Страсти по судебной реформе

 Песах АМНУЭЛЬ
 20 марта 2023
 414

29 декабря было приведено к присяге тридцать седьмое правительство Государства Израиль. В шестой раз пост премьер-министра занял Биньямин Нетаниягу, лидер партии «Ликуд», победившей на прошедших в ноябре досрочных выборах в Кнессет. За вотум доверия новому правительству проголосовали 63 депутата, против – 46. В новом правительстве Израиля 29 министров. Министром обороны стал генерал Йоав Галант (Ликуд), министром финансов – Бецалель Смотрич (Ционут а-датит), министром иностранных дел – Эли Коэн (Ликуд), министром внутренней безопасности – Итамар Бен-Гвир (Оцма йегудит), министром юстиции Ярив Левин (Ликуд).  

Я не назвал имена новых министров внутренних дел и здравоохранения, во-первых, потому, что оба министерства возглавил Арье Дери (ШАС), в во-вторых, потому, что это назначение в результате так и не состоялось, поскольку в Верховный суд (БАГАЦ) сразу после оглашения списка министров было подано несколько исков, связанных именно с Дери. Дело в том, что Арье Дери не раз был судим за мошенничество, провел несколько лет в заключении, последний его судебный срок был условным, поскольку Дери подписал досудебную сделку, признав себя виновным и пообещав в дальнейшем министерские должности не занимать. Обещание свое Дери не сдержал. Более того, партия ШАС, лидером которой является Дери, обусловила свое участие в коалиции требованием предоставить Дери один из наиболее важных министерских постов. А без ШАС Нетаниягу не мог создать коалицию, и страна вынуждена была бы пойти на новые выборы. 
Скандал назревал еще до приведения правительства к присяге и, естественно, разразился, причем результат был вполне предсказуемым. Верховный суд в ускоренном режиме рассмотрел поданные иски и вынес решение: запретить Арье Дери занимать какие бы то ни было министерские посты (а их у Дери оказалось бы сразу два – внутренних дел и здравоохранения).
Не выполнить решение Верховного суда премьер-министр не мог. Шли разговоры о том, чтобы вместо Дери назначить министрами двух других депутатов от ШАС, но переговоры об этом не достигли результата, и два важных министерских поста остаются вакантными.
Возникает естественный вопрос: почему Верховный суд, а не Кнессет, решает, быть кому-то министром или нет. Назначение министров – прерогатива законодательной власти, а не судебной. Однако в Израиле уже давно, еще с восьмидесятых годов прошлого века, разделение властей – в данном случае законодательной и судебной – все более размывается. Со временем Верховный суд стал все чаще заниматься вынесением решений по проблемам, которые относились к законодательной и исполнительной властям. 
Формально в Израиле существует, как и во всех развитых странах, принцип разделения властей. На деле суды (и особенно Верховный суд) стали вмешиваться в политику. Начало этой практике положил бывший глава Верховного суда Арон Барак в 1982 году. «Мыслями своими, - писал Барак в одной из своих статей, - судья вбирает и передает убеждения не свои, но всего общества». Общество, однако, во время выборов делегирует свои убеждения не судьям, а депутатам Кнессета, которые и должны вести законодательную деятельность. Судей же (в том числе и судей Верховного суда) выбирает не народ и даже не парламентарии, а назначают сами судьи (в комиссии по назначению судей). И получается, что судьи (часто в количестве трех, а то и вовсе одного) вправе решать, какой закон, принятый Кнессетом, является правомерным и будет исполнен, а какой – нет. Прокуроры и судьи все чаще брали на себя ответственность, принимая или отвергая принятые Кнессетом законы и вмешиваясь с политику. Законы судьи трактовали все шире и шире по собственному усмотрению, и помогал им в этом тот факт, что в Израиле, как в свое время в правосудии времен британского мандата, царит прецедентное право, основанное на отдельных Основных законах, которые судьи трактуют по своему личному усмотрению. Конституции, как в большинстве развитых стран, в Израиле до сих пор нет. 
