Как зашагал рожденный ползать

 Николай Овсянников
 29 октября 2015
 3594

Крокодил, как известно, сродни змеям, удавам и прочим пресмыкающимся, и поскольку, как они, рожден ползать, то, согласно слегка измененному выводу классика, шагать не может. Не будем, однако, забывать, что свой приговор А.М. Горький вынес в далеком 1898 году — почти за два десятилетия до наступления эпохи, вознамерившейся сказку сделать былью.

Что ж удивительного, если сказочный крокодил (никакого другого в силу климатических условий в России обитать не могло) именно в 1917 году зашагал по петроградским улицам вместе с революционными солдатами и матросами. Речь конечно же идет о герое одноименной сказки 1916 года Корнея Чуковского. Все мы помним, как он «по улицам ходил, папиросу курил, по-турецки говорил». Опубликованная в детском приложении к журналу «Нива» под названием «Ваня и Крокодил», она всего за несколько месяцев получила такую популярность, что разгуливающее по Петрограду пресмыкающееся с наступлением революционных событий сделалось героем любимого военного марша того времени «Дни нашей жизни».

Правда, в угоду ритмике музыкального произведения крокодилу пришлось сменить пол, и теперь «по улицам ходила / большая крокодила, /она, она / голодная (в др. варианте «зеленая») была!» Революция — дело серьезное; марш, под который шагает вооруженная толпа, — отнюдь не детская песенка. Так что, хотите не хотите, а героиня революционного марша, пусть она и крокодила, — это уже не сказка, а самая что ни на есть историческая реальность.

Конечно, всякая реальность воспринимается людьми порой с прямо противоположным знаком. Вот и композитор, на музыку которого в Петрограде, а затем по всей России запели песенку о «зеленой крокодиле», очевидно, не был в восторге от того, что произошло с частью мелодии его марша. Благодаря изысканиям Майи Розовой теперь мы знаем о нем достаточно для того, чтобы так судить. Автора популярнейшего марша «Дни нашей жизни» звали Лев Исаакович Чернецкий. Он родился в Одессе в 1880-х годах и происходил из известной еврейской семьи с прочными музыкальными традициями, давно проживавшей в этом городе.

В 1910 году, когда в местной типографии Б.Л. Андржеевского были напечатаны ноты его марша, Чернецкий служил капельмейстером 15-го стрелкового полка, расквартированного в Одессе. С началом Первой мировой войны в составе полка участвовал в боевых действиях. К сожалению, судьба полкового капельмейстера после распада императорской армии неизвестна.

Полное отсутствие упоминаний о нем в советских источниках (включая «Служебно-строевой репертуар для оркестров РККА» генерал-майора С.А. Чернецкого, земляка и, очевидно, родственника Льва Исааковича) говорит в пользу того, что автор «Дней нашей жизни» не изменил царской присяге. Вполне вероятно, он вместе со своим бывшим командиром Владимиром Сигизмундовичем Вейлем участвовал в Белом движении и, если остался жив, скорее всего эмигрировал. Можно не сомневаться лишь в одном: в годы Гражданской войны мелодия его марша продолжала вдохновлять бойцов по обе стороны фронта.

С окончанием смуты «крокодилья» часть истории знаменитого марша имела литературное и отчасти идейно-политическое продолжение. Разруха и голод, охватившие значительную часть страны в 1920–1921 годах, привели к тому, что даже верные союзники большевиков первых дней революции и в годы Гражданской войны, балтийские матросы, выступили с резкими протестными требованиями. Противостояние быстро переросло в вооруженный мятеж.

Вскоре после его подавления, расстрела наиболее активных участников и карательных акций против ряда крестьянских выступлений в поддержку кронштадтских моряков в Москве и Петрограде получила широкое распространение первая ласточка самиздата — фантастический рассказ Михаила Козырева «Крокодил». Под видом «председателя Прищеповского совета Степана Аристарховича», с помощью Учека, ведущего борьбу с якобы появившимся в уезде крокодилом, писатель-сатирик вывел тогдашнего хозяина Петрограда Г. Зиновьева.

В напугавшем провинциального чиновника крокодиле современники легко узнавали ныне давно забытого генерал-майора А.Н. Козловского, который, согласно паническим жалобам Зиновьева, якобы захватил зимой ­1921-го Кронштадт и вот-вот отберет у него власть над северной столицей. Степану Аристарховичу приходится также вести войну с неизвестным питерским матросом, забредшим в его владения. «Он «громко распевал <…> песенку о том, как ходила по улице какая-то «крокодила», и что из этого вышло. Особенность его исполнения заключалась в том, что заканчивая каждый куплет, он на полминуты останавливался, выделывал такой жест, словно вылавливал что-то в воздухе, и, выловив, сочно преподносил каждый раз новое, но всегда одинаково малопечатное слово…»

В дальнейшем автор в иносказательной форме высмеивал трусливо-провокационное поведение Зиновьева, жестокое подавление мятежа (веселый матрос был собственноручно расстрелян Степаном Аристарховичем), бегство в Финляндию генерала Козловского (крокодил неведомым образом исчез) и расправу с забастовщиками и крестьянами, поддержавшими кронштадтское выступление, после чего «всякая охота к восстаниям у белебеевских контрреволюционеров» была отбита.

