ТОРА И СОВРЕМЕННОСТЬ

 Раввин Довид Карпов
 24 июля 2007
 2469
Недельные главы
Глава «Ки Таво» «Когда придешь» Глава «Ницавим» «Вы стоите» Глава «Гаазину» «Внемлите» «И станешь безумным — «мешуга» — от того, что увидят твои глаза» («Дварим», или «Второзаконие», 28:34) Сумасшедший, или О чем молчал рабби Бунем В одном местечке, недалеко от того места, где проживал рабби Бунем из Пшисихи, жил один еврей. Жил он жил, да как-то раз взял и сошел с ума. Натурально свихнулся. Вы, конечно, скажете: «Эка невидаль, да что у нас — психов мало?» Спорить не буду, но это опять же с какой стороны посмотреть. Тут все дело в том, как он это сделал, ведь рехнуться тоже можно по-разному. А этот ненормальный — «мешу'ганер» по-нашему — стал всерьез утверждать, что начальник городской жандармерии — не кто иной, как пророк Элиягу, а ихний градоначальник — сам Мошиах собственной персоной. Услышав такое, его родственники забили тревогу и решили немедленно ехать к Ребе за советом. Увидел нашего психа рабби Бунем и спросил его: «Ну, кто я, по-твоему?» «Святой Ребе» — был ответ. «Мешуга» — он хоть и умалишенный, но все-таки как был, так и остался хасидом. «Если все так, как ты говоришь, — продолжил свою мысль праведник, — то скажи мне, как такое может быть: вот ты — «апошэтэр ид», то есть простой еврей, — знаешь о том, что уже пришли пророк Элиягу и Мошиах, а я, Ребе, — нет»? И рабби Бунем сделал удивленное лицо. Но сумасшедшего эта талмудическая проблема ничуть не смутила. «О, наш Ребе — святой человек! — ответил он. — Он, конечно, тоже все это знает, но просто не хочет говорить». Услышав это, Ребе перегнулся через весь стол, наклонился к уху этого полоумного и доверительным шепотом произнес: «Послушай, если я — твой Ребе — знаю кое-что, но при этом не считаю нужным говорить, то, наверное, и тебе тоже не стоит об этом никому рассказывать, как ты думаешь?» И с той самой поры наш «мешу'га» свято хранил свою тайну и напрочь забросил любые разговоры о Мошиахе. Хотя уж кому, как не ему, знать, кто на самом деле скрывается под видом начальника жандармерии и городского главы. Знать-то он знал — но помалкивал. И мы тоже знаем, но никому не расскажем. «Вы все стоите сегодня перед Всевышним...» (29:9) Если переводить близко к тексту, то смысл будет несколько иным: «Вы — весь еврейский народ, стоите сегодня — в Рош га-Шана, День суда — все перед Всевышним». В таком контексте «вы все» означает полное равенство перед Творцом. На этом Небесном суде вы все равны: от глав и начальников колен и до рубящих дрова и черпающих воду. («Кли Якар») «Смотри, предложил Я тебе сегодня жизнь и добро...» (30:15) Жизнь дается человеку для того, чтобы творить добро. Заповеди и добрые дела надо рассматривать как самоцель, а возможность выполнять их — уже как награду. (Рабби Менахем-Мендл из Коцка) Веселый человек всегда прав Вначале в нашей главе перечисляются страшные кары, а потом Тора объясняет истинную причину всех этих бедствий («Дварим», 28:47): «За то, что ты не служил Всевышнему в радости, с добрым сердцем». Неужели такие суровые наказания и кары полагаются всего лишь за то, что он не умел радоваться и веселиться?! Нет, тут дело в другом. Когда еврей радуется великой привилегии изучать Тору и соблюдать заповеди, это вызывает ответную радость «наверху». А когда Всевышний веселится, то уже не остается места для строгости и наказания, как об этом сказал царь Шломо (Соломон) («Мишлей», 16:14): «В сиянии царского лика — жизнь». Другими словами, нет ничего более жизнеутверждающего, чем сияющий лик Творца. Теперь становится понятным, почему тот, кто служит Всевышнему с искренней радостью в сердце, может рассчитывать на снисхождение перед Небесным судом. Короче: веселый человек всегда прав.
Рис. Гавриила Заполянского



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!