В Британии прецедентное право развивалось в течение столетий, и потому там нет такого судебного произвола, как в Израиле. Практика присвоения судами б`ольших полномочий, чем были им свойственны по закону, складывалась постепенно, но в последние лет двадцать достигла таких размеров, что многие заговорили о судебном произволе и о том, что назрела реформа, четко разграничивающая судебную и законодательную власти. 
Кстати, четкого разделения властей в Израиле нет и между законодательной и исполнительной властями: зачастую министры (исполнительная власть) являются в то же время депутатами Кнессета (законодательная власть). Далеко не всегда депутат Кнессета, назначенный министром, покидает депутатское кресло. В качестве законодателя он принимает решение, а в качестве министра сам же и должен принятое решение исполнять.
Реформа власти назрела не сегодня. Уже и раньше предпринимались попытки такую реформу осуществить, но Нетаниягу, будучи в те годы премьер-министром, эти попытки не поддерживал. 
Через несколько дней после приведения правительства к присяге, 4 января, новый министр юстиции Ярив Левин (Ликуд) созвал пресс-конференцию, на которой представил основные положения предлагаемой им реформы юридической системы. «Суд больше не будет пересматривать основные законы, - сказал Левин. - Ни один закон, принятый Кнессетом, суд не сможет отменить без согласия самого Кнессета». И дальше: «Я занимаюсь подготовкой реформы двадцать лет и видел, какой ущерб наносит государству юридический принцип: подсудно все». И еще: «Депутатов Кнессета выбирает народ. Судьи выбирают друг друга за закрытыми дверями и не несут никакой ответственности перед обществом».
Реформа, которую предлагает Левин, состоит из четырех этапов. На первом должен быть изменен состав комиссий по назначению судей. В комиссию будут введены два представителя общественности, которых назначит министр юстиции. Работа комиссии должна стать гласной и находиться под контролем законодательной комиссии Кнессета. Законы, которые принимает Кнессет, не могут обсуждаться в суде. Судьи должны действовать в рамках Основного закона. 
Сейчас юридический советник правительства является одновременно генеральным прокурором страны. Это явный конфликт интересов, и должности следует разделить. Юридический советник должен консультировать правительство по юридическим вопросам и не должен принимать собственных решений – тем более о том, возбуждать ли уголовные дела против членов правительства и депутатов Кнессета. Юридический советник правительства обязан представлять позицию правительства, а не прокуратуры, как это происходит сейчас.
Разумеется, законопроект о реформе юридической системы должен пройти утверждение в юридической комиссии Кнессета, а затем – голосование в трех чтениях, каждое из которых наверняка приведет к каким-то изменениям. 
Законопроект Левина немедленно вызвал острую отрицательную реакцию со стороны парламентской оппозиции. Яир Лапид заявил, что партия «Еш атид» будет бороться с любыми попытками изменения юридической системы. По словам Бени Ганца, реформа Левина на самом деле является попыткой государственного переворота. Баланс между ветвями власти будет нарушен.
Но дело в том, что этот баланс нарушен уже давно, и законопроект Леви должен привести не к нарушению баланса, а к его восстановлению. Каждая ветвь власти должна заниматься своим делом. Кнессет принимает законы. Суд не вмешивается в действия Кнессета – кроме единственного случая: если принятый закон противоречит Основным законам страны. В этом случае Верховный суд действует как суд Конституционный. Конституции в Израиле нет, есть свод Основных законов, и лишь Кнессет имеет право вносить в Основные законы изменения.
Согласно предложению Левина, реформировать нужно не только суды, но и прокуратуру, и деятельность полиции. Прокуратура и полиция сейчас чрезвычайно политизированы, что, в принципе, недопустимо. И кстати, это наглядно видно на самом известном судебном процессе – против главы правительства Биньямина Нетаниягу. Против него было возбуждено пять уголовных дел, три из них уже закрыты, поскольку суд нашел большое число нарушений в работе полиции и прокуратуры, а свидетели, вызванные в суд для дачи показаний, часто отказывались от своих слов, сказанных в ходе предварительного следствия.