Из рассказа Козырева видно, что зимой 1921-го марш Л.И. Чернецкого с «крокодильим» текстом снова был взят на вооружение кронштадтскими матросами, имевшими на этот раз явно контрреволюционные намерения. Поэтому, как только первые мероприятия нэпа позволили немного успокоить обстановку в стране, власти решили не оставлять бесхозной полюбившуюся народу мелодию и официально признать ее своей, советской. И вот на фабрике Пятилетия Октября довольно большим по тому времени трехтысячным тиражом выходит граммофонная пластинка с записью марша «Дни нашей жизни» в оркестровом исполнении. Правда, на всякий случай на этикетке перед фамилией автора издатели «забыли» поставить хотя бы один инициал. Поскольку самым известным сочинителем маршей в то время был перешедший на сторону большевиков родственник Льва Исааковича С.А. Чернецкий, владельцам пластинки в ненавязчивой форме предлагалось его-то и считать автором знаменитого марша.

На этот советский фокус, имевший целью навсегда похоронить «не нашего» автора, а заодно и скомпрометировавший себя участием в кронштадтском восстании «крокодилий» текст, со свойственной ему язвительностью отозвался Михаил Булгаков. В опубликованной в 1925 году фантастической повести «Роковые яйца», действие которой перенесено в 1928 год, крокодилы (вместе со своими «собратьями» змеями и удавами) снова оказываются «по ту сторону» фронта.

На решительный бой с наступающими на Москву гадами направляется огромная воинская армада, причем «пронесся слух, что впереди шеренг на лошади, в таком же малиновом башлыке, как все всадники, едет ставший легендарным 10 лет назад, постаревший и поседевший командир конной громады». Всякий, кто прочитал повесть Булгакова, ни секунды не сомневался: под командиром подразумевался Семен Михайлович Буденный.

Но так же хорошо, как это, читатели знали: любимым маршем красного командарма все эти годы был знаменитый «Марш Буденного» 1920 г. (другое название «Мы — красные кавалеристы»), сочиненный Дмитрием Покрассом на стихи Анатолия д’Актиля специально для Первой конармии. Ясно, что именно он должен был звучать из рядов конников, проходивших через столицу для участия в судьбоносной битве. Но Булгакова-сатирика то ли покидает чувство меры, то ли он решает на свой лад отомстить советским приватизаторам «Зеленой крокодилы».

В его изображении буденновские воины поют издевательски перефразированные строки «Интернационала». Помните: «…ни Б-г, ни царь, и не герой./ Добьемся мы освобожденья/ своею собственной рукой»? А у Булгакова: «…ни туз, ни дама, ни валет, / побьем мы гадов, без сомненья, / четыре сбоку — ваших нет…»

Распевать в преддверии исторической битвы подобные вирши могло лишь полностью разложившееся, с уголовным душком воинство, не способное победить не только капиталистических, но и обычных гадов. В повести так и происходит: ни конники, потерявшие три четверти состава, ни поддерживавшие их с воздуха газовые эскадрильи не смогли остановить их продвижение. Змей и крокодилов одолел «неслыханный, никем из старожилов никогда еще не отмеченный мороз», грянувший в ночь с 19 на 20 августа и продержавшийся двое суток.

Разумеется, «Роковые яйца» сразу угодили в список запрещенной литературы, а крокодилы и прочие гады — в привычный для традиционного сознания образ врагов рода человеческого. Не поздоровилось не только М. Козыреву с его «Крокодилом», но и К. Чуковскому. В конце 1920-х гг. Н.К. Крупская объявила войну «чуковщине», в ходе которой его «Крокодил» и «Муха-Цокатуха» то и дело подвергались запретам. Даже марш Л.И. Чернецкого как виновник появления идейно не устойчивой «Зеленой крокодилы» больше ни на пластинках, ни в нотах не переиздавался. Зато все новые и новые «враги народа» стали, извиваясь по-змеиному, каяться и плакать крокодильими слезами.

Так ли уж стара эта история?

Николай ОВСЯННИКОВ, Россия



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!


Дорогие читатели! Уважаемые подписчики журнала «Алеф»!

Сообщаем, что наша редакция вынуждена приостановить издание журнала, посвященного еврейской культуре и традиции. Мы были с вами более 40 лет, но в связи с сегодняшним положением в Израиле наш издатель - организация Chamah приняла решение перенаправить свои усилия и ресурсы на поддержку нуждающихся израильтян, тех, кто пострадал от террора, семей, у которых мужчины на фронте.
Chamah доставляет продуктовые наборы, детское питание, подгузники и игрушки молодым семьям с младенцами и детьми ясельного возраста, а горячие обеды - пожилым людям. В среднем помощь семье составляет $25 в день, $180 в неделю, $770 в месяц. Удается помогать тысячам.
Желающие принять участие в этом благотворительном деле могут сделать пожертвование любым из предложенных способов:
- отправить чек получателю Chamah по адресу: Chamah, 420 Lexington Ave, Suite 300, New York, NY 10170
- зайти на сайт http://chamah.org/donate;
- PayPal: mail@chamah.org;
- Zelle: chamah212@gmail.com

Благодарим вас за понимание и поддержку в это тяжелое время.
Всего вам самого доброго!
Коллектив редакции