Дорожно-транспортное происшествие

 Авторизованный перевод с английского р. Довида Карпова
 10 января 2014
 2105
ДТП — это всегда, по крайней мере, неприятность, а иногда и настоящее несчастье. Но на перекрестках человеческих судеб случаются разные происшествия, и бывает, что они заканчиваются счастливо. Но тогда все началось с обычного ДТП. Нет, не совсем обычного. Ведь оно произошло в пятницу днем, накануне святой субботы, да еще в центре Парижа, когда я как обычно оседлал свой байк, чтобы отправиться домой. Я — один из посланников Ребе во Франции, живу в пригороде Мор-дес-Фосс на окраине Парижа. После полудня в пятницу я обычно сажусь на свой мотоцикл, чтобы успеть добраться до дома до наступления шаббата.

В тот памятный день шел сильный дождь, и тротуары были скользкими. Я слегка притормозил, чтобы поправить свой шлем, и тут в заднее зеркало заметил, как ко мне на большой скорости приближается спортивный автомобиль. Судя по всему, из-за сильного дождя водитель меня просто не видел. Столкновение было неизбежно. У меня было всего несколько секунд, чтобы хоть что-то предпринять. Я свернул в сторону, резко затормозил, мой мотоцикл занесло. Я не заметил, как очутился на земле. Лежа, боковым зрением я наблюдал, как ко мне приближается автомобиль. «Может быть, это мои последние мгновения?» — мелькнуло у меня в голове.

Внезапно наступила тишина. Случайная машина останавливается, чтобы перекрыть проезжую часть. Я проверяю себя: кажется, слава Б-гу, цел. Пытаюсь подняться, и тут вижу, что ко мне бежит женщина. «Вы в порядке? — спрашивает она по-французски. — Могу ли я чем-то вам помочь?»

«Кажется, в порядке», — отвечаю я, снимая шлем. В ее глазах читается откровенное удивление: она явно не ожидала увидеть бородатого мужчину. «Так значит, все бесэдер?» — переспрашивает она, на этот раз на иврите. Теперь уже опешил я сам. Она представилась: «Катя Даран. Я живу рядом и случайно проходила мимо, — поясняет она. — Если честно, я не ожидала увидеть здесь религиозного еврея, да к тому же раввина».

Мы разговорились.

– Откуда ваш иврит?

– О, это была поездка в Израиль несколько лет назад! — охотно откликается она. Возможно, Катя хотела рассказать мне еще что-то, но я извинился и объяснил, что скоро шаббат и я должен успеть вернуться домой. Ее реакция меня несколько озадачила. Такое впечатление, что Катю смутило упоминание субботы.

«Вы зажигаете субботние свечи?» — задаю я невинный вопрос.

Моя собеседница явно озадачена. «Нет… Я не знаю...» — бормочет она.

– В таком случае я хочу пригласить вас домой на шаббат.

– Когда? — спрашивает она с удивлением.

– Сегодня вечером.

Мое предложение почему-то вызывает у нее улыбку. «Сегодня вечером вряд ли, — произносит она неуверенно. — Но в другой раз я буду рада приехать к вам на шаббат.

Мы обменялись номерами телефонов и на этом расстались.

* * *

Катя не пришла ни в тот вечер, ни на следующий шаббат. А я, сколько ни искал, как назло не мог найти номер ее телефона. Прошло четыре месяца. И вот однажды утром раздался звонок. На моем телефоне высветился незнакомый номер. «Рабай? Это Катя Даран, помните меня?» Что за вопрос? Как можно забыть такую встречу!

– Конечно! Мы все еще ждем вас к себе на шаббат!

– Когда я могу прийти?

– Да хоть в ближайшую пятницу!

В ту пятницу вечером Катя была среди наших гостей за субботним столом. Было заметно, что она взволнована происходящим. Мне, как хозяину, надо было представить нового человека всем остальным гостям, и я рассказал им историю моего судьбоносного ДТП. «Можно сказать, — закончил я свой рассказ, — что эта женщина стала для меня посланником свыше, чтобы помочь мне в тот страшный момент».

Катя вместе со всеми выслушала мой рассказ, а потом неожиданно посерьезнела:

– Я думаю, что самое время вам услышать мою версию произошедшего... Мне сорок пять лет, и я живу одна, — произнесла она. — Правда, у меня есть сестра и мать, но так получилось, что я не разговариваю с ними уже более двадцати лет. Думаю, вы понимаете, как трудно жить одинокой еврейской женщине. Мои родители были из традиционной семьи: мы всегда делали кидуш, отмечали все праздники, постились в Йом Кипур и т.д. Но с тех пор как я стала жить одна, я перестала соблюдать традицию. Очень трудно, когда ты один, делать кидуш, потому что нет близких, с которыми ты потом сядешь вместе за субботний стол. Трудно идти в синагогу в одиночку. У меня даже нет еврейской подруги.

– Около двух лет назад, — продолжила она после короткой паузы, — после того как в течение долгого времени я была оторвана от Торы и иудаизма, я захотела вернуться к вере моих предков. Для этого я решила найти работу в еврейской среде. Я полагала, что там мне удастся познакомиться с другими евреями, и, возможно, они станут приглашать меня на шаббат и праздники. Я действительно нашла работу в обувном магазине в Platzel. Все местные рабочие были евреями, мы подружились. Но была одна проблема — шаббат. По пятницам они желали друг другу «хорошей субботы» — «агут-шабос» и расходились по своим домам. А в понедельник спрашивали друг у друга, как прошел шаббат. Никто не обращал на меня внимания. Каждую неделю я ждала, что меня кто-нибудь пригласит на шаббат. И каждая неделя приносила мне новые разочарования. Так прошел почти год. «Может ли быть, что евреи не признают меня больше? — спрашивала я себя. — Как они могут быть так невнимательны?..

Голос Кати заметно задрожал, но она справилась с волнением:

– Тогда я очень разозлилась на этих евреев с их иудаизмом. Я решила, что это не для меня. Поэтому я ушла оттуда и нашла себе другую работу. Но оставалась одна проблема — шаббат. Каждый вечер в пятницу мои детские воспоминания возвращались ко мне и вновь одолевали меня: особое праздничное настроение вечера пятницы, волнующий свет субботних свечей, торжественная атмосфера обряда освящения субботы — кидуш, аромат халы. Что-то с этим надо было делать. Как я могу избавиться от этих воспоминаний, которые меня преследуют? И тогда я поняла, что мне нужно чем-то занять себя в пятницу вечером. Я нашла рекламу, где говорилось, что церковный хор ищет певцов на это время. Меня приняли в хор, и вот уже год как я пою по пятницам в церкви, — с грустной улыбкой добавила она. — После этого я прихожу домой такой усталой, что у меня уже нет сил даже подумать о субботе.

Катя замолчала, и за столом воцарилась полная тишина.

– Моя жизнь протекала гладко, без изменений, — продолжала она, — пока в ту пятницу я не увидела опрокинутый мотоцикл и человека на дороге. Тогда я подбежала, чтобы помочь упавшему водителю. И была потрясена, что этот незнакомый мне человек сразу пригласил меня на шаббат. А ведь он даже не знал меня!

– Вы сказали, что я была послана к вам? — Катя повернула голову в мою сторону. — Но это не совсем верно. На самом деле, я думаю, что это вы были посланы мне, чтобы вернуть мою метавшуюся душу.

…Катя больше не поет в церкви. Она проводит каждую пятницу с нами, в кругу друзей, которые стали ее новой семьей. Еще одна еврейская душа нашла дорогу домой. Как видно, если это и было происшествием, то уж точно не дорожно-транспортным. И мокрый асфальт тут явно не основная причина.

Авторизованный перевод с английского р. Довида Карпова

В оформлении использована картина F. Collins «Шаббат»



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!