Два часа музыки для лучшей жизни

 Наталья ЗИМЯНИНА
 12 декабря 2021
 1789

Как же хочется помечтать, что жизнь вернулась в прежнюю колею, и мы все, как раньше, общаемся, целуемся, поздравляя друг друга с успехами, ходим в любимые театры и залы! Помечтав, не выдержала – и кое-куда все-таки выбралась. 

В Москву! В Москву!
В начале 2022 года Московская филармония отметит столетие. Работает она сейчас, преодолевая невероятные препоны. Конечно, концертов сильно поубавилось. Но зарубежные гастролёры так и тянутся к нам, особенно из стран, где санитарные запреты жестче и все выступления отменены. 
Филармонический сезон открылся ошеломительным концертом французского Ensemble intercontemporain, символа современной музыки. 30 человек на сцене. В программе – Робен, Варез, Пинчер, а после исполнения 40-минутных «Репонов» великого Булеза надо было видеть, что делалось в зале! 30 исполнителей долго стояли под градом оваций, впитывая животворящую для них благодарность. 
Так эмпирически выяснилось: нет для музыкантов ничего дороже, чем выступление перед живой публикой. Они готовы рисковать здоровьем и даже жизнью – только бы услышать эти восторженные аплодисменты, почувствовать, как тебя здесь ждали.
Изумительную трансляцию из филармонии пересматривала два раза. 
 

Подарок сэра Шиффа
Но не пойти «вживую» на концерт пианиста Андраша Шиффа было невозможно. Меломаны давно его знают: когда-то, в двадцать с небольшим, он участвовал в конкурсе Чайковского, представляя Венгрию. 
…Удивительны судьбы людей. Андраш родился в 1953 году в еврейской семье, пережившей Холокост. В 1979 году эмигрировал в Австрию; ныне – гражданин Великобритании и носитель титула «сэр» за свои заслуги перед культурой.
Журналистам он рассказывал, что несколько месяцев локдауна провел в Японии (его жена японка) и что у него отменилось сто концертов… 
Теперь представьте картину: из-за кулис неторопливо выходит сэр Шифф, садится за рояль, поворачивается к залу и… обращается к публике по-русски.
– Очень рад быть в Москве в это трудное время. Еще утром я не знал, что буду играть. Самый важный для меня – Бах. Каждый день дома я начинаю с него: час-два Баха – и жизнь становится лучше. Сегодня хочу сыграть импровизированную программу. Эта свобода прекрасна...
Получился на редкость цельный вечер, обрамленный музыкой Баха. Гайдн, Моцарт, Бетховен, Яначек, Шуберт – пестрая, такая разная Австро-Венгрия от расцвета Габсбургов до бунтов начала ХХ века. И перед каждым сочинением Шифф что-нибудь пояснял.
Огромное впечатление произвела соната Леоша Яначека «С улицы. I.IX.1905». Рассказывая о ней, Шифф даже назвал имя рабочего, Франтишека Павлика, погибшего во время демонстрации в Брно, родном городе Яначека (по сути, ему и посвящена соната). 
Восхищает просветительство пианиста.
А после исполнения трагической Сонаты Шуберта публика встала. Вот такой полноценный, даже с антрактом, сольный концерт. Ведь обычно теперь все быстренько – в одном отделении и «без буфета». 
Через несколько дней сэр Шифф объявился в Праге, где получил премию Дворжака за пропаганду чешской музыки. И если бы мне сказали, что в пражском зале Рудольфинум он говорил с публикой по-чешски, я бы ничуть не удивилась. 

Нетребко проехала мимо
Получила приглашение в Государственный Кремлевский дворец на юбилейный вечер Анны Нетребко. Сомневалась, соваться ли в этот потенциальный рассадник ковида, но заглянула на сайт – ба, билеты – до 80 тысяч рублей! Тихо ахнув, как миленькая полезла в шкаф искать, в чем идти. Послала организаторам номер паспорта (а вы как думали? всё серьезно), распечатала кьюар-код. 
Отглаженный вечерний пиджак уже висел на плечиках, готовый к светскому выгулу. В тон подобрана маска. Но вдруг выяснилось, что журналистам в профилактических целях надо подойти на контроль к Кутафьей башне Кремля не в пять часов, а до трех дня. Как это? Что же я там буду четыре часа делать? Бродить по бывшим партийным коридорам? Ну уж нет! Вздохнув, повесила пиджак обратно.
Благо, вечер транслировали на канале НТВ. Включила – и узрела картины столь оглушительной безвкусицы, что поняла: судьба уберегла от глупейшего похода в такие же нелепые советско-кремлевские хоромы с ужасающей акустикой.
И ведь люблю я Анну Юрьевну, не раз и не два присутствовала на ее спектаклях, оживавших только с ее выходом на сцену. Причем сострадание публики ее героиням доходило до слез. 
Но стоит Нетребко ступить на территорию поп-шоу – ее будто подменяют. Лучше не смотреть. 

На Малера в кроссовках
Нет, никаких больше концертов до конца пандемии! Ради чего рисковать? Тем более, я заметила, что многие при первых звуках музыки, невинно глядя перед собой на сцену, тихонько приспускают маску на подбородок.
Не тут-то было. Сейчас же пошла в атаку пресс-служба оркестра MusicAeterna – пригласила на концерт. Обещали, что в Большом зале консерватории будет всего лишь 500 человек и можно будет сесть на отдалении. (Приведу и цены на билеты: партер – 20 тысяч). 
Шифф и Нетребко раздвигают традиционные форматы каждый по-своему. Так и руководителю оркестра Теодору Курентзису тоже всё мало, везде тесно. И он придумал, как он выражается, «резиденции»: ездить с гастролями не с одним-двумя концертами, а основательно, на несколько дней. 
План захвата Москвы предполагал четыре дня творческого общения. Маэстро, кроме концертов, дал мастер-класс по оперному дирижированию. В кинотеатре «Октябрь» демонстрировали фильм Висконти «Смерть в Венеции», после чего состоялась встреча с Курентзисом: ведь закадровый лейтмотив этой картины – Adagietto – медленная часть Пятой симфонии Малера. 
А через пару дней состоялся тот самый грандиозный концерт в Большом зале консерватории. В программе не только Пятая Малера, но и специально сочиненная «Анафора» Алексея Ретинского. Это такое долгое вступление к Малеру, взывание к небесам: достойны ли мы его музыки? И по-прежнему ли трагичен разрыв меж мечтой и жизнью? (Да как никогда!).
Оркестр составили 110 музыкантов со всего мира – они собираются по первому зову Теодора. Ведь такая тонкая проработка партитуры и – в результате – столь полное звучание встречаются у оркестров редко. 
…Кьюар-коды и паспорта перед входом в консерваторию проверяли еще на улице, на контроле мерили температуру. Публика поразила на все 20 тысяч. Утратив навыки светской жизни, я таращила глаза на красавиц в роскошных вечерних платьях и в… кроссовках на толстенной подошве. «Что вы, – посмеялась надо мной коллега-критик, – такие кроссовки стоят дороже любого платья».
Хорошо еще, что исполнение и Ретинского, и Малера было изумляюще прекрасным. 
Правда, партер хлопал после каждой части симфонии, а после четвертой – того самого Адажиетто – кое-кто покинул зал. Действительно, чего дальше-то сидеть? 20 тысяч уже окупились: людей посмотрели, кроссовки показали, Адажиетто послушали. Пора, пожалуй, в ресторан…
 

В джазе по-прежнему девушки 
Не вешают головы и театры: заявлены премьеры на сезон, сидеть в локдаунах никто не желает. 
Большой театр сохранил уже привычный режим: заполняемость 50 процентов, шахматная рассадка. Объявил девять (!) премьер, среди которых оперы «Дон Жуан», «Лоэнгрин» и «Хованщина»; балеты «Мастер и Маргарита» на музыку Шнитке в постановка Эдварда Клюга и «Искусство фуги» Алексея Ратманского на музыку Баха. 
Театр им. Станиславского и Немировча-Данченко из опер наметил «Риголетто», а главный скандал связан с постановкой «Ромео и Джульетты» в хореографии Максима Севагина и режиссуре Константина Богомолова. 
Есть кое-что даже в драматическом Вахтанговском театре. Алексей Франдетти уже начал готовить мюзикл «В джазе только девушки». А Сергей Яшин поставит для Людмилы Максаковой (она служит в театре уже 60 лет!) «Уроки музыки» по пьесе Терренса Макнелли о Марии Каллас. 
Театр оперетты, летом сыгравший премьеру «Королевы чардаша», названий не давал, дат не называл. Но в качестве автора фигурировал Максим Дунаевский, это приятно. Не менее приятно было узнать, что в зрительном зале допотопные кресла, похожие на орудия пытки, заменили на новые. 
Настолько не верится, что очень хочется наконец их опробовать...
Наталья ЗИМЯНИНА



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!