И еще о праведниках

 Михаил ГОРЕЛИК
 25 мая 2022
 1236

Не о праведниках вообще, а о тех праведниках, которые могли бы спасти Содом. Но не спасли, как известно. Продолжаем размышлять о дискуссии Авраама со Всевышним (Бер 18: 20-33), начатую в предшествующих номерах «Алефа». Лот, главный герой моей саги, опять отсутствует, но имейте терпение: он ещё появится. А пока без него.   

Итак, Авраам со Всевышним обсуждают вопрос, сколько праведников могли бы спасти Содом. Авраам, добрый человек, несколько раз понижает планку: отдаёт себе отчёт, что переизбытка праведников в этом славном городе отродясь не случалось. В конце концов сходятся на десяти. Но меня в данном случае занимает не количество, а качество: что собой эти потенциальные спасители Содома представляют? В прошлый раз я уже приводил кой-какие соображения комментаторов на сей счёт. Теперь тот же вопрос, но с другой стороны: они (праведники эти) – евреи или неевреи, «наши» или «ненаши»?
Ответить на этот вопрос проще простого: к моменту дискуссии еврейского народа вообще не существует. Есть только зерно, из которого ему предстоит вырасти. Это зерно – Авраам. Других нет пока. Даже Ицхак ещё не родился. Даже не зачат ещё. Праведники, о которых идёт речь – неевреи. То есть для Торы совершенно очевидно, что праведность не есть исключительная привилегия еврейского народа. Содом – гнусное место, но и там она может обнаружиться. Оба участника диалога считают это возможным. Как из дальнейшего выясняется, десяти праведников не нашлось, но это всё-таки по факту, а не по принципу.
О дискуссии Авраама со Всевышним речь идёт в одном из первых недельных разделов Торы, но идея об универсальности праведности, о том, что она не ограничена еврейскими рамками, высказывается ещё раньше. Ной, родоначальник послепотопного человечества, спасён, поскольку был праведником. И даже ещё раньше: первый сотворённый человек, Адам, был праведником. Другой вопрос, что праведность не застрахована от падений. Но нас в данном случае интересует иное: возможность праведности заложена в человеке при самом его создании. В человеке любой национальности, ибо Адам, сотворённый по образу и подобию Всевышнего, – отец всех людей и всех народов. Так это понимает Тора. Причём в самом начале своего повествования.
Казалось бы, идея самоочевидна: в каждом народе есть негодяи, есть и праведники. Но очевидность эта мнимая. Для ксенофобского сознания, многообразно проявившего себя в истории и неизжитого вполне до сих пор, существует иная очевидность: «мы» хороши уже потому, что это «мы», «они» нехороши уже потому, что это «они». Идеализация «мы» и демонизация «они».
В иудаизме идея о праведниках-неевреях отрефлексирована и кодифицирована в Талмуде (Санг 56а) и развита в многочисленных комментариях. Многочисленность их сама по себе свидетельство того, насколько идея нееврейской праведности занимала еврейский ум с древних времён и до наших дней. 
Талмуд формулирует универсальный нравственный закон для всего человечества. Кодекс носит название «Законов сынов Ноя» и состоит из семи заповедей: шести отрицательных (запреты: не делай!) и одной положительной (императив: делай!). 

Итак: 
Запрет идолопоклонства.
Запрет б-гохульства.
Запрет кровопролития. 
Запрет воровства.
Запрет на сексуальные отношения с ближайшими родственниками.
Запрет на жестокое отношение к животным.
Повеление праведного суда. 

Обратите внимание: от праведников-неевреев не требуется исповедания какой-то «правильной» б-гословской доктрины, не требуется «правильного» культа, «правильного» б-гопочитания.  Более того, не требуется вообще никакого б-гопочитания. Что представляется поразительным. Существовали во времена Талмуда агностики? Если да, то только штучно. Но сегодня более чем актуально. 
И непременно праведный суд, не подверженный коррупции и не готовый следовать распоряжениям власть имущих.
По мнению авторитетных комментаторов, Всевышний не только хранит праведников-неевреев в их земной жизни, но и открывает им врата царства небесного. Для вхождения гиюр необязателен. Еврейский закон (иго Небес) насчитывает 613 заповедей, универсальные «Законы сынов Ноя» – всего только семь, и не такие уж, на первый взгляд, обременительные. Хочешь варить козлёнка в молоке его матери – вари себе на здоровье. Но, право, нельзя сказать, что заповеди эти так уж охотно и повсеместно исполняются. С влечением к маме обыкновенно справиться удаётся – иначе как бы процветали искусства? Что же касается суда (в некоторых странах), то тут всё очень запущено.
Михаил ГОРЕЛИК



Комментарии:


Добавить комментарий:


Добавление пустых комментариев не разрешено!

Введите ваше имя!

Вы не прошли проверку на бота!