Оперные шедевры на парижской сцене

 Яков КОВАЛЕНСКИЙ
 17 сентября 2010
 3869

В январе – феврале на новой сцене Парижской оперы, построенной в июле 1989 года на площади Бастилии (архитектор Карлос Отт) и называющейся «Опера Басти», была поставлена опера Ж. Масснэ «Вертер». 

Отличительной особенностью этой постановки было участие в ней знаменитого немецкого тенора Йонаса Кауфмана. Перед поездкой в Париж автор этой статьи пытался заказать через Интернет билеты на различные спектакли Парижской оперы. Это для российского пользователя не так просто, а иногда — невозможно. После неудачных попыток пришлось купить билет через знакомых в Англии, и по условиям интернет-сайта театра билет ушел в Лондон, а затем был послан ко мне в Париж. Итак, я, счастливый обладатель билета, вхожу в здание Оперы Басти. Это огромное многоярусное металлическое прозрачное здание (2700 мест) с большим фойе и отличной акустикой. Попав внутрь и ожидая пуска на ярусы, я был оглушен криками зазывал: «Программа!» Зазывал много, они постоянно вопят. Это не похоже на фойе Парижской оперы, а напоминает восточный базар. Услышать человеческую речь или спросить что-то невозможно из-за сплошного рева. Вход в зал за 10–12 минут до начала спектакля. Но вся суматоха наконец заканчивается, занавес поднимается.
Постановка была осуществлена в лондонском театре Covent Garden в 2004 году режиссером Бенуа Жако и сейчас перенесена в Парижскую оперу. Дирижировал спектаклем Мишель Плассон. Это замечательный французский музыкант, не раз бывавший в России. Оркестр звучал бесподобно — звук было гибким, широким и ярким. Очень красивое пиано и никакой форсировки звука. Сама постановка очень простая, можно сказать, обыденная, никаких красивых «видов», но много света, сценическое пространство ничем не загромождено. Все персонажи спектакля свободно передвигались по сцене. Главную героиню, Шарлотту, пела Софи Кох, а героя, Вертера, исполнил Йонас Кауфман. У Софи Кох когда-то было меццо-сопрано, но сейчас это обычное сопрано с малоинтересным звуком, и, конечно, жаль, что героиня находилась не на должном вокальном уровне. Сказать, что Кауфман пел восхитительно, это значит ничего не сказать. У певца уже широкое международное признание, он пел во многих оперных столицах, но партия Вертера — созданный им шедевр, и вокальный, и сценический! На сцене — молодой романтический герой (в романе Гете герой очень молод), в которого нельзя не влюбиться, а Шарлотта — простая мещанка, которая не смогла понять и оценить своего возлюбленного. Это сделано ярко и эмоционально. Пение Кауфмана завораживало: тенор красивого тембра, звучит ровно и наполненно во всех регистрах, никаких трудностей при звукоизвлечении. Артикуляция бесподобная, ясны и слышны все слова! Каждое слово! Сценическое поведение героя очень деликатное, он очень нежно и по-настоящему тонко любит Шарлотту. В сценическом рисунке Кауфмана были такие тонкости, которые делают честь ему как прекрасному драматическому актеру. Все было спето Кауфманом на высочайшем вокальном уровне. Ария из третьего действия «О не буди меня, дыхание весны» была исполнена так, что казалось — дыхание у слушателей от восторга может остановиться. Какое-то наваждение! Прощайте любимые тенора, Паваротти, Доминго, Викерс и другие! Вы в самые лучшие ваши годы не могли так спеть!
Финальные сцены спектакля были очень интересно поставлены. Умирающий герой словно сошел с картин великих итальянских художников эпохи Возрождения. Комната Вертера находилась в глубине сцены и очень-очень медленно двигалась к зрителям, к финалу спектакля она оказывалась почти на авансцене. Все поведение героев было режиссерски тщательно продумано и изумительно исполнено. Нужно сказать, что финальные сцены С. Кох спела очень хорошо, и ее дуэт с Кауфманом был исполнен на пять (по пятибалльной шкале). Но Кауфман — это чудо! Он пел мецца-воче (это трудное искусство петь вполголоса), но как пел! Мне кажется, что никто в мире сейчас так спеть не сможет. Его исполнение можно оценить по этой же шкале в десять баллов. К концу спектак-ля публика была доведена до экстаза. Многие рыдали. Сидевшая рядом со мной молодая и холодно держащаяся пара, обнявшись, плакала навзрыд. И как не плакать, когда молодой красивый парень умирает от любви! Партию Альберта, мужа Шарлотты, пел Людовик Тезьер — прекрасный баритон, по замыслу постановщика он был холоден и надменен. С. Кох свою знаменитую сцену с письмами Вертера исполнила неплохо, но все же на четверку — не хватало и голоса, и эмоций. А Кауфман весь спектакль, как говорится, был в образе. После каждой сцены с ним в зале ощущалось волнение, его эмоциональный посыл был очень высокого напряжения. Все возмущались позицией администрации оперы, которая не дала ему в партнерши певицу более высокого ранга. Спектакль бы выиграл от этого. В целом это был незабываемый вечер!

За многовековую историю французского искусства было много музыкантов, писателей, художников, которые прославили свою страну и оставили большой след во всем мире. А в наши дни во Франции есть певица, одно имя которой приводит в трепет любого человека, любящего искусство пения. Это Натали Дессей. Она — подлинное национальное достояние Французской Республики. В начале этого года она пела главную роль на сцене Басти в премьере оперы В. Беллини «Сомнамбула». Заказать билет на спектакль было невозможно, но мне повезло, и я смог купить в Париже роскошный билет. Эта постановка «Сомнамбулы» была впервые осуществлена в Вене в 2001 году режиссером Марко Марели. Дирижировал в Париже опытный музыкант Эвелино Пидо, с которым Дессей любит выступать больше всего. Режиссер перенес действие оперы в современную эпоху, но сделано это было тактично. Хор и оркестр были на высоком исполнительском уровне. Хочется отметить работу хормейстера спектак-ля Патрика Обера. Декорация была одна и та же в течение всего спектакля и представляла собой большой двух-этажный холл современной гостиницы с красивым видом на горы, покрытые снегом. На сцене было много света и стояла красивая мебель.
Главную партию молодой невесты Амины пела Натали Дессей. У нее дивный голос — настоящее колоратурное сопрано, очень мощное, красивого тембра, ровное во всех регистрах и, что бывает редко у таких высоких голосов, богатые низкие ноты. Когда видишь эту маленькую и скромно выглядящую женщину, не веришь, что у нее один из лучших голосов в мире. Одна из особенностей голоса Дессей в том, что он имеет ярко выраженный инструментальный характер. Певиц с колоратурным сопрано есть немало (хотя в последние годы ощущается недостаток таких голосов в мире), но у Дессей голос очень красивого тембра и поет она естественно! Кроме этого вокального дара, она очень талантлива сценически. Все ее поведение на сцене было простым и очень убедительным. Сцены ее лунатизма полны грации и меланхолии. А пение — просто неподражаемое: изумительный звук, который обволакивал большой зал, можно было слышать все модуляции голоса, а легато у певицы бесподобное и посыл звука идеальный. А вот чего не было слышно — это как певица берет дыхание, и поэтому звук казался бесконечно летящим.
На фоне этого высококлассного пения остальные исполнители выглядели весьма скромно. Главную мужскую роль Эльвино, жениха Амины, пел мексиканский тенор Хавьер Камарена. У него небольшой лирический тенор и не очень интересная внешность, но в целом со своей ролью он справился. Хотя рядом с Дессей его пение и игра были довольно прозаическими. Роль Терезы, приемной матери Амины, исполняла французская певица румынского происхождения Корнелия Ончою. У нее крепкое сопрано, и ее пение контрастировало с нежным голосом Дессей. В спектакле участвовал известный итальянский баритон Микеле Пертузи, который спел партию графа Родольфо. Его голос и сейчас звучит сочно и наполненно, у него прекрасная артикуляция. Он был единственный исполнитель в спектакле, который по своему уровню мог находиться рядом с Дивой.
Интересно сценически была решена сцена ревности и ссоры Эльвино и Амины: жених швырнул стул и разбил входную стеклянную дверь, поток ветра со снегом быстро заполнил весь холл гостиницы. Это было очень эффектно: страсти и невзгоды в отношениях героев сопровождались снежной бурей в природе. Этим заканчивалось первое действие оперы. А все второе действие спектакля проходило в запорошенном снегом холле. Эти сцены были интересно поставлены, опера как бы ожила, и действие стало стремительно двигаться к развязке. В целом спектакль интересно выстроен и, благодаря участию великой Натали Дессей, его можно назвать музыкальным шедевром. Но если бы главный герой оперы в вокальном мастерстве соответствовал героине, то спектакль стал бы двойным шедевром! Я счастлив, что видел и слышал подлинную оперную Диву нашего времени. Конечно, Дессей поцеловал Б-г! Этот спектакль останется навсегда в человеческой памяти как «виденье чистой красоты»!
Ведущий рубрики
Яков КОВАЛЕНСКИЙ, Россия
 



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!