Вот только один пример из множества аналогичных. Государственный свидетель Мики Ганор давал показания по «делу о подводных лодках» (в скобках замечу, что по этому делу Нетаниягу обвиняют в том, что, когда он был премьер-министром, Израиль закупил у Германии подводные лодки по завышенным ценам, и это не обошлось без коррупции. Когда в позапрошлом году такие же подводные лодки закупило «правительство перемен», цена оказалась вдвое выше, и это не вызвало не только возбуждения уголовного дела против тогдашнего премьер-министра Нафтали Беннета, но вообще не было сказано ни одного слова против такой сделки). 
На суде Ганор сказал: «Шесть лет я ждал возможности сказать правду. Шесть лет клеветы и дезинформации… Меня заставили стать государственным свидетелем, меня запугали, и я сломался… Я врал столько, сколько они хотели… Если я отклонялся от предложенного “нарратива”, старшие офицеры меня поправляли… Я не выдержал лжи и попросил выйти из соглашения». 
Как только стало известно, что новое правительство будет пытаться провести закон о реорганизации судебной системы, в стране начались манифестации протеста. Нечто подобное уже было в прошлом году, когда проходили многолюдные митинги в Тель-Авиве против самой возможности возвращения Нетаниягу к власти. Возвращение Биби воспринималось как движение страны к диктатуре. О такой опасности, исходящей от Нетаниягу, говорил и Яир Лапид. Не очень понятно, о какой диктатуре шла речь: одна из немногих политических партий, где проводят демократические праймериз – это именно «Ликуд». В «Еш атид» праймериз не проходят, это партия Лапида, как «Наш дом – Израиль» - партия Либермана. В НДИ все решает лидер и никакой критики не терпит. Но это, оказывается, демократия, а «Ликуд» с Нетаниягу ведет страну к диктатуре…
Против реформы выступают судьи, прокуроры, часть адвокатского корпуса – и это можно понять. Судебная власть, получившая немало преференций за последние сорок лет, не хочет эти преференции терять и отказываться от влияния на политическую ситуацию в стране. 
13 февраля законодательная комиссия утвердила для первого чтения в Кнессете (девятью голосами против семи) законопроект о судебной реформе. На заседании разразился скандал, устроенный депутатами от оппозиции, кричавшими «Сегодня траурный день!», «Вы позорите президента!», «Позор!», «Вы ненормальные!». До драки, впрочем, не дошло, хотя было близко к тому. 
Глава партии «Авода» Мейрав Михаэли обвинила коалицию в том, что правительство Нетаниягу не хочет переговоров с оппозицией по поводу судебной реформы, между тем как ранее именно Михаэли много раз выступала против каких бы то ни было переговоров.
Президент Ицхак Герцог вынужден был обратиться к обеим сторонам с предложением провести дискуссию, но на его слова оппозиционные партии попросту не обратили внимание. 
В тот же день, 13 февраля, многолюдные митинги против судебной реформы прошли в Тель-Авиве и Иерусалиме, а работники десятков компаний провели забастовки. 
Накал страстей возрастает, и многие опасаются, что митинги могут перерасти в столкновения и чуть ли не в гражданскую войну. Насколько я могу судить по тому, что вижу и слышу, речь идет скорее о протестах не против реформы, а против Нетаниягу. «Антибибисты» пользуются ситуацией. Кстати, на этих митингах замечены были флаги не только Израиля, но и палестинской автономии, что говорит о том, какие силы включены в очередную «антибибистскую» кампанию.
Как бы то ни было, первое чтение законопроекта в Кнессете подготовлено согласно демократическим процедурам, в то время как именно оппозиция выступает, накаляя страсти, против законно избранного правительства, подталкивая страну чуть ли не к гражданской войне, и при этом обвиняет Нетаниягу в том, что он ведет страну к диктатуре. 
Странные наступили времена. Никогда ранее, при всех политических страстях, которых в Израиле всегда было достаточно, оппозиция не призывала к силовому свержению правительства. 
Ситуация в стране меняется с каждым днем, и единственное, в чем можно быть уверенным: демократии в Израиле ничто не угрожает. Точнее: по-видимому, не угрожает. 
Песах АМНУЭЛЬ



Комментарии:

  • 1 апреля 2023

    1

    "Страсти" у ненормальных. Психов или евреев.


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции