Русская музыка в Англии

 Яков Коваленский
 21 февраля 2012
 2580

Музыка русских композиторов широко звучит в концертных залах Лондона, особой любовью у англичан пользуются сочинения Чайковского, Рахманинова, Бородина, Прокофьева, Шостаковича и многих современных российских композиторов. Но главное — это сочинения обожаемого англичанами П.И. Чайковского. Его музыка звучит в театрах, концертных залах и даже на улицах в среде бродячих музыкантов. Корреспондент «Алефа» побывал в ноябре 2011 года в Лондоне и смог окунуться в музыкальный мир этого города, в котором явно преобладает русская музыка.

Одно из главных последних событий в театральном мире — постановка оперы Чайковского «Евгений Онегин» в Английской национальной опере (сокращенно ENO), основанной в 1931 году. С 1958 года театр дает представления в большом роскошном здании «Колизея» (2360 мест). Это в самом сердце Лондона — в двух минутах ходьбы от Трафальгарской площади. Спектакли в театре традиционно идут на английском языке.
Премьера «Онегина» состоялась 12 ноября 2011 г. Театр создал очень интересный, тонко поставленный, полный лиризма и очарования спектакль и, что важно, совершенно в старом русском стиле. Эпоха первой половины XIX века, мир русской деревни, великосветское общество С.-Петербурга — все это воссоздано с большим пониманием и любовью. Постановщик спектакля Дебора Уорнер — известный и опытный режиссер драматического театра. Она много ставила Шекспира, Ибсена, Брехта в Национальном и Шекспировском театрах и за свои постановки получала премии. В последние годы она обратилась к музыкальному театру. В опере Чайковского Д. Уорнер глубоко проникла в замысел композитора и воссоздала на сцене «жизнь человеческого духа», как представлял это великий реформатор сцены К.С. Станиславский.
У постановщика был союзник — дирижер спектакля (он же с 2007 года главный дирижер театра) Эдвард Гарднер. За его плечами Кембриджский университет и Королевская академия музыки, работа в различных английских оперных труппах. Несколько лет назад автор статьи слушал Гарднера в Парижской опере, когда он дирижировал оперой Стравинского «Похождение повесы», и это было очень интересно. Дирижер трактует музыку «Евгения Онегина» лирично, тонко, исповедально, и это идет от замысла композитора, который называл свое произведение «лирические сцены в трех актах». Оркестр звучал гибко, струнные группы были и нежные, и страстные, и все темы музыки Чайковского создавали атмосферу волшебной красоты. Дирижер очень рельефно выделял темы Татьяны и Онегина, а вступление и весь аккомпанемент к арии Ленского звучали так страстно, что вызвали овации зала. На сцене царила Россия, ее поля, луга, старые красивые дома и т.д. Постановка очень простая, и все как написано у композитора — поместье, сад, комната Татьяны, сцена бала у Лариных, дуэль в поле, блестящий зал с колоннами в Петербурге. Никаких искажений нет ни в сценическом варианте, ни в музыке.
Спектаклю очень повезло, так как театр нашел идеальную исполнительницу на роль Татьяны, а это в наши дни не так-то просто. Ее пела (вернее, прожила на сцене) Аманда Эчалаз, блестящее лирическое сопрано из Южной Африки. Большой и красивый голос, яркая сценическая внешность и несомненный талант перевоплощения делают певицу одной из лучших исполнительниц этой партии, и сравнить ее можно только с Г. Вишневской. Автор за свою жизнь слушал оперу «Евгений Онегин» более 500 раз и может с уверенностью сказать, что А. Эчалаз — одна из выдающихся Татьян. В своем интервью певица говорила о любви к русской музыке и о влиянии на ее восприятие образа Татьяны несравненной Г. Вишневской. Сцена письма была исполнена очень ярко, эмоционально и вокально абсолютно безупречно. Редко можно услышать такое полнокровное и насыщенное пение.
 Партию Ленского исполнял знаменитый английский тенор Тоби Спенс — молодой и очаровательный, полный сценического обаяния. Его голос летел в зал как дуновение ветерка, но в сцене дуэли певец нашел трагические краски и спел знаменитую арию «Куда, куда вы удалились…» очень взволнованно и глубоко, с полным пониманием стиля Чайковского. Даже в его английском языке были слышны русские интонации. Проскальзывало что-то лемешевское!
И наконец, главный герой — Евгений Онегин в исполнении норвежского лирического баритона Оудуна Иверсена. Плотный и ровный голос, почти без проблем в верхнем регистре, которые часто бывают даже у знаменитых певцов-баритонов. Иверсен создал образ расчетливого и холодного героя, несколько надменного, но в финале оперы, когда он по-настоящему влюбляется в Татьяну, он меняется, и его голос становится более теплым и сочным.
Все три персонажа показаны глубоко и с большой любовью к ним. Режиссерски очень продумана сцена ссоры Ленского и Онегина: расчетливый и умный Евгений — пылкий и несдержанный Владимир. А их пение было страстным и эмоциональным. На сцене была создана невероятная творческая атмосфера. Особенность постановки — большое внимание ко всем персонажам оперы. Их всех пели настоящие и талантливые певцы — мадам Ларину исполняла крупнейшая английская певица Диана Монтагю, Ольгу пела чудесное контральто Клаудиа Хакл, няню — очаровательная Кэтрин Вин-Роджерс, а крошечную роль Трике, которую во многих российских театрах и за роль не считают, исполнил старый член труппы Адриан Томпсон, который спел свою партию с огромным юмором и рафинированным звуком. И сорвал овацию! Все пели и играли своих персонажей прекрасно, а Д. Монтагю, можно сказать, впервые дала образ страдающей матери. Сцена дуэли была решена довольно традиционно, но оформление ее — пустое заснеженное пространство и одинокое засохшее дерево — очень гармонировало с музыкой. Финальный акт — огромный зал с колоннами, прекрасно исполненный хором и танцовщиками полонез (хореограф Ким Бранструп) — все сверкает и блестит, и импозантный, величественный князь Гремин (Бриндли Шеррат) поет широким и глубоким звуком. Режиссеру удалось показать блеск столицы Российской империи очень точно и без ложного пафоса. Единственное отступление, которое сделала постановщик оперы, — заключительная сцена Татьяны и Онегина проходила не в комнатах, а в том же зале с колоннами, но это было так страстно и трогательно, что дух захватывало. Режиссер нашла интересный ход: в начале, в сцене, когда Онегин отвергает Татьяну, прощаясь с ней, он целует ее в лоб отеческим поцелуем, но в финале оперы, когда они прощаются навсегда, Татьяна возвращает Онегину его поцелуй. Это прощальный и страстный поцелуй! Как это тонко сделано! Замечательные костюмы: одежда, которую носили в России в деревне и поместье, на великосветских раутах. Оформила спектакль художник по костюмам Хлоя Оболенская, многие годы работавшая с великим английским режиссером П. Бруком, а сейчас — с Д. Уорнер. Ее понимание русского быта, архитектуры и костюмов необыкновенно глубокое, а воплощение на сцене очень стильное. Убранство в поместье Лариных соответствует эпохе. Онегин одет безупречно, платья женщин на балу у Лариных очень разнообразные, они не выглядит провинциально, наряды женщин на онегинском балу стильные и элегантные. Все это радует взгляд. Моя любовь к Чайковскому и понимание оперы «Евгений Онегин» были полностью удовлетворены, мое сердце ликовало! Автор был бы доволен! Три часа счастья.
В другом оперном театре — знаменитом Covent Garden — постоянно идут все три балета Чайковского. В этот приезд я посмотрел балет «Спящая красавица», как указано, в постановке Петипа 1890 года (автор редакции театра Monica Mason). Но от старой постановки, заимствованной в русском классическом балете, ничего не осталось: все упрощено, сокращено и переделано. Исчезли многие персонажи, русского принца танцевал японец, а дивная Панорама с божественной музыкой оказалась почти уничтожена. Вся сказочность балета улетучилась, да и музыка звучала плоско и скучно. Оркестр явно не дотягивал. На сцене театра воцарилась унылая проза. И это королевский театр! Очень жаль.
В концертных залах Лондона также звучала музыка Чайковского — Пятая симфония в исполнении Лондонского королевского филармонического оркестра под управлением Ш. Дютуа. Играли симфонию в другом ключе, не так, как принято в России (Чайковский оставил подробные указания!), — никакой трагедии одинокой души, а помпезно, с большим звуковым напором и без особой глубины. Но оркестр отличный, духовые инструменты замечательные, и струнники хороши. С такими музыкантами можно было дать более интересную трактовку этой великой музыки.
В Барбикан-холле выступал лучший оркестр Англии — Лондонский симфонический под управлением своего главного дирижера Валерия Гергиева с русской программой. Отмечали 80-летие замечательного российского композитора Софьи Губайдулиной. Исполнялся ее Второй скрипичный концерт, солировала немецкая скрипачка Анна-Софи Муттер (концерт посвящен ей). Сложное и новаторское произведение звучало ярко и даже захватывающе. В. Гергиев умеет донести до слушателей новую музыку и сделать это просто и внятно. Затем оркестр играл Десятую симфонию Шостаковича, ми минор, ор. 93. Это величайшее произведение, написанное в 1953 году, ознаменовало собой начало оттепели в жизни советской страны и воспринимается как своеобразный композиторский манифест борьбы с мрачной и жестокой сталинской эпохой. Наличие автобиографического подтекста подтверждается музыкальной темой DESCH (это монограмма инициалов Шостаковича в немецком написании), которая настойчиво звучит в последних частях симфонии. Звуковой баланс и динамика исполнения были идеальными. Эта музыка понятна и любима российскими слушателями, но Гергиев с Лондонским оркестром придал ей вселенские масштабы. Испытываешь гордость за российскую музыку. Давно я не слышал таких продолжительных оваций! Многие слушатели специально пришли на концерт, чтобы послушать эту симфонию. Браво, маэстро!

Рахлин и Голан — блестящий дуэт

В декабре 2011 года в Большом зале Московской консерватории выступил замечательный дуэт — скрипач и альтист Юлиан Рахлин и пианист Итамар Голан. Это их второй приезд в Москву. Игру этих музыкантов отличают высокий класс исполнения и интересно составленные программы.
Концерт начался с Сонаты № 2 для скрипки и фортепиано выдающегося польского композитора Кшиштофа Пендерецкого, написанной в 2000 году. Это очень сложное пятичастное произведение, полное диссонансов, но в то же время глубокое и красивое. Игру Рахлина характеризуют страстность и убежденность его трактовок, а Голана — изумительно красивый звук и потрясающая техника. Все свои яркие краски оба музыканты воплотили в сонате. Соната большая и по музыкальному материалу очень интересная. К. Пендерецкий, по существу, уже стал настоящим классиком. К сожалению, на российской концертной эстраде очень редко можно услышать новейшие произведения современных западных композиторов. Поэтому инициатива музыкантов очень своевременная и нужная.
Во втором отделении Рахлин и Голан играли Альтовую сонату Брамса, соч. 120, № 2. Тоже довольно редко исполняемое сочинение, хотя написано оно в 1894 году. Звук альта довольно легкий и порхающий (хотелось больше насыщенности), а фортепиано звучало страстно, и его звуковая палитра показалась мне даже очень плотной. Но вместе музыканты продемонстрировали высокий класс музицирования.
Затем была сыграна скрипичная Соната Бетховена №5, фа мажор, «Весенняя», названная так за ее светлый тон. Соната прозвучала легко, ярко и жизнеутверждающе. Все нюансы музыки были донесены, и чувствовалось, что игра доставляет исполнителям удовольствие, а это передалось и слушателям. Очень хотелось бы на следующем концерте чудесного дуэта услышать другие сонаты Бетховена. На бис были сыграны очаровательная пьеса Крейслера «Прекрасный розмарин» и блестящее сочинение «Интродукция и рондо-каприччиозо» Сен-Санса. Это была стихия виртуозности и блеска. Оба музыканта играли потрясающе.
 

 

Яков КОВАЛЕНСКИЙ, Россия

 

В № 1018 на с. 41 допущена опечатка. На фото, которое относится к статье «Рахлин и Голан – блестящий дуэт» изображен альтист Юлиан Рахлин.

 

 



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!