Танго «Воспоминание»

 Николай Овсянников
 30 января 2014
 5390
Почти забытое в наши дни удивительно мелодичное танго Нины Иллютович «Воспоминание» имеет довольно интересную историю. Разобраться в ней мне отчасти помогла хорошая музыкальная память одной моей родственницы из Днепропетровска.  

Но начать все же придется с Москвы. Мелодия и слова «Воспоминания» (как впоследствии выяснилось, новые, не подлинные) были мне знакомы примерно с 1960 года. К тому времени это танго на семейных вечеринках под собственный фортепианный аккомпанемент привычно исполняла моя двоюродная сестра Наташа, выпускница музыкального училища им. Гнесиных. У нее не было ни нот, ни записанного текста, она даже не знала его названия. Только после ее кончины, занимаясь историей этого произведения, от своей старшей сестры я узнал, что Наташа разучила его с голоса нашей общей родственницы из Днепропетровска Эммы Пашковой. Эмма привезла его из этого города и спела при Наташе (тоже по памяти, как модную новинку) примерно в 1956–1957 годах, когда гостила у нас. Но тогда я был еще маленький и без помощи сестры никогда бы не вспомнил об этом событии.

Только в начале 2000-х годов я впервые услышал «Воспоминание» в профессиональном исполнении. Пела наша замечательная вокалистка Валентина Николаевна Левко, но то была запись конца 1950-х, пролежавшая на полке Гостелерадиофонда почти полвека и выкупленная певицей для подготавливаемого компакт-диска. С удовольствием слушая ее пение, я, однако, был удивлен: певица исполнила танго на совершенно другой текст. Он был очень хорош, но ожидаемой встречи с детством в полной мере не произошло.

Один знаток советского ретро посоветовал мне послушать запись «Воспоминания» в исполнении Гелены Великановой. Она была сделана в 1969 году с оркестром фирмы «Мелодия», но тоже долго пролежала на полке и только в 1988 году появилась на сольном гиганте певицы. Признаюсь, я не из горячих поклонников Великановой, и эта пластинка долгие годы оставалась мне неизвестной. Теперь же я убедился, что певица исполнила танго фактически на тот же текст, который был известен мне с 1960 года. Некоторые досадные новшества в целом не портили впечатления. Непонятно было лишь, где Великанова (впрочем, как и моя родственница) взяла эти стихи. На конверте в качестве автора слов значилась Ольга Фадеева. Но вскоре мне пришлось в этом усомниться.

Дело в том, что еще в 1954 году в ленинградской артели «Пластмасс» вышла патефонная пластинка с записью танго «Воспоминание» в исполнении ленинградской вокалистки Тамары Таубе в сопровождении оркестра артельной студии под управлением Анатолия Бадхена. На этикетке значилось: Муз. Н. Иллютович, слова О. Фадеевой. Это был фактически тот же текст, который несколькими годами позже увековечила В. Левко:

 

Когда одна я тихим вечером сижу,

Пластинку старую я часто завожу…

 

Танго пелось от лица одинокой немолодой женщины, с теплой грустью вспоминающей о первой встрече с любимым человеком, («в толпе танцующих кружились мы скользя»):

…пластинку с песенкой знакомой и простой

в те дни далекие купили мы с тобой. 

 

И вот эта пластинка уже совершенно запилена: «слышна мелодия едва и различить нельзя слова». Ясно: прошли долгие годы, женщина осталась одна, ей нелегко, ведь еще тогда она поняла, «что без тебя, мой друг, мне жить нельзя».

Совершенно иным духом веяло от текста, напетого Великановой:

 

В весенний вечер хорошо 

нам быть вдвоем,

Пластинку старую мы молча заведем...

 

Героиня немолода, но не одинока. Она счастлива и вместе со своим спутником жизни вспоминает о танцевальном знакомстве «в час ночной», слушая старую пластинку с истершимися линиями. Да, годы ушли, но жизнь удалась.

Сомневаюсь, чтобы Ольга Яковлевна Фадеева (Клейнер), к началу 1960-х имевшая широкое признание в качестве поэта-песенника, стала специально для Гелены Великановой переписывать в оптимистическом ключе собственный текст, уже увековеченный на пластинке и на студийной записи. Ради чего?

Скорее всего, Великанова просто использовала давно бродивший по стране текст, имевший, тем не менее, свой «исходник». Думаю, он был сочинен спустя год-другой после выхода пластин­ки Т. Таубе. Дело в том, что начиная с 1955 года Министерство культуры и его аппаратчики на местах, реагируя на ноябрьские (1954) указания ЦК КПСС, на какое-то время ужесточили идеологический надзор за эстрадным репертуаром. Танговые мелодии с грустными текстами снова пришлись не ко двору. Быстро запиленную пластинку Т. Таубе больше не переиздавали. А мелодия Нины Иллютович была так хороша!

Для одной из самых популярных певиц страны Изабеллы Юрьевой эти годы были особенно трудными. Ее почти не записывали, выступать на престижных столичных площадках фактически запретили. Она моталась по провинции с небольшим ансамблем под управлением Е. Рохлина, испытывая острый репертуарный голод. Очевидно, во время ленинградских гастролей кто-то обратил ее внимание на пластинку Тамары Таубе. Юрьевой танго понравилось, и певица попыталась получить разрешение на включение его в концертный репертуар. Московские церберы отказали. Скорее всего, из-за «пессимистического» текста, где, кстати, упоминалось о каком-то ночном, при свете месяца, «многоцветном карнавале», шумевшем среди аллей возле реки (уж не о заграничном ли прошлом вспоминала героиня О. Фадеевой?), и Юрьева обратилась за помощью к мужу Иосифу Аркадьеву. Он еще с конца 1930-х с легкостью сочинял для нее тексты песен. Очевидно, и на этот раз из-под его пера появились на свет новые, проходные слова на музыку Нины Иллютович. Известно, что незадолго до своей кончины певица передала известному филофонисту Валерию Сафошкину (ныне покойному) любительскую магнитофонную запись одного из своих провинциальных концертов тех лет, где есть танго «Воспоминание».

Это обстоятельство дает основание предположить, что именно этот вариант замечательного танго услышала моя родственница Э. Пашкова, полетевшая на концерт Изабеллы Юрьевой, когда та приехала в Днепропетровск во второй половине 1950-х. В конце 1960-х в слегка измененном виде его возродила Гелена Великанова.

История танго «Воспоминание» была бы неполной без рассказа о создательнице его музыки — основы произведения. Тем более что даже в самых авторитетных музыкально-справочных изданиях Нине Иллютович посвящены всего две-три строки. Благодаря знакомству с ее внучкой Наташей, проживающей в США, мне удалось получить о главной героине настоящей публикации интересные сведения.

Нина Яковлевна Иллютович (Магазинер) родилась 29 сентября 1906 года в Петербурге в семье Якова Магазинера и его жены Софьи. Софья с детства обладала необыкновенно красивым контральто, и в девятилетнем возрасте ее привели на прослушивание к П.И. Чайковскому. Пораженный ее тембром, Петр Ильич пригласил к себе музыкантов и рассадил их в соседней комнате, когда маленькая Софья пела. После этого он спросил их о предполагаемом возрасте певицы. Никто не мог допустить, что ей всего девять лет. Семья была состоятельная, и родители отправили ее учиться в Венскую консерваторию, которую она с успехом окончила. Возвратившись в Россию, Софья начала оперную карьеру. Одновременно она брала уроки вокала у известного певца и педагога Дмитрия Усатова, кстати, занимавшегося с Ф.И. Шаляпиным. Ее оперные роли: Кармен, Амнерис, Лель, Ольга и др., причем случалось, что она пела с Шаляпиным. Свой псевдоним Кадмина она взяла от фамилии известной оперной певицы Евлампии Кадминой, трагически погибшей в 1881 году. К сожалению, в возрасте 35 лет Софья тяжело заболела ангиной и потеряла голос. Так закончилась ее певческая карьера.

Отец Нины Иллютович Яков Магазинер имел медицинское образование. Он умер в 1920 году в Киеве при исполнении служебных обязанностей, будучи мобилизован в качестве военного врача клинического госпиталя. В том же году его дочь Нина поступила в Петроградскую консерваторию, которую окончила в 1927 году по классу фортепиано. Ее диплом был подписан ректором А.К. Глазуновым. В 1920-е годы Нина много гастролировала по стране, в 1930-м начала работать оркестровым концертмейстером. Брала уроки теории композиции у С. Халатова. В 1938-м приступила к творческой деятельности, подготавливая детские и эстрадные программы. Писала много вокальной и балетной музыки, часто выступала перед воинами Красной армии и флота. За этот период ею было написано несколько песен, исполнявшихся такими звездами, как Эдит Утесова и Клавдия Шульженко. В 1946 году выезжала на гастроли в освобожденную Австрию. Была членом Союза советских композиторов. Награждена медалью «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны».

Нина Иллютович — автор многих произведений фортепианной и балетной музыки. Любимой певицей Нины Яковлевны была Тамара Таубе, о жизни и творчестве которой постараюсь как-нибудь рассказать в отдельной статье. Создательница одного из самых любимых мною танго «Воспоминание» умерла в Москве в 1972 году.

Николай ОВСЯННИКОВ, Россия



Комментарии:

  • 2 ноября 2018

    Борис

    Спасибо за воспоминания о танго Воспоминание и его авторах: Нины Иллютович и Ольги Фадеевой. Мне также не давал покоя этот дуализм текста. За неимением на данный момент конкретики, довольно стройную и не лишённую логики Вашу версию вполне можно принять.

  • 25 марта 2014

    Олег

    "Сомневаюсь, чтобы Ольга Яковлевна Фадеева (Клейнер), к началу 1960-х имевшая широкое признание в качестве поэта-песенника, стала специально для Гелены Великановой переписывать в оптимистическом ключе собственный текст, уже увековеченный на пластинке и на студийной записи. Ради чего?"
    Обычная практика. Например, худсовет не пропускал по причине упадочности, вот и переписали. А отчисления автору текста на дороге не валяются.

    "где, кстати, упоминалось о каком-то ночном, при свете месяца, «многоцветном карнавале», шумевшем среди аллей возле реки (уж не о заграничном ли прошлом вспоминала героиня О. Фадеевой?),"
    Посмотрите советские предвоенные фильмы - там нередко показывают карнавалы В ПАРКЕ. Таким образом, герои песни познакомились где-то во второй половине 30-х.


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!