красивая и люди там необыкновенные. 

- На зарубежных гастролях в залах сидят, конечно, «наши люди»?
- Конечно, хотя случаются и местные. Один турок сидел, весь концерт смеялся, глядя на меня. И понятно, что он ничего не понял, но его, наверно, очень смешила моя мимика. 
Люблю Европу. В Канаде и Штатах очень красивая природа, озера, умные залы. Публика везде очень интеллигентная, и принимают всегда хорошо.

- Какие-нибудь анекдоты рассказываешь на концерте? Есть любимые? 
- Да они все дурацкие.  Рассказываю, когда подходят к песням. Например, вот. Бабушка говорит внучке: «Внученька, у каждой женщины в жизни должна быть одна настоящая любовь».- «Бабушка, а у тебя была такая любовь?» - «Конечно, внученька, моряки». Иногда я подбираю анекдоты к концерту.

- Но надо еще уметь их рассказывать. При такой загрузке успеваешь ли ты что-то смотреть – читать?
- Должна с грустью признать, что читаю сейчас в тысячу раз меньше, чем в детстве.

- Это, к сожалению, многие могут сказать про себя.
- Я раньше читала запоем. В одной комнате - одна книга, в другой - другая. Когда книга заканчивалась, начиналась паника: что читать дальше?

- Есть у тебя самая большая мечта?
- Есть, но она связана не со мной, и я лучше не буду про нее говорить, чтобы сбылась.

- Что для тебя самое важное в жизни?
- Чтобы рядом был любимый и понимающий человек, я же – женщина-женщина. И чтобы у моего ребенка было все хорошо. 

- Самое главное слово на свете?
- Любовь. Без нее человека быть не может.
Беседовала Лариса КАНЕВСКАЯ



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции