Cherchez la femme

 
 28 ноября 2019
 41

В Ханаане шла большая региональная вой­на. Две коалиции царств бились друг с другом. Лот жил в царстве Содомском. Содом был разгромлен. Жители пленены. Имущество захвачено. Лот разделил судьбу своих соседей. Жил бы вместе с Авраамом, не тужил бы, но он предпочёл свободное плавание, и вот что из этого вышло.  

Узнав о пленении Лота, Авраам немедленно пустился в погоню, нагнал захватчиков в районе Дамаска — неблизкий путь — разгромил их, отбил племянника и захватил обоз с награбленным.
Битва произошла ночью и сопровождалась магическими чудесами, о которых ничего не говорится в Торе,?— зато говорится в мидраше «Берешит раба»: вражеские мечи превращались в прах, а стрелы в солому, между тем Авраам успешно восстанавливал status quo: превращал прах в мечи, а солому в стрелы, да только это были уже мечи и стрелы Авраама. Вот ещё что: видел Авраам ночью, как днём, а может, даже ещё лучше: ангел ночи снабдил его для этого случая специализированным ночным зрением.
Как узнал Авраам, что Лот похищен? В Торе сказано: «И пришёл спасшийся… и услышал Авраам, что сродник его взят в плен» (Берешит, 14:13,14) — Тора ничего не говорит о мотивах этого вестника беды. Но как бы и очевидно, что бескорыстно (а может и небескорыстно, как знать) тот хотел спасения Лота.
Автор мидраша выдвигает иную, более увлекательную, версию. Этот самый вестник беды только делал вид, что озабочен судьбой Лота. Что ему Лот? На самом деле, сherchez la femme, интересовался не Лотом, а Саррой: преклонные лета, это да, но дивно, дивно хороша, все красавицы меркнут, с годами не увядала, а расцветала, редкая физиологическая инверсия, давно положил на неё глаз. Да что толку: пока Сарра была женой Авраама, желать её было всё равно, что желать звезду с неба, но он всё равно желал, раб страсти, а тут вдруг возникла неожиданная возможность. Зная Авраама, рассуждал так: услышав о пленении племянника, Авраам бросится в погоню и погибнет в неравной битве. Не может не погибнуть: магия и специализированное ночное зрение не вмещались в евклидов ум поражённого страстью интригана. И Сарра упадёт к нему в руки, как спелое яблоко. С чего он взял? По глупости и самонадеянности: считал себя совершенно неотразимым.
В ополчении Авраама было 318 штыков — так сказано в Торе. А в мидраше сказано, что когда Авраам объявил им, с кем они будут биться, лица у бойцов вытянулись и позеленели. «Сказали они: пять царей не могли с ними справиться, а мы разве сможем выстоять против них?» (БР 43:2). Понять их можно: резон разумный.
«Позеленели» — не моё красное словцо: так написано в Берешит Раба, именно так и написано, но только не по-русски. Вовсе не похожи на спартанцев царя Леонида — тех было столько же, даже чуть меньше. Добрый сердцем Авраам пожалел испуганных ополченцев, распустил по домам: в самом деле, какой от этих зеленолицых прок? Не выставлять же заградотряд. Приводится естественная для такого случая ссылка: «Тот, кто боязлив и робок сердцем, пусть идёт и возвратится в дом свой» (Дварим 20:8). Вот они пошли и возвратились, а не обременённый робкими ополченцами Авраам отправился на фронт вместе с верным слугой своим Элиэзером, загорелое лицо которого отнюдь не позеленело: оно продолжало дышать здоровьем, энергией и добродушием, как если бы он отправлялся на велосипедную прогулку. Дальше была погоня, ночь, магия и полный разгром объединённых вражеских вой­ск.
На самом деле в Торе-то сказано, что эти 318 ­всё-таки не разошлись по домам, а поучаствовали. И некоторые комментаторы говорят: да, действительно поучаствовали, однако же совместный вклад их в победу был куда меньше, чем вклад одного Элиэзера.
Однако в Торе (в этом эпизоде) Элиэзер вообще не упомянут. Откуда же тогда он взялся? К нашему удовольствию, мидрашисты могут высоко воспарять в своей фантазии, тем не менее, она не произвольна, в ней всегда есть логика и метод. Со стороны они (логика и метод) могут быть незаметны, но читатель с отточенным в талмудических штудиях разумом их легко увидит, в данном случае — гематрию, то бишь нумерологическое замещение: числовое значение имени «Элиэзер» — как раз 318. То есть говорим 318 — подразумеваем богатыря Элиэзера (БР 43:2).
На самом деле Элиэзер был не только богатырь, но и джин, так сложилась его затейливая биография, но об этом ­как-нибудь в другой раз.
Кто мог против Авраама с Элиэзером устоять?
Никто.
Лот был спасён. На сей раз для него всё кончилось хорошо, правда, страху он натерпелся
Неудачливый обожатель Сарры кусал себе локти.
А не желай жену ближнего своего.
И осла ближнего своего не желай, правда, про осла тут ничего не сказано.
Михаил Горелик



